Антиджихад

Байкалов Альберт

Наконец, в районе обеда, зазвонил сотовый Джина.

Бросив взгляд на дисплей, на котором определился номер, он облегченно вздохнул:

– Наконец-то!

Звонил Квадрат. Без приветствия, он сразу продиктовал адрес, где их будет через два часа ждать Питон, и его номер машины.

– Атлас Московской области где?! – убирая телефон в карман спортивных штанов, спросил он Ису, который накануне что-то в нем искал.

– Вон, на журнальном столике, – показал взглядом тот. – А что?

– Питон будет нас ждать в Покровском, – беря в руки зеленую книжицу, пояснил Джин. –

Квадрат сказал, это за Красногорском. Собирайтесь.

Покровское оказалось небольшим селом, находящимся в двадцати километрах от Москвы, почти у самого Волоколамского шоссе.

Неприметные, синего цвета «Жигули» шестой модели Джин увидел в конце улицы, образованной большей частью деревянными домами с покосившимися заборами, из-под которых бурно росли полынь и лебеда. В палисадниках шумели листвой черемуха и тополя.

Дорога была не заасфальтирована. Под колесами зашуршал гравий, а салон заполнился пылью. Пришлось закрыть окна.

Поравнявшись с «жигуленком», Шаман остановился. Джин вышел наружу, однако сидевший за рулем машины Питона парень махнул ему рукой, давая понять, чтобы тот не подходил, а ехал следом. Оказавшись за деревней, свернули на проселок, и вскоре, проехав с километр по берегу небольшой речушки, «Жигули» скрипнули тормозами в тени березовой рощи.

– Ты и есть Вахид? – Вышедший из них коренастый чеченец со шрамом, перечеркивающим над левым глазом дугообразную бровь, окинул Джина изучающим взглядом.

– Да, – подтвердил Вахид.

– Давай пройдемся, – Питон сделал знак рукой троим вышедшим из машины парням, с которыми приехал, чтобы те оставались на месте, и неторопливо направился по тропинке, ведущей вдоль самой кромки берега. – Чем занимался раньше?

– Война на родине, – размыто ответил Джин. Тропинка была узкой, и ему пришлось идти по траве.

– Значит, воевал, – сделал вывод Питон и заложил руки за спину. – У кого?

– Зачем это?

– Я поддерживаю связь со многими полевыми командирами, – Питон на ходу отломил ветку ивы и стал ей отмахиваться от наседавших комаров и оводов. – Возможно, тот, у кого ты был в отряде, мне знаком.

– Хотите получить на меня резюме? – Джин криво усмехнулся. – Это можно. Зия Бижаев, по прозвищу Шахматист, мой командир.

– О-о, – протянул Питон и, остановившись, повернулся к Джину. – Хорошо знаю этого человека. Он лично из рук Джохара получил высший орден за беспредельное мужество и героизм «Кьоман Сий».

– К сожалению, Шахматист сейчас не у дел, – сокрушенно вздохнул Джин. – В начале весны мы вышли из Грузии в Россию, чтобы с новыми силами начать уничтожать неверных и тех, кто к ним примкнул. Но, едва дойдя до предгорья, попали в переделку. До сих пор оставшиеся в живых считают, что среди нас был предатель. Мы на руках вынесли Шахматиста из окружения и позаботились о том, чтобы он комфортно чувствовал себя на лечении.

– Где он теперь? – Джин хорошо видел, как Питон изо всех сил хочет показать своим видом, что ему не безразлична судьба Шахматиста.

– Сначала отлеживался в военном госпитале министерства обороны Грузии, когда окреп, мы переправили его в Саудовскую Аравию. Если есть желание, – Джин

показал рукой в сторону своей машины, – у меня с собой спутниковая связь. Можно с ним пообщаться.

По номеру, который соответствовал международному как количеством цифр, так и кодом, голосом, практически идентичным Шахматисту, Питону должен ответить сотрудник ГРУ.

– Не стоит, – Питон поморщился. – У русских хорошо работает радиоперехват с мусульманскими странами.

– То оборудование, которое я вожу с собой, невозможно прослушать еще лет десять, – Джин выдержал паузу, словно желая услышать возгласы удивления. – Я лично получил его из рук Берестова, когда ездил в Лондон.

Теперь в глазах Питона уже появился неподдельный интерес.

Опальный олигарх Берестов был широко известен чеченцам и пользовался у них большой популярностью. Он оказывал финансовую помощь отрядам боевиков, организовывал переброску им дорогостоящего и высокотехнологичного вооружения. Имея в свое время возможность оказывать влияние на российских политиков, умудрялся даже приостанавливать наступательные операции федеральных сил, давая возможность боевикам перегруппироваться, пополнить свои ряды новыми моджахедами, подвезти боеприпасы, а иногда попросту выскользнуть из окружения.

– Кем ты был в отряде?

– Отвечал за разведку.

– Твои люди? Им можно доверять?

– Они прошли со мной две войны, – посмотрев в сторону стоявших у машины Исы и Шамана, кивнул Джин.

– Почему вы приехали в Москву?

– Я хочу организовать здесь подполье, – не моргнув глазом, заявил Джин. – У меня достаточно средств, чтобы отомстить неверным за четверых моих братьев и отца, которые погибли от их рук.

– Хм! – лицо Питона вытянулось от удивления.

– А что здесь такого? – Джин сделал вид, будто реакция земляка затронула его самолюбие.

– Давай поступим так, – Питон смахнул с лица комара. – Завтра проедем в одно место. Я посмотрю, на что способны твои люди, а потом поговорим с тобой более обстоятельно.

– Хорошо! – пожал плечами Джин.

* * *

Гафур встретился с Питоном в небольшом и сравнительно недавно открытом ресторане «Восточный базар» на улице Люблинской. Расположенный в новом микрорайоне, за пределами Московской Кольцевой автодороги, почти на окраине мегаполиса, он был удобен для разговоров. Здесь было относительно тихо и спокойно. К тому же Гафуру нравилась кухня этого заведения.

Дождавшись, когда благодаря стараниям официанта на столе появится турецкая шаурма, золотистая и сочная самса из тончайшего теста, шампуры с аппетитными кусками свежей баранины, Гафур обвел взглядом зал и, не увидев ничего подозрительного, остановил его на Питоне:

– Ты встречался с людьми, о которых говорил Квадрат?

– Я сюда приехал после разговора с одним из них.

– Почему с одним? – брови Гафура от удивления поднялись до середины лба.

– Оказывается, у них строго распределены обязанности, – торопливо прожевав и сглотнув кусок шашлыка, начал объяснять Питон. – Вахид главный. Он и в Чечне был не простым боевиком, а начальником разведки у Шахматиста.