Антибиоты
Шрифт:
Светик: Хороший мастер в соседнем доме, только она не официально работает. Номер скину в личку.
Настенька: Действительно. Неужели, так трудно поставить ровно машину?
Сергей: Цирк какой-то. То кто-то велосипед припаркует, занимая целое машиноместо, то какой-то грамотей свое ведро на колесах кинет посреди двора, где дети играют, то какой-то кривоглазый криворук припаркуется так, что хоть в соседнем дворе ставь.
Михаил: Так у нас же мест хватает.
Виталик: Картошка хорошая. Могу скинуть цену.
Сергей: С балкона скинься.
Викуша: Я тоже хочу, чтобы моя машина стояла под видеокамерами, а не в слепой зоне. Я что? Зря деньги свои платила за эти камеры?
Иришка: А я давно уже предлагала подписать краской парковочные места по квартирам.
Татьяна Д: Фу… Как вам не стыдно, такое предлагать?
Иришка: Стыдно, когда видно.
Викуша: Походу у Иришки давно уже не было этого «видно».
Иришка: Дура.
Сергей: Точно. Точно.
Виталик: Осталось только два мешка по двадцать килограмм.
Настенька: Опять во втором подъезде лифт не работает.
Председатель: Мастер уже едет.
Аркадий Иванович: Это постоянная проблема. Лифты ломаются по очереди. Я предлагаю внести дополнительный вопрос на собрании собственников о пересмотре договора подряда с обслуживающей компанией. Есть и другие. Лучше заплатить людям за качественную работу, чем пешком ходить.
Михаил: Поддерживаю.
Иришка: Я не собираюсь платить. Я на втором этаже живу. Я и так все время пешком хожу. За кого-то деньги я свои отдавать не собираюсь.
Татьяна Д: Ирина, зачем вы врете? Вы же все время к себе на второй этаж на лифте поднимаетесь. И спускаетесь.
Иришка: Неправда. Это я только когда с коляской.
Михалыч: Ха. Ни разу не видел Иришку с коляской.
Виталик: Картошка очень хорошая. Рассыпчатая. Звоните.
– Ира, я дома, – оторвал ее от переписки в чате голос мужа.
– И что? – злобно отозвалась Ира.
Она только собиралась написать в чат что-то обидное для своих оппонентов, но появление мужа разрушило все ее планы и выдуло из головы, так и не появившиеся хлесткие слова.
– А, что так воняет? – удивленно спросил он.
– Пока ты не пришел, не воняло, – презрительно ответила Ирина, выливая остатки давно остывшего желудевого кофе в мойку.
– А что на обед? – поинтересовался муж, разматывая накрученный поверх кителя кусок белой плотной материи, скрывавшийся до этого под форменным бушлатом.
– Леша, а нахрена ты домой опять кусок парашюта припер? – покинув кухню, вышла на встречу мужу Ирина.
– Пригодится, – буркнул Леша и продолжил свое занятие.
– Лучше бы ты тушенки принес или крупы какой, как все нормальные люди делают, – недовольно качая головой, нависла над мужем массивной горой Ира. – Жрать дома нечего.
– Ира, – попытался поднять голос Алексей, приподнимаясь на носочки, чтобы сурово посмотреть своей жене в глаза, – если бы ты хоть немножко пыталась сэкономить, а не заказывала через телемагазин всякую ерунду, то…
– Что? – оборвала его, моментально раздувшаяся, словно грозовая туча, супруга.
– Так.
Сосед строил дачу и уже не раз просил у него достать парашютную ткань, чтобы сшить из нее гамаки, а Алексею надо было чем-то заправлять их старенькую машину, которая и так жрала топливо как бронетранспортер, а когда на борту находилась жена, то вообще у него возникала мысль, что вертолет заправлять было бы дешевле.
– Иди, ешь. Там макароны остались вчерашние, – показала рукой в сторону кухни жена и пошла к младшему сыну, который, пока мама собачилась с соседями в чате, успел обделаться.
– Я думал, ты, супчик какой-нибудь сваришь, – заискивающим тоном произнес муж.
– Занята была. Не успела. На ужин приготовлю, – ответила из комнаты Ира.
– Вж…ж…ж… – заработал в квартире над головой у соседки Кати перфоратор.
– Опять эта шалава, кого-то приспособила ремонт у нее делать, – недовольно констатировала Ирина.
Больше всех из ее соседей Иру раздражала стройная брюнетка Катя…
Та работала в следственном изоляторе конвоиром и в свои тридцать два до сих пор была в активном поиске. Причем поиск начался в пятнадцать и был настолько активным, что она до сих пор не смогла определиться кто же ее принц. Перебрав множество кандидатур на роль суженного, Катя незаметно для себя добралась до отметки в тридцатку и тут обнаружила, что принцев всех давно разобрали. Теперь ей интересовались либо малолетки, у которых был свой «спортивный» интерес, либо старые пердуны, для которых любая женщина младше сорока была красоткой. Поэтому, когда ей предложили участвовать в долевом строительстве многоквартирного жилого дома с государственной поддержкой для военнослужащих, она с радостью согласилась.
«Найдется мой принц или не найдется, а все-таки свой угол, хоть и однокомнатный, не помешает», – думала она, оформляя в банке льготную ипотеку.
– Вот же бессовестная, – возмутилась Ира, – опять орать скоро начнет. Думает, что она одна здесь живет.
– Скр… скр… скр, – тут же завелся в подтверждение ее слов старенький диван наверху у Кати.
– Вот, гадина! – недовольно скорчилась Ира, роясь в навесном шкафу на кухне в поисках детской присыпки.
– Скр, скр, скр, – стал наращивать темп соседский диван.
– Да где же я ее поставила? Закончилась что ли? – зло, сама у себя вопрошала Ирина, пристав на цыпочки так, что ее домашний заношенный до сального блеска халат приподнялся и оголил бедра.
– Скр…р…р…и… – завизжал диван.
– А…а…а… – зашлась в унисон дивану в экстазе Катя.
– Шку…у…у…ра! – что есть мочи закричала в потолок Ира, не отрываясь от шкафа.
Алексей усиленно жевал холодные макароны прямо из кастрюли и, созерцая телеса своей жены, удивлялся тому, как он умудрился зачать с ней второго сына…