Антикиллер
Шрифт:
– А сколько я буду должна тебе заплатить? – спросила она.
– Рассчитаемся, – ухмыльнулся Рында.
Нина покачала головой.
– Только деньгами!
– Деньгами так деньгами! – не обнаруживая раздражения, кивнул Рында. Вскоре она получила павильон в центре «Супермаркета» и контакты с
«челноками», забрасывающими товар по минимальной цене, позволяющей сделать хорошую «накрутку».
После первой недели она протянула Рынде пачку денег. Но он представлял другое: белеющие В темноте
– Прибереги бабки, завтра поедем в «Казачий» пообедаем, – как можно небрежней сказал он.
Чуть помедлив, девушка кивнула.
Скрывая радость, Рында обходил свои владения и почти столкнулся с озабоченным Баркасом.
– Какие-то твари наехали на наши Ларьки в «Нахаловке», – остервенело, но и с некоторым удивлением сказал бригадир. – Без разборки, без выкупа, без обмена, без всего. Посмотри, в чем там дело!
Баркас завел подручного в узкую щель между забором и задними стенками киосков.
– Держи!
Он быстро вытащил из-под куртки и сунул Рынде и руку большой черный пистолет, который когда-то предлагал купить.
– Только он заедает. Шмальнул – надо рукой передернуть. Снова шмальнул – опять!
– А кто контролировал те ларьки?
– Иван, с ним еще двое... Куда-то делись – или пьянствуют, или испугались да на дно залегли...
– Да?
Рынде это не понравилось.
– Возьми Кента с машинкой и еще кого хочешь. На месте разберешься.
– Как могли наши парни отвалить после такого хипежа? – продолжал сомневаться Рында.
– Брось! – Баркас звучно хлопнул его по плечу.
– Думаешь, их замочили? Но так же никто не делает! Ни переговоров, ни условий – и сразу мочить?!
– Ну ладно...
День выдался солнечным и теплым, но приближение осени ощущалось все отчетливее. Рында заехал прямо в раскрытые ворота ресторана, имитирующего казачий хутор, хотя стоянка располагалась слева – у большой, как настоящая, ветряной мельницы. Сторож направился было к нарушителю, но, рассмотрев Рынду, ничего не сказал и вернулся к своему месту.
Рында повел Нину на веранду, откуда хорошо видны проплывающие теплоходы, занял удобный угловой столик, осмотрелся.
В примыкающем к веранде зале гуляла компания кавказцев, в ней он никого не знал. На воздухе сидели четыре бывших «быка» Итальянца, теперь они входили в бригаду Баркаса, коллеги дружески поздоровались.
Делать заказ Рында не умел, поэтому коротко сказал мятому официанту:
– Хорошей водки, шампанское, коньяк и закуски.
Халдей подождал, но, поняв, что уточнений не будет, спросил:
– На какую сумму располагаем?
– Неси. Чтоб все нормально... Пожав плечами, официант ушел.
Надо было завести разговор
– Видишь, у того парня шрам на роже? А знаешь, как было дело? Они сидели в «Деловом дворе», тут подкатывают какие-то черные...
Официант мгновенно уставил стол тарелками с закусками. Отварная картошка, донская селедка, щучья икра, жареные баклажаны, маринованные грибы, колбаса, копченое мясо...
– ...они вышли во двор, он одному – бац! Тот – с копыт. А второй бритвой по роже – хуяк!
Рында налил обоим, но закуску положил только себе.
– Будем!
Тут же налил по второй.
Нина пила и курила, ела совсем немного.
«Это хорошо, – подумал Рында. – Быстрей окосеет – не будет выделываться... А то глаза как у порядочной, разговоры умные, а у Баркаса сосала без звука. Падла!»
Он снова вспомнил ритмичные позвякивания бутылок и двигающуюся голову на прилавке. В брюках взбух горячий бугор. Он сунул руку под скатерть, нащупал гладкие коленки, вставил кисть между ними, но ничего не получилось, колени не раздвигались.
– Давай еще выпьем!
– И что?
– Ничего...
– Зачем ты меня сюда привел?
Рында налил рюмки до краев, залпом выпил свою, закусил селедкой. Картошку он не ел: мать наталкивала ею всю жизнь.
– Давай пей, веселей будет!
– Да?
Нина тоже выпила, намазала хлеб маслом, потом мелкой желтоватой икрой.
– Вы думаете, заплатил за обед – и можно лезть под юбку... Она откусила бутерброд.
– Ну а если плачу я?
– Тогда залезаешь мне в штаны! – Рында громко захохотал.
Нина налила себе и выпила, не приглашая сотрапезника.
– Знаешь, что про тебя говорил Баркас?
Она прищурилась.
«Поплыла девка», – подумал Рында
– Что?
– Не скажу... «Ну и дура», – мелькнула мысль.
Официант принес рыбную солянку От нее сильно разило рыбой. Значит, положили несвежую, суки...
– Пьем еще!
– Я – шампанское.
– Давай.
Улучив момент. Рында плеснул в пузырящийся бокал водки.
– Привыкла торговать?
– Куда деваться...
– Это верно!
Рында получил бутылку водки с соседнего столика и послал две. Потом целовался с четверкой новых друзей, пил с каждым за дружбу. Он то погружался в мутные волны опьянения, то выныривал наружу, как поплавок после неудачной поклевки.
Вынырнув в очередной раз, он увидел, что с Ниной сидит кавказец из гудящей в зале компании.
Взяв наполовину пустую бутылку, Рында подошел сзади и, ничего не говоря, шарахнул наглеца по башке. Тот залился кровью и рухнул на неплотно пригнанные доски веранды, сквозь которые просвечивали мутная рябь донской воды.