Аномалия
Шрифт:
Илья. Я не буду играть…
Голдин. Сынок… надо работать… понимаешь — работать… Мы тут работали, а ты спал… Сыграй людям что-нибудь… красивое… только не надо грустное… И я хоть послушаю, на что у меня тянули деньги целых восемнадцать лет…
Таня. Это правда, Илюша… Мы все хотим тебя услышать…
Нина. Сыграй им… Может быть, они никогда не слышали живой скрипки.
Илья. Я не буду играть…
Голдин. Если ты решил стать артистом, то не ломайся. А если
Илья. Поменяю…
Нина. Илюшенька, что ты говоришь! Господи, это все — аномалия!
Голдин. Не волнуйтесь за него, он уедет в консерваторию, будет знаменитым на весь мир… станет богатым и важным! Внимание коллектива! Мы ставим «Ромео и Джульетту»!
Снимает пальто, поправляет фрак, галстук. Выходит к публике.
Внимание, друзья! Перед вами опять я — жертва вашего изумительного гостеприимства. Я был последним, кто пригубил из тимохинского ведра, и мне почему-то кажется, друзья… что уже настала пора поблагодарить вас за гостеприимство и тепло. Не скоро забудется наша теплая встреча, дорогие друзья. В последнее время постоянно думаю: а вообще, что это такое, аномалия? Мне сразу скажут: аномалия — это вся наша российская жизнь. Нет! Аномалия — это мечта! Почему человек мечтает? Это заметили давно. Еще поэт далекого возрождения Данте Алигьери мечтал о добре и вечной любви. Знал ли он, что этой мечте не было суждено сбыться. Никогда. Наверно, знал, но ничего нам про это не сказал. И вот и я тоже служил этой мечте, и эта проклятая химера вытянула из меня все силы. Если бы я не верил в это, наверно, я бы не скитался по этим страшным дорогам. Аномалия… аномалия… аномалия… Мы, артисты, иногда должны на сцене умирать! Артисты это делают красиво… Один красиво подаст бокал с ядом, другого будет изумительно тошнить, он будет красиво корчиться, закатывая глаза… Дайте нам, артистам, умереть за вас всех, идиоты! Потому что только мы получаем от этого удовольствие! Остальным больно! Когда вы поймете, кретины, что нельзя никого убивать! Идиоты! Нельзя никому делать больно. Человек — не кабан! А вдруг у человека все-таки есть душа? А впрочем, вот вам история и про кабана. Был когда-то изумительный клоун в Херсоне по фамилии Хрюкин. Он дрессировал поросенка. И он дал ему свою фамилию: Хрюкин… Он так и говорил ему на каждом представлении: хрюкайте, Хрюкин! Номер назывался «Хрюкин нахрюкался». Клоун Хрюкин старенький уже был — вдруг умер… А другой Хрюкин к тому времени уже подрос… встал вопрос, что с этим артистом делать… Жизнь теперь нелегкая, а как своего брата-артиста съешь?! Товарищ ведь… ветеран сцены! Говорят, после того, как им два года денег никаких не платили, раздавались голоса, а давайте разделим на всех Хрюкина! Я недавно звонил в Херсон! Так вот, я вам должен заявить: Хрюкин жив! Хрюкин жив! Жив! Да-да… Я затянул… свое выступление… Актер не любит уходить со сцены. Я вижу-вижу… публика проявляет беспокойство. Публика уже
Нина(вскрикнула). Ефим… так мог сказать только артист…
Голдин(артистам). Что вы стоите? Идите! Быстрее! Идите! Прощайтесь с ними!
Нина(выходя). Шлю всем воздушный поцелуй.
Таня(выходя). Ребята! Всем совет: шерше ля фам!
Шафоростов(выходя). Шерше просто добрых, отзывчивых друзей…
Мусатова. Шерше-шерше. А где костыль мой?
Голдин и Жанна остались одни.
Голдин(Жанне). Детка, не думай ни о чем… все будет хорошо…
Жанна. Я не думаю…
Голдин. Жизнь — прекрасная вещь… Теперь у нас все есть… Деньги… Успех… А я, пожалуй, поеду заделаю гастроли в Мурманск… Я обещал показать спектакль… одному мальчику… В Мурманске живет маленький Хребет… мальчик… Я обещал, понимаешь… я обещал… Надо туда поехать… Ты не против? Поедем?
Жанна. Поедем…
Голдин. Я обещал… Жанна, я хочу одеться потеплее… мы не поедем в это охотничье хозяйство… Мой синий свитер в какой сумке, ты не помнишь?
Жанна(достает скрипку, Илье). Возьми… Сыграй для меня… сыграй…
Голдин. Какая скотина этот генерал! Высчитал у меня за карданный вал… и работу.
Жанна. Прошу тебя… ну сыграй… прошу тебя…
Илья неподвижен.
Голдин(Ивану). А ты что стоишь? Подгоняй автобус! Прямо ко входу…
Иван. Понял… А куда едем-то?
Голдин. А как ты сюда нас завез, скотина? Той же дорогой на бетонку… Я тебе говорил: не сворачивай! Зачем ты сюда свернул?
Иван. А ночевать где будем?
Голдин. Что-нибудь найдем… Не пропадем… Поехали! Поехали!
3анавес