Античные хроники
Шрифт:
Да и нечего Ясону было бояться с двумя длинными копьями на плече, способными пробить мчащуюся на полном ходу колесницу вместе с возницей. Именно эти копья и не позволяли жителям Иолка в своих едких насмешках переступать черту дозволенного.
Спокойно насвистывая себе под нос наспех сочиненный мотивчик, Ясон и не заметил, как оказался на городской площади.
Так уж случилось, что по площади в этот момент проезжал в роскошной боевой колеснице сам правитель Пелий. (Бывают же в жизни чудеса?!! – Авт.)
Ясно, что правитель не мог не обратить внимание на полуголого
Как понял Пелий, юношу поразила великолепная колесница, на которой он, Пелий, ехал. Чем-то лицо этого странного отрока показалось правителю знакомым. Он даже приказал вознице остановить повозку, дабы получше рассмотреть дикаря.
Осмотр юноши неприятно удивил Пелия. Парень находился в крайней степени возбуждения, и смотрел он своими излучавшими откровенное вожделение глазами отнюдь не на великолепную колесницу, а на двойку стройных черных молодых кобыл, запряженных в нее.
«Какая мерзость!» – с отвращением подумал царь и хотел уже было дать команду ехать дальше, но что-то его задержало.
Черты лица! Да, черты лица юноши были Пелию определенно знакомы. Вот только где он их?… Ну конечно же! Он видел их пять минут назад, проезжая мимо телеги с навозом, на козлах которой в почетной коричневой тоге сидел глава гильдии ассенизаторов Иолка, его непутевый брат (по матери) Эсон. Вот оно! Пророчество! Сбылось!
Царь Пелий судорожно зашарил рукой в области сердца. И тут он совершенно случайно бросил короткий взгляд на ноги незнакомца… Старческое сердце сжали холодные пальцы неотвратимости.
Правая нога юноши была по щиколотку (да, именно по щиколотку!) измазана свежим конским навозом.
Это казалось немыслимым! Сбылось предсказание сумасшедшего оракула, открывшего правителю страшную тайну, что грозит ему гибель от человека, который придет в Иолк с гор, и что правая нога этого человека будет по щиколотку вымазана в свежем конском навозе.
Оракул сказал, что этот человек окажется сыном Эсона и что он неизбежно погубит силой или хитростью своего дядю. (Во как! – Авт.)
Воистину эта сатирова нога в навозе оказалась символичной! Это было проклятие, ужасное проклятие брата Пелия (по матери) Эсона, главы гильдии ассенизаторов Иолка. (Господи! На что я выкинул потом и кровью заработанные деньги?!! – Неизвестный читатель.)
Глава 3
В КОТОРОЙ ЯСОН СОБИРАЕТСЯ В ПОХОД ЗА ЗОЛОТЫМ РУНОМ
Однако быстро справился со своим испугом правитель Пелий.
Глупо пугаться неизбежного.
Он во всем должен был разобраться до конца.
– Откуда ты, юноша, родом? – высокомерно спросил правитель, отмечая при этом, что поджилки у него по-прежнему трясутся. – К какому народу ты принадлежишь?
Ясон вздрогнул.
Мутная пелена вожделения нехотя сошла с его глаз. Парень неприязненно посмотрел на Пелия. Понятное дело, он не знал, кто перед ним, и, несмотря на это, сразу же возненавидел противного старикашку в расшитой золотом одежде.
– Я принадлежу к народу кентавров! – нехотя ответил Ясон.
Возница правителя и его телохранители во второй боевой колеснице
И тут на Ясона внезапно что-то нашло. Проснувшийся дар красноречия заставил юношу открыть рот и произнести довольно объемную речь, подтвердившую самые худшие опасения правителя.
– Целых двадцать лет прожил я в пещере кентавра Хирона, – надменно заявил юноша. – Теперь я вернулся домой, в родной город Иолк, дабы навестить своего отца Эсона. А еще я хочу вернуть себе власть над Иолком, ибо я наследник всех этих земель. Знаю, что отнял власть у отца моего некий коварный злодей по имени Пелий. Думаю, при встрече с ним я здорово надеру ему задницу.
Услышав последнюю фразу наглеца, правитель невольно усмехнулся. Приказать солдатам прямо сейчас схватить мерзавца? Искушение было велико, но Пелий сдержался. Слишком много собралось вокруг добропорядочных граждан, могли правителя и камнями закидать.
Ох, не следовало Пелию месяц назад налоги на сандалии поднимать, ох и не следовало.
Добропорядочные граждане смотрели на правителя с порицанием. Ведь, в отличие от наивного юнца, они знали, кто этот «коварный злодей по имени Пелий».
Убедившись, что его худшие опасения подтвердились, Пелий дал знак вознице, и великолепные повозки стремительно покинули городскую площадь.
– Хорошие лошадки! – с сожалением успел крикнуть вслед колесницам Ясон, заметив явное замешательство во взгляде обернувшегося на крик противного старикашки.
Что ж, в первую очередь Ясону требовалось посетить своего отца, ведь недаром ему сказал Хирон: «Ты это, отца своего найди, спасибо от меня передай!»
Не хотелось юноше своего настоящего папашу навещать. Ведь тот, по сути, был чужим Ясону человеком, подлым и трусливым. Избавился, значит, от мальца, подбросив дитятко кентаврам, а сам все эти двадцать лет жил себе и бед никаких не знал.
Но приказ Хирона был для парня законом. Уважал Ясон мудрого кентавра. Решил юноша у прохожих расспросить, где найти старого Эсона. Но добропорядочные граждане шли на контакт с дикарем с большой неохотой и преимущественно громко смеялись в ответ. Правда, один иудей предложил купить у Ясона его звериную шкуру, но парень с гневом отверг в общем-то выгодное торговое предложение И даже замахнулся на наглеца копьем. Боевые трофеи, как известно, не продаются.
Отыскать отца в Иолке оказалось проще простого.
Один на редкость вонючий нищий поведал Ясону, что Эсон работает в городе главным ассенизатором и ездит на большой повозке с дерьмом, в которую запряжены сатиры. Ясон, конечно, удивился, но вслух ничего не сказал.
Ну мало ли чудес на белом свете.
Покинув площадь, юноша сразу наткнулся на родного папулю, горделиво восседавшего на козлах огромной повозки с навозом. Вид у Эсона был величественный. Он с царственной ленцой руководил группой инородцев с клеймеными лбами, которые медными палками суетливо отдирали от мостовой засохший навоз. Четыре сатира, запряженные в повозку с дерьмом, страшно ругались, так и норовя укусить кого-нибудь из прохожих.