Антиглобалист

Данько Роман

– Проездом. Заехал брата повидать.

– А что потом будешь делать? Работу нашел уже себе? – бесцеремонно продолжал Данила. Как любой среднестатистический человек, который, давно не видел кого-то, первым делом спрашивает о работе, сознательно или бессознательно пытаясь понять социальный статус находящегося перед ним человека. Хотя с Гришей уже было приблизительно все понятно, раз он сидел здесь на лавочке, в этой простой не дорогой одежде, да еще, скорее всего без машины, все его финансовые свершения для Данилы были налицо.

– Погощу несколько деньков у

брата, и поеду по делам. Нужно помочь хорошему знакомому в одном деле.

– Ладно, не хочешь говорить, не говори. А на чем доехал сюда?

– На метро.

– Понятно. А как там брат?

– Хорошо. Тоже, как и ты много работает. Устает.

– Не устают только лентяи, и мертвые – со злой улыбкой проговорил Данила. – Чем он сейчас занят? Я слышал у него своя фирма по услугам промышленного альпинизма?

– Насчет последнего не скажу. Но сейчас он работает грузчиком.

Глаза Данилы расширились от услышанного.

– Ты серьезно? – спрашивал с удивлением он.

– Да, серьезно, а что тут такого? Он честно зарабатывает на хлеб. – Григорий понимал, почему удивился Данила. За первую минуту, как он его увидел, он, казалось, уже многое мог сказать об этом человеке.

– Ничего такого. Просто…

– Работа не престижная? – спросил Гриша.

– Да куда еще престижнее. – Уже не скрывая насмешки, с сарказмом отвечал Данила, уже не грамма не стесняясь, понимая, что перед ним сидит «нищеброд» (так он любил называть людей победнее), который еще пытается ерничать, защищая еще одного «нищеброда», своего брата. – Вы, я вижу, время зря не теряли. Ну что же, время нынче такое, нужно трудиться, и жизнь может завести куда угодно. И надо было Давиду учиться, что бы потом идти в грузчики?

– Я думаю этот этап в его жизни временный. Тем более он не делает ничего противозаконного. Честно зарабатывает. Мне кажется это главное.

– Оно то главное, наверное, для кого-то, но нужно еще кроме хлеба что-то для счастья человеку. Не хлебом единым, как говориться.

– А где говориться, знаешь, то, что ты спросил? – задал вопрос Георгий.

– Да какая разница, где говорится?

– А о чем говориться знаешь?

– Не важно, о чем говорится. Главное, я говорю, что для полного счастья человеку то нужно больше, нежели кусок хлеба и пакет продуктов.

– Тут я с тобой согласен, что не только кусок хлеба еще нужен человеку. Но что еще?

– А как будто ты не знаешь. Проще всего сидеть в нищете, и поучать всех вокруг, как надо жить. А нормальные люди знают, что им нужно для счастья, ставят цели и стремятся, достичь эти цели. Понимаешь? Нужно взять от жизни чего-то большего. Вон я машину в прошлом месяце новую купил, но думаешь, она меня устраивает? И да, и нет, потому что я хочу лучше автомобиль. Но даже если я напрягусь и несколько лет пробатрачу, и плюс ко всему влезу в долги и возьму ту, о которой мечтаю, я не смогу её обслуживать. Понимаешь? Человек ограничен в возможностях, и его цель двигаться дальше. И это касается не только куска этого проклятого железа… – Данила на мгновение замолчал, начиная сожалеть, что погорячился, и ввязался

в разговор с человеком, который ничем кроме скучной болтовни не может быть ему полезен.

– Так размышлять может только материалист. Неужели всеми твоими целями сегодня являются исключительно потребительские желания?

– Ха! – Со смехом в негодовании, и даже не найдя что ответить выдал Данила. Он в каком-то ступоре смотрел на Георгия.

– Брат говорит, что ты давно не выходишь на связь.

– Знаешь, Гриша – с нотками призрения ответил Данила – люди, которые сидят в зоне комфорта, скорее всего, имеют очень много свободного времени. И на философию – на этой фразе он положил довольно жестко руку на плечо Грише, явно указывая на то, что это он изрядно философствовал – и на встречи со всеми подряд, и на многое ничегонеделание, что бы потом оправдать свою не результативность, прикрывшись умными фразами о смысле жизни.

– Но ведь вы были друзьями.

– У меня, правда, сейчас нет, времени. Пусть не обижается. Если он и вправду работает грузчиком, он поймет. У меня двухкомнатная, пусть и съёмная, но с ремонтом квартира в центре города, за которую нужно платить. Новое авто, которое нужно заправлять и ремонтировать. Работа с целым отделом сотрудников в подчинении. Куча проектов и идей, которые нужно реализовать, в планах покупка квартиры, открытие бизнесов и прочее. Ты что? Сейчас сидеть прохлаждаться? Мне некогда. А что касается дружбы, что вообще в твоем понимании дружба?

Григорий смотрел в колкие глаза Данилы, что бы убедиться в том, что он не серьезно спрашивает.

– Боюсь я не смогу тебе объяснить. Наверное, у нас разное представление о дружбе.

– Наверное, да.

Григорий видел, что разговор не вяжется, и Данила не расположен к теплой и дружеской беседе. Поэтому решил перейти к делу:

– Вот папка с документами, которые передала твоя мама.

Данила жадно взял папку:

– Спасибо. Ничего не потерял.

– Нет.

– Как она там?

– Ждет, когда ты приедешь.

– Да вот, освобожусь и приеду. Сегодня позвоню ей. Ну а сама она как? Ты часто видишь ее.

– Последнее время виделся с ней. Она была, приболела, я ей ходил помогать по-соседски. Очень много говорит о тебе, фотографии пересматривает. Она очень гордиться тобой, и желает тебе удачи.

– А со здоровьем что? По телефону ничего мне говорила.

– Наверное, боялась огорчить. Говорила, что у тебя завал на работе, поэтому не хотела нервировать, напрягать звонками.

И Григорий рассказал о болезни матери, о тех нуждах и рутинных необходимых делах, которые нужно приехать и сделать. Рассказал о её взаимоотношениях с соседями, о некоторых бытовых конфликтах, которые Гриша сгладил, об усталости матери пенсионерки ведь она еще работает в придачу.

Все это было как снег на голову Даниле, потому что этот, по его мнению, нищий паренек, которого он всячески только что пытался унизить, оказывается, помогал его старой матери. И даже сейчас приехал на эту встречу выполнить её поручение. Даниле стало немного стыдно.