Антамагон
Шрифт:
– Что, но? – спросила я и услышала молчание в ответ. Я переспросила громче – Что, но?
– Когда мы в тайне встретились вместе с отцом у этой ведьмы, она сказала, что нам может помочь только один человек. – еле сдерживая слёзы сказала мама.
– Кто же?
– Я не помню, как точно его зовут. То ли Оливер, то ли О… Нет, безнадежно
– Садьярос. – смотря в пол, припомнил папа его фамилию.
– Оскар! – громко сказала я, помогая вспомнить его имя.
– Боже, нет, только не это! – мама взялась за голову.
– Что мы наделали!? – расплакался отец. Я впервые видела его слёзы.
Мне стало их очень жаль. Хотелось их как-то утешить, и я перестала настаивать на разговоре и просто пила чай, обдумывая, к чему они ведут. Выходит, у них была какая-то сделка с Садьяросом. Но почему они на это так остро реагируют? В конце концов, если бы не он, кто знает, чтобы со мной случилось. Где-то через десять минут, родители немного успокоились.
– Я знаю одно, если мы не расскажем ей сейчас, то завтра он, или этот Ричард, нас убьёт. – обратился отец к маме, держа её за руку.
– Это был он, он сегодня стучал в дверь, но я не могла поверить в то, что за столько лет, он ни чуточки не изменился. – дрожащим голосом и смотря на папу сказала она.
– В общем ведьма тогда сказала, где его искать. Сказала, что он решит нашу проблему. Взамен он попросил лишь одного. – промолвил отец и замолчал, уставившись в одну точку.
– Продолжай! – попросила я, но продолжила мама.
– Господин Садьярос сказал, что мы сможем жить вместе и нас даже обвенчают в церкви! А мы очень друг друга любили! – родители взялись за руки.
– И любим. – посмотрев маме в глаза, сказал папа.
– Он сказал, что нас никто не тронет за то, что мы разного цвета. И никто за это не осудит. – продолжила мама. И что у нас будет пусть и не большой, но свой дом с земельным
– И что он попросил взамен? – любопытно поинтересовалась я.
– Он попросил нашу будущую дочку. Чтобы мы вырастили её в любви и заботе. Не выдавали её замуж. А он заберёт её себе, когда ей исполниться 18. Он обещал не вмешиваться в её жизнь до этого возраста. – сказал папа.
Сказать, что я в шоке – ничего не сказать. То есть, они меня вот так просто продали еще до моего рождения и ничего мне не сказали? Выходит, мне всегда суждено было быть рабыней? О, да если бы не Ричард с Оскаром, наверняка меня убили бы где-нибудь на Фасе подав к столу. Если конечно, я дожила бы до этого момента, живя в подвале у дяди и неделями голодая. Мне на столько было отвратительно это слышать, просто не передать словами! Я всю жизнь надеялась, что у меня будет семья, что я найду своё дело и буду хоть как-то зарабатывать, как свободный человек! Но, оказывается за меня уже всё решили. И не какая-то там Марго с Фаса, а мои же собственные родители.
– И вы так просто согласились? – возмущённо спросила я.
– Мы не думали, что всё произойдет так. Я вообще думала, что у меня не может быть детей. Мы с папой встречались больше года, а я так и не забеременела. Даже после сделки мы думали, что у нас не будет детей. Да и какой шанс, что родиться именно девочка, а не мальчик? – продолжала мама.
– Вы продали меня! Продали меня этим монстрам! Вы хотя бы знаете, что они делают с людьми? А потом отдали дяде, который ненавидит черных всем сердцем! – я расплакалась.
– С самого детства мы пытались тебя защитить! Водили в церковь, молились за тебя. – оправдываясь, говорила мама.
– И каждый вечер заставляли молиться меня, несуществующему Богу.
Конец ознакомительного фрагмента.