Анты
Шрифт:
Профессор нервно хрустнул сломанным карандашом, молча, вышел и отсутствовал полчаса.
– Моё упущение. Надо было сразу об их безопасности позаботиться. Сейчас всё выясняется. Полагаю, всё будет в порядке.
– Нет желания объяснить, что происходит?! – я начал заводиться.
– Успокойся, Павел, не кипятись, – Артемьев сложил руки в замок. – Я сам только что узнал. Вчера в вашу московскую квартиру трижды звонили неизвестные и изменёнными электроникой голосами предупредили, что, если твоя семья покинет Москву, то самолёт взлетит, но не долетит. Безопасники выяснили, что звонили из-за рубежа. С этого момента твоя
Разговор с профессором мало что прояснил. Неопределённость, будь она трижды неладна.
Дома меня встречали Лара и дети. Повозившись с ребятишками на тёплом полу, я отправил их играть и уселся напротив Лары.
– В Москве что-то происходит, – начал я разговор, – к вечеру, думаю, ситуация прояснится. Послезавтра жду своих здесь. Поможешь?
– Мог бы не спрашивать, – в её голосе сквозила неподдельная озабоченность, – конечно, помогу.
– Всё спросить тебя хотел. Здесь в Лукоморье все при деле, а ты всё время дома?
– Отпуск на две недели. Я оператор-аналитик информационного центра. Направление – погода, климатическая коррекция, гидрология и сейсмика. Работа в целом не пыльная, но требует определённых навыков, внимания и хорошей реакции. В свободное время выращиваю цветы, люблю хорошую литературу и музыку, занимаюсь спортивными танцами, раньше гимнастикой. Ещё вопросы будут?
– Не обижайся, я ведь по-дружески. Тут вот какая закавыка. – Я сосредоточенно уставился на лежащий на полке альбом. – Тот человек на фотке в вашем семейном альбоме – мой дядька Павел, родной брат моей матери. Его убили в июне девяносто третьего. А, насколько я знаю, он был близок с твоей матерью. Извини, конечно, не стоит ворошить прошлое, но я не хотел бы оказаться твоим двоюродным братом. Однако, видишь, по срокам не сходится.
Лара грустно улыбнулась, сходила на кухню за горячим кофе, потом уселась в кресло с ногами, повертела в руках чашку и закрыла эту тему:
– Я знаю эту историю и догадывалась относительно тебя. У мамы не сложилась личная жизнь. Так вышло. Мой настоящий отец – Буслаев Иван Петрович, глава здешней администрации. Мама и он по каким-то причинам расстались. Все эти годы отец жил одиноко и не догадывался, что у него растёт дочь. А когда случайно узнал, то чуть ли не силой затащил нас сюда. Вот уже два года, как мы здесь живём, и лично я об этом ничуть не жалею. Сначала в Москве часто бывала, а теперь и не тянет. Мой дом здесь. У мамы сложный характер, но Буслаев всё равно её убедил. На днях она вернётся и переедет к нему.
Впав в лёгкий ступор, я машинально прихлёбывал кофе, лихорадочно прокручивая в голове вновь открывшиеся обстоятельства.
– Обалдеть. Мексиканские сериалы отдыхают. Но ты не переживай. Мои приедут, мы сразу переберёмся к себе, и у тебя хлопот поубавится.
– Жаль, – она явно огорчилась, – ребятишки ко мне привыкли. А хочешь, оставайтесь, – её чашка звякнула о блюдце.
– А вот возьмём и останемся, – я пытался дурачиться, а у самого почему-то застучало сердце, – пока не прогонишь.
– Хороших людей просто так не выгоняют. Вот если буянить или безобразничать начнёте, тогда придётся выставить за порог.
– Но учти, когда берёшь в дом милого пушистого котёнка, это всего на полгода, а потом это наглая зажравшаяся морда.
Согнувшись
Так за милой глупой болтовнёй незаметно пролетело время, и в половине шестого с улицы донёсся сигнал авто. В машине Александр сразу перешёл к делу, положив конец моим сомнениям, а то на нервной почве я уже начал тупить:
– С твоей семьёй сейчас плотно работают московские безопасники. Как мне сообщили, дело оказалось намного сложнее, чем предполагалось, – он слегка сморщился, – по ходу выяснились странные обстоятельства. За твоей семьёй следили с самого начала твоей эпопеи, ещё до того, как ты загремел в кому. Но сейчас все каналы перекрыты, и спецы начали вытягивать цепочки. Кто за всем этим стоит, скоро выяснится. Одно понятно, против тебя, а, значит, теперь и против всех нас работает серьёзная сила. На данный момент ясно то, что все события, так или иначе, крутятся вокруг тебя, а с учётом твоего значения, как ключевой фигуры в нашем проекте, вся эта возня косвенно касается и первого лица государства. Теперь тебе понятен расклад? Разберёмся, конечно, со всей этой бодягой, а ты не волнуйся, твои близкие теперь под серьёзным прикрытием.
Гостиничный холл оккупировали мужики из отряда «Д». Они сидели в креслах и на банкетках, кто-то примостился на подоконнике и на сиденьях у гостиничной стойки.
– Добрый вечер, товарищи, – поприветствовал всех Александр, – надеюсь, все отдохнули и собрались с мыслями. Для начала коротко об особой территории, где вы оказались, – и он за четверть часа кратко изложил историю и географию Лукоморья, – подробнее вы всё узнаете завтра во время большой экскурсии на автобусе. А теперь вопросы.
Первым с флегматичным и ехидным выражением лица поднялся Док. Ну, конечно, разве мог промолчать наш штатный скептик:
– Э-э, Александр… Васильевич, народ интересуется, для чего нас сюда через всю страну перебросили, вроде не по профилю?
– Причины три. Во-первых, ваш боевой путь на Донбассе не остался незамеченным, ни в Москве, ни в Киеве, ни в Брюсселе, ни в Вашингтоне. Мы располагаем данными, что на вас всех объявлена большая охота. И не только на вас, но и на ваших близких. Тихо, тихо! Успокойтесь. Все ваши родные под присмотром, защитой и уже дали согласие на переезд сюда. Во-вторых, вы являетесь носителями секретов государственной важности, а это означает, что вас нужно беречь и охранять. В-третьих, руководство страной по достоинству оценило вашу службу за последние полгода, и ваше пребывание здесь можно считать высокой правительственной наградой. Скоро вы сами убедитесь, что жизнь на особой территории «Надежда», действительно, изменит вашу судьбу в самую лучшую сторону.
– Что с нашими семьями? – вскинул седую голову Лунь и с угрюмой тревогой уставился на Александра.
– Все ваши близкие и даже некоторые двоюродные дали согласие на переезд в Лукоморье и прибудут в самое ближайшее время. Причём, ответственно заявляю, что силой никто никого ни сюда привозить, ни здесь держать не собирается. Завтра после экскурсии вам на выбор будут предложены в постоянное и полное пользование дома и коттеджи со всеми мыслимыми и немыслимыми удобствами. Также каждому из вас предоставят на выбор личный транспорт и всё, что необходимо для жизни по запросу.