Another. Часть 1. Что?.. Почему?..
Шрифт:
Конечно, самый быстрый путь – спросить саму Мей. Я это знал, но…
– …А!
У меня вырвался вскрик. Я увидел кое-что в дальнем конце этого странного подвального помещения – кое-что, что до сих пор избегало моего взгляда.
Это был…
Поставленный вертикально шестиугольный черный ящик в рост ребенка. Гроб? Ну да, гроб. Большой гроб в западном стиле, запрятанный сюда; а в нем…
У меня перед глазами все поплыло; я помотал головой, чтобы прийти в себя. Растирая руками замерзшие
Кукла девушки, целая – с руками, ногами, головой, – одетая в тонкое белое платье.
Она была чуть меньше, чем в реале. Это я мог сказать совершенно точно, потому что знал кое-кого, кто выглядел в точности как эта кукла.
– …Мей?
Вот почему мой голос слегка дрожал.
– Почему?..
Почему она похожа на Мей?
Волосы у куклы были красновато-коричневые, не как у Мей, и спускались ниже плеч, но черты лица, телосложение… все было точь-в-точь как у Мей Мисаки, которую я знал.
Правый глаз, уставившийся в пространство, – «пустой синий глаз». Левый – скрыт за волосами. Кожа – еще более бледная и восковая, чем у настоящей Мей. Бледно-розовые губы – чуть приоткрыты, как будто кукла вот-вот скажет…
Что?
Кому?
Что ты, черт возьми, такое?..
Голова стала кружиться еще сильнее. Мягко сжав ее руками, я стоял перед гробом, застывший, ошеломленный. И тут –
Из ниоткуда ко мне пришел ее голос, хотя я понятия не имел, как я мог его слышать.
– Пф. Значит, такие штуки тебе не противны, Сакакибара-кун?
4
Разумеется, кукла в гробу не говорила – это невозможно. Но на миг я был полностью уверен, что это именно она; ничуть не преувеличу, если скажу, что у меня чуть снова разрыв легкого не случился от потрясения. Я сделал шаг назад, непонимающе глядя кукле в лицо.
В следующий миг мне показалось, что я услышал смешок. Но, конечно, губы куклы не шелохнулись.
– Что ты здесь делаешь? – вновь раздался голос.
Это точно был голос Мей Мисаки. Значит, он правда исходил от куклы передо мной.
Галлюцинация? Не может быть…
Я убрал руки от лица и помотал головой. И лишь тогда увидел новую фигуру.
Темно-красная портьера, находящаяся сбоку от гроба и потому затененная им, отодвинулась. И из-за нее беззвучно появилась она – настоящая Мей Мисаки.
Это выглядело так, будто стоящая передо мной кукла отбросила тень и эта тень вдруг обрела плоть, хоть и оказалась одета в форму Северного Ёми, а не в платье.
У меня вырвалось «уу», потом –
– Чего…
– Я не пыталась спрятаться и напугать тебя, – ответила Мей своим обычным
…Что тогда ты тут делаешь? Главное – как ты так внезапно здесь очутилась? В смысле, блин…
Мей беззвучно обошла гроб. Школьной сумки при ней не было.
Остановившись перед гробом, она искоса глянула на куклу.
– Ты решил, что она похожа на меня? – спросила она.
– А, ага.
– Она похожа. Но она – только половина меня. Может быть, даже меньше.
С этими словами она медленно потянулась к кукле правой рукой и погладила ее красновато-коричневые волосы. Я увидел скрытый прежде левый глаз. На нем не было повязки, как у Мей; это был «пустой синий глаз», такой же, как правый.
– Что ты тут делаешь? – наконец выдавил я.
Мей легонько провела пальцем по щеке куклы.
– Я спускаюсь иногда сюда. Мне здесь нравится.
…Это мне мало что сказало.
Оставалось непонятным, зачем вообще она пришла в этот дом.
– У меня к тебе тоже есть вопрос, – Мей повернулась спиной к кукле в гробу, а ко мне, соответственно, лицом. – Что ты здесь делаешь, Сакакибара-кун?
– Ээ… я…
Не мог же я сознаться, что следил за ней от самой школы.
– Мне уже давно было интересно, что это за магазин. На той неделе я сюда случайно забрел и увидел его. И сегодня решил зайти внутрь.
Выражение лица Мей не особенно изменилось; она просто кивнула.
– О. Интересное совпадение. Некоторые считают, что такие куклы, как на этой выставке, страшноватые. Ты к ним не относишься, да?
– Ну…
– Что ты подумал? Когда зашел сюда?
– Я подумал, что это классно. Не могу объяснить словами, но они красивые. Они как будто из другого мира, и когда я на них смотрю, у меня в груди начинается что-то…
Я изо всех сил пытался подобрать слова, но объяснение получилось каким-то неуклюжим. Мей ничего не ответила и молча подошла к одной из ниш в стене:
– Мне вот эти нравятся больше всех, – сказала она, заглянув в нишу. Там были красивые сиамские близнецы, которых я уже видел. – У них такие мирные лица. Они могут быть так спокойны, хоть и связаны между собой. Это странно.
– Может, они спокойны именно потому, что связаны.
– Вряд ли, – пробормотала Мей, потом продолжила нормальным голосом. – Если бы они были спокойны, потому что не связаны друг с другом, я бы поняла.
– Хммм.
Разве обычно не наоборот? Так я подумал, но произносить ничего не стал, а просто смотрел на нее. Мей шевельнулась, и я решил, что она собирается снова повернуться ко мне, но она вместо этого вдруг спросила: