Аномалии

Тёрнер Сэди

Опасные слова отца теперь полностью заглушаются гулом геликоптера, приземляющегося неподалеку на пляже.

– Иди. Сейчас. Стань невидимой. Тебе угрожает опасность, Кива. Всегда угрожала.

Он быстро обнимает меня и толкает в безопасное место — в кусты. Я прячусь за колючим кустарником, который царапает мои голые ноги своими острыми ветками. Через небольшой просвет в ветках вижу, как папа решительно идет к геликоптеру. Мне не нравится, что он выглядит так беззащитно. Его тонкая футболка развивается на ветру. Запах дыма невыносим, но мне нельзя уйти.

Я должна знать, что произойдет.

Он поднимает руки, когда открывается дверь, и два крепких Заступника выпрыгивают наружу и прижимают его к земле. Один из них, высокий лысый мужчина, смотрит в мою сторону и начинает в мою сторону. Мой папа кричит, пытаясь вырваться. Первый заступник поворачивает назад и бьет электрошокером отца, который падает на землю.

Я закрываю себе рот, чтобы не закричать, когда мужчины берут обездвиженное тело моего отца, заносят на борт и улетают. Но я знаю, что они вернутся. Но вернутся за мной или за содержимым рюкзака?

Я уверена в одном: что должна спрятаться прежде, чем геликоптер прилетит назад.

***

– КАК ДУМАЕШЬ, ТЫ МОЖЕШЬ ХОТЯ БЫ ДЕНЬ ОБОЙТИСЬ БЕЗ ТОГО, ЧТОБЫ НЕ ОСЛУШАТЬСЯ МЕНЯ?
– спросил Собек.

– Не уверен, - ответил Каликс.

Люди Собека обнаружили его и Сараю, плавающими в озере, и сказали пойти в Викторианское здание прямо за озером. Но Каликсу было так весело соревноваться со своим предписанным партнером, что он просто отмахнулся от них.

– Еще раз, - сказал Каликс, когда люди удалились. Он оттолкнулся от пристани и уже на старте был на голову впереди своего партнера, пока они наперегонки плавали через озеро.

– Не забывай, я живу в Восточной Америке, - сказала Сараю с противоположной стороны озера, победив его в третий раз подряд.
– У меня есть преимущество над мальчиком из Саббатикал-Сити без выхода к морю.

– Но я единственный сын Мирового Лидера, - похвастался Каликс.

– Это не делает тебя лучшим пловцом, - поддразнила его Сараю, плеснув в него водой.

Каликс чувствовал себя спокойно, играя в воде со своим другом. Он мог представить свою жизнь с этой забавной девчонкой, которая не боится бросать ему вызов. Однако их веселье было коротким. Внезапно на краю озера появилась Клаудия Дюрант. Нехотя они двинулись к ней, и в этот раз Каликс нарочно плыл так медленно, как только мог.

– А, мистер Васел. Рада видеть вас снова, - сказала Клаудия Дюрант, когда они доплыли до края. Она подождала, пока пара вылезла из озера и бросила каждому по полотенцу.

– Я бы хотел сказать то же самое, инструктор Дюрант, - сказал Каликс. — Но у меня такое предчувствие, что в этот раз в лагере будет не так весело, как раньше.

– Почему вы так говорите?
– настаивала Клаудия Дюрант.
– Мне кажется, что вам довольно хорошо.

– Это потому, что я еще не видел отца. Предполагаю, что он уже здесь.

– Здесь. Он ждет вас в ЛМ-5.

– Пойдем.
– Каликс взял Сараю за руку, но его остановила Клаудия Дюрант.

– Сейчас ваш

отец хочет видеть только вас. Уже поздно. Мисс Сингх может присоединиться к хижине восемь для девочек.

– Она будет жить с пятилетками?
– рассмеялся Каликс.
– Это глупо!

– Не так уж и глупо. Вы будете жить в хижине восемь для мальчиков. Думаю, вам пора идти. — Головой она указала на высокое каменное здание впереди.
– Скажу вам из личного опыта, что вашему отцу не нравится, когда его заставляют ждать.

Каликс покачал головой. Он обнял Сараю на прощание и направился к внушительному Викторианскому зданию. Он поднял голову, чтобы осмотреть верхнюю часть башни и увидел небольшое движение в окне. Он мог разглядеть, что его отец наблюдал за ним.

Собек наблюдал за ним все это время.

ГЛАВА 10

Я бегу

Люди уже начинают собираться, чтобы узнать, что произошло, поэтому мне необходимо спрятаться до того, как мне начнут задавать вопросы. Нужно найти какое-нибудь тихое место, чтобы обдумать мои дальнейшие действия. Есть всего одно место, куда я могу пойти, и нужно добраться туда до рассвета. Сжимая в руках отцовский рюкзак, я бегу по берегу к острым скалам подальше от домов. Через десять минут я уже за поворотом, и отсюда дома уже не видны.

Скалы — это такое место, до которого можно добраться только во время отлива — ранним утром или вечером. Здесь камни настолько большие, что загораживают береговую линию. Я осторожно взбираюсь по утесу, ставя ногу в щели, по которым лазила годами. На полпути решаю отдохнуть на большом выступающем камне, и мне приходится выгибаться за изрезанным образованием слева. Здесь находится почти невидимый вход в пещеру, через который может пролезть только достаточно худой человек. Тащу рюкзак за собой, стараясь не упасть. Вход в пещеру довольно скользкий. Я ходила здесь с самого детства, и вода, омывающая камни, с годами сделала свое дело: моя каменная тропа стала гладкой и скользкой, особенно для босых ног.

Я с легкостью нахожу место в дальнем конце пещеры. Когда забрали мою сестру, я сидела здесь часами и безудержно плакала, прячась от мира. Пещера казалась для меня самым безопасным местом, чтобы выплеснуть свою боль и разочарование. Мой отец отказывался признавать существование сестры, а больше никто не знал об этом. Все считали, что она умерла, как и моя мама, при родах. Они поверили тому, что мы им сказали.

Но я знала, что она жива. В своем убежище я рисовала ее портреты, которые когда-нибудь собиралась отдать ей. Для того чтобы сделать ее реальной, каждый год праздновала ее День рождения. Я не была здесь с последнего Дня рождения Сан — одиннадцатого, — и в ней много насекомых, веток и мха. Как только благополучно забираюсь внутрь, я подхожу к сухому отверстию в дальней части пещеры, прикрытому подвижным валуном. Отодвигаю камень и достаю свечу и кремень.