Антимир
Шрифт:
– Подожди, подожди, - спохватился я, - а нельзя приручить их всех? Неплохая бы получилась команда!
– Текущий статус позволяет контролировать только одного гарма. Низкий синергоресурс. Так что, увы, придется довольствоваться малым.
Куб завертелся быстрее. Аргос будто ухватился за одну из цифр, и код начал разматываться напоминая клубок ниток. А затем точно таким же образом, только в обратном порядке, переместился в мою голову и словно ни в чем не бывало продолжил свое вращение на трехмерной панели нейрофейса.
Не знаю почему, но на этот раз я почувствовал как из меня вышла энергия. Она устремилась в головной мозг и буквально вплавила
– Бррр, - я брезгливо передернул плечами, - процедура не из приятных.
В клетке пронзительно закричал гарм. Он расправил крылья и высоко подняв голову издал протяжный треск, напоминающий пение коростеля.
Внимание!
Установлен ментальный контакт.
Семург - протосущество первой ступени эволюции по шкале Вернера.
Обладает интегрированным молекулярным нейропроцессором кустарного производства.
Пояснение: высокая вероятность отсутствия уникальных особенностей, что предположительно обусловлено недостаточным возрастом экземпляра.
Имя - Самира.
Половая принадлежность - самка.
– Так ты девочка!
– обрадовался я,
– Перейти в режим управления?
– с хитринкой в голосе предложил Аргос.
– Давай попробуем.
Контроль осуществлялся тремя способами. Первый самый простой - с помощью голосовой команды. Второй - ментальный, для более детальных приказов и трудоемких заданий, а последний предусматривал полное проникновение в сознание животного.
Наверно надзиратель решил подколоть меня, и отправил прямиком по третьей схеме. Голова закружилась, в глазах потемнело, а затем я увидел мир глазами семурга.
Буйство красок и в то же время четкость увиденного болью резанула глаза. Притом заныло где-то глубоко в нервных волокнах, ведущих от глаз к зрительному центру. К такому нужно привыкнуть. Я видел себя со стороны, стоящим недалеко от вольера. Притом видел всего целиком и в мельчайших подробностях одновременно. Морщины на лице от пережитых событий, серую щетину на подбородке, налитые кровью капилляры на вытаращенных белках. Видел все: складки и грязь на одежде, вымазанную глиной рукоять мамонта, торчащую из кобуры, и даже пороховой налет на запирающем замке обреза. В нос ударила зловонная гарь от пожарищ - обоняние у нее было во много раз сильнее крысиного. А от соседней клетки тянуло жаром и смертью. Самира была напугана и ждала избавления. Я ощутил холодную сталь оперений, мощь острых когтей и клюва, а в сердце клокотал неугасимый огонь эмпирической синергии, от чего к горлу подступала жгучая ненависть и желание рвать всех на части.
Я пробыл в ее сознании не больше секунды - от неожиданности рванулся назад и тут же вернулся в привычное состояние. Но еще долго сохранялось послевкусие от пережитой встречи с открытым огнем парафизического излучения. Однако за это мгновение я успел почувствовать, как дикий хищник ощутил мою человеческую природу. Она показалась ему спокойной, уравновешенной, нерушимой. От чего птица испытала ко мне нечто похожее на уважение и преданность.
– Ну ты, полегче!
– обратился я к Аргосу, - предупреждать надо!
Подлец проигнорировал мое возмущение.
– Самира, Сами, девочка, не бойся, выходи, - я подошел к клетке, сбил прикладом нехитрый замок и выпустил ее на свободу. Громко курлыкая, она забила крыльями.
– Меня зовут Гео, понимаешь?
Через ментальный канал пришел нечеткий смазанный образ -
– Такому общению стоит еще учиться... Но думаю, у нас получится! Ну же, лети, - я попытался отдать мысленный приказ, - порезвись пока там, в воздухе. Посмотри где башня... Огромная такая, выше облаков... А может и рой увидишь, вдруг он где-то поблизости...
– Я как умел передал ей образ смертоносного вихря.
– Противная, скажу тебе, штука... Если увидишь, лучше не суйся... ты еще маленькая... птенец совсем!
Самира расправила крылья, с места рванув высоко в небо. Мне стало немного спокойнее - сейчас она поднимется вверх и осмотрит окрестности. Уж кого, кого, а такого преследователя как смертоносный рой трудно не заметить.
Я сунул коммуникатор в рюкзак, посчитав, что такая штука еще пригодится. Мало ли какая инфа может в нем обнаружиться. Перезарядил обрез и озадаченно уставился на оставшихся гармов.
– А с этими что делать, выпустить или пусть сидят?
Особая директива Системы Хорр:
Любой мутант, в том числе выведенный искусственным путем, должен быть уничтожен.
– А Самира?
– Она не представляет для нас опасности, а в данный момент может оказаться полезной. Но в длительной перспективе - да. В конце концов не должно остаться ни одного преображенного существа.
– А Кэмерин, а я? Разве мы не мутанты?
– Ваша мутация ограничена нейропроцессором. Кэмерин действует в той же парадигме, что и мы. Ее поступки не подвластны контролю со стороны Системы, но по сути она является нашим союзником. Или как минимум сохраняет нейтралитет, а этих тварей нечистый на руку оператор может использовать против нас. К тому же гармы - порождения обреченных, а все, что связано с ними или с их деятельностью, представляет угрозу для человека.
– Кульминаты такие как я? Они тоже способны эволюционировать?
– Нет, это обычные люди.
– Тогда почему они общаются с обреченными, ведут с ними какие-то дела?
– Человек очень часто поступает вопреки здравому смыслу, причиняя вред самому себе. В обязанности Системы не входит судить людей.
– Понятно.
– с горечью произнес я. Как не крути, а несчастных животных было жаль. Убийство голодного монстра не вызывает сожаления, а беззащитное создание, сидящее взаперти, совсем другое дело.
Я отошел на приличное расстояние, активировал гранату и зашвырнул в вольер, стараясь бросить так, чтобы одним ударом накрыло всех кто остался в клетках. Звери заверещали, забились о прутья, но вырваться из плазменного ада не могли. Стараясь не смотреть в их сторону, я направился к цирку.
Шатер истрепался, обвис, краска вылиняла, о пестрых цветах напоминали лишь выцветшие разводы. Внутреннее убранство не сильно отличалось от внешнего убожества - та же разруха и запустение. Там, где когда-то амфитеатром располагались зрительские места, ржавел железный каркас, и только в некоторых местах сохранились следы деревянного настила. В брезентовой крыше зияла дыра, через которую под купол проникал солнечный свет. Вполне возможно, что ее проделали именно с этой целью. Внизу, ближе к стене, находилось какое-то оборудование: старые лебедки, генератор. Возле него стоял работающий компьютерный блок, рядом с которым возвышалась длинная ребристая антенна с круглыми ушами спутниковых тарелок. Здесь же на полу лежал старый матрац, ворохи измятой соломы и нехитрый скарб: несколько тарелок, треснувшая чашка, деревянные ложки - личные вещи предводителя мутантов.