Антикиллер
Шрифт:
Вельвет что-то прорычал.
– На него многие дела замкнуты. От них большие деньги зависят. И другое, не только деньги...
– Мы его в другую зону перетащим! – рявкнул Вельвет. – Все равно он паханом там будет!
Метла и Черномор переглянулись. Вельвет явно не знал зоновских порядков и возможностей зэковской связи. Даже если Калгана перевести за тысячу километров, он так и останется «фарщмаком».
Вельвет перехватил и правильно истолковал их взгляд.
– Плевать на зоны! Мы его вытащим! По болезни, пересмотру дела, но вытащим!
– Я-то при
– Ребята сильно обиделись, – сказал Метла, снова глядя в сторону, на поблескивающие за стеклом серванта чашки кофейного сервиза. – Крест сегодня откидывается. Надо с ним р е ш и т ь в о п р о с.
– Решайте! Скоро сходка...
– Зачем нам сходка? – зло перебил Вельвет. – Там объяснят, что он по вашим правилам все сделал! У нас своя сходка!
– И что?
Взгляд маленького сухонького старичка заставил Вельвета замолчать. Черномор резко сунул руку в карман. Громила напрягся. Но Отец извлек всего-навсего маникюрную пилочку и, откинувшись на спинку кресла, принялся обрабатывать ногти.
– Слушай сюда, – Метла наклонился вперед.
– Скоро большой сходняк. Тебе Трезубец сделает предъяву, Скелет потребует правилки, если еще и мы трое подпишемся... Ты понял?
Пахан молча работал пилочкой.
– А если мы потянем за тебя мазу, то Трезубец точно заткнется. Скелет
– не знаю, но один он ничего не сделает. Тем более в Москве и Питере «законников» сейчас много, а к нам они прислушиваются...
Черномор молчал. Все, что говорил Метла, являлось чистой правдой. На предстоящей сходке ему нужна поддержка.
– И что от меня надо? – повторил он.
– Не слишком опекай Креста, – буднично произнес Метла. – Наш человек приедет, позвонит – помоги ему добрым советом. И потом скажи свое слово. Врагов ведь у вас немало...
Требования ставились вполне выполнимые. И интересы гостей полностью совпадали с интересами хозяина. Больше того, они брались за него разрешить сложную проблему. И в придачу обещали так необходимую поддержку.
– Договорились, – сказал Черномор. – Может, выпьем по рюмочке?
– Теперь можно, – кивнул Метла.
– Целый день не жрали, – поддержал его Вельвет, придвигаясь к столу. По лестнице поднимался Гангрена с чистой рюмкой, и Леший отпрянул от двери.
Повторная экспертиза показала, что видеозапись выводки является результатом монтажа. В связи с вновь открывшимися обстоятельствами президиум Тиходонского областного суда отменил приговор в отношении осужденного Коренева.
«... направить дело для производства дополнительного расследования в прокуратуру Тиходонской области», – прочел Лис копию определения. И, усмехнувшись, прочел вслух второй пункт:
– Возбудить уголовное дело по факту фальсификации материалов следствия..."
– Будешь давать оборотку? – спросил майор Сазонов. – Запихнешь к нам своих «крестников»?
Полноватый лысый мужичок под пятьдесят производил обманчивое впечатление добродушного человека и совсем
– Постараюсь, – недобро процедил Лис. – Следователя вряд ли: прокурорские друг друга прессовать не любят... А бывшего коллегу опущу на нары...
В обычных условиях Лис бы этого не сказал, он никогда не раскрывал своих планов. Но сейчас он испытывал особые чувства, вызванные долгожданным превращением из бесправного и безгласного зэка в нормального полноценного человека.
– Еще по стопарику?
– Давай!
Определение об отмене приговора поступило в НТК-13 в конце дня, девочки из спецчасти уже закончили работу. Значит, документы на освобождение будут оформлены только завтра. Чтобы свободный гражданин России Коренев не проводил ночь в бараке с лишенными свободы преступниками, майор Сазонов пригласил его к себе в кабинет, выставил бутылку водки с немудрящей закуской, бросил комплект чистого белья на неширокий диванчик и вот уже три часа ведет задушевный разговор о жизни и дальнейших планах.
– Про дополнительное расследование они написали для балды, – утвердительным тоном сказал Сазонов, и Коренев кивнул.
Они были профессионалами и прекрасно знали: время не способствует появлению новых доказательств, наоборот – приводит к утрате старых. Дополнительное расследование закончится ничем.
– Будешь восстанавливаться?
– Скорей всего.
Отмена приговора и последующее прекращение дела автоматически ликвидируют основания для увольнения из МВД, Потому все начинают новую жизнь с рапорта о восстановлении на службе. Даже если и не собираются служить. Но тогда основанием ухода явится собственное желание, а это совсем другое дело.
– Станешь генералом – не забудь Сазонова... Майор вроде бы пошутил. Лис усмехнулся:
– Не забуду.
В конце концов, именно Сазонов разрешил личную свиданку с Натахой, хотя они и не расписаны. А то, что он «подвел» к нему Игонина и пытался «раскрутить» на убийство – так в этом и состоит его служба, никаких обид тут быть не должно.
– У тебя семья есть? – неожиданно спросил Лис, тут же понявший, что вопрос есть следствие развития ассоциативной цепочки: свиданка-Натаха-регистрация...
– Конечно. Жена, две дочки. Одна замужем, другая развелась... Мужики-то в основном бухают, – пожаловался Сазонов, разливая по стаканам остатки водки. – А какой из бухарикасемьянин?
– Это точно... Они выпили по последней.
Лис понимал, что не каждого освобождающегося так потчует начальник оперчасти ИТК-13. Знает Сазонов, что у Лиса сеть информаторов, а значит, высока осведомленность о жизни колонии – не только в зоне, за проволокой, но и в административном корпусе. Потому лучше по-хорошему рас – статься. А может, захмелев, вчерашний зэк сболтнет что-нибудь полезное. Или ответит на заданный в лоб вопрос.