Анна
Шрифт:
Континент, накануне столь близкий, становился недостижимым, а город, который за морем растянулся в переливающуюся полосу под горами, всего лишь миражом.
Анна уныло села на скамейку.
Пересекать пролив вплавь было безумной затеей. И она призналась себе, что, если даже они найдут канотье, она не умеет грести. Она бродила с Астором, который разговаривал сам с собой, и Пушком, который писал на уличные фонари, помечая свою территорию.
За бензоколонкой тянулся ряд невысоких построек: таверна "Матросская", ресторан "Морская цикада",
Астор протиснулся между двумя ресторанами, и Анна последовала за ним. За лачугами, на крошечном мысе, ржавел парк развлечений, спрятавшийся среди эвкалиптов: карусель с развешанными сиденьями, автоспуск, павильон с видеоиграми.
Они уже видели похожие, и каждый раз Астор забирался в маленькие машины, но не мог сдвинуть их с места. Он просил Анну рассказать ему, на что это было похоже, когда горели цветные огни, звучала музыка, шумели дети. Но сейчас он прошёл насквозь, не проронив ни слова.
Роща заканчивалась на пустынной стоянке, вокруг которой стояли обугленные мусорные баки. Длинный двор выходил на каменистый пляж, покрытый мусором и побелевшими от соли ветвями деревьев.
– Пойдём... здесь ничего нет, – хмыкнула Анна.
Астор выскочил за небольшую стену, огораживающую парковку, и исчез из виду.
– Астор! Я сейчас... – фыркнула она.
Но Астор крикнул:
– Анна! Анна! Иди сюда. Быстрее!
Она называлась "Tonino II", и это была не лодка, а водный катамаран: белый с красным, с рулем, пластиковыми сиденьями и между ними горкой с лестницей, заканчивающейся за кормой. Астор нашёл его под брезентом.
Это было прекрасно. Нужно не грести, а крутить педали. Анна умела крутить педали. И брат тоже мог ей помочь.
Наконец-то немного повезло.
Осталось только затолкать катамаран в воду, но это было несложно – достаточно положить под него ветки, и он покатится.
Она поцеловала Астора в лоб, но тот с досадой вытер и уставился на море.
– Сколько нам плыть?
– Долго.
Что ещё нужно для переправы?
Надувные подлокотники для Астора. Нет, лучше спасательные круги. А ещё лучше – спасательные жилеты. Вода. Пища. В море будет холодно, так что тёплая одежда. Сменная одежда. И жёлтые куртки для дождя. В общем, много чего.
В магазинах на набережной все целые витрины были закрыты, а разбитые – все пусты. В какой-то бане они нашли оранжевые спасательные круги и полотенца. Они разбили окно ресторана "Морская цикада" и, порывшись в кладовой, нашли три банки морского ежа и две бутылки Шардоне.
Когда они закончили собираться, солнце стояло ещё высоко. Они уложили багаж на носу катамарана.
Перетащить его к морю оказалось сложнее, чем ожидалось. Он был тяжёлым, а ветки не катились по крупной гальке. Когда его нос коснулся воды, они смертельно устали.
На море стоял почти штиль, но ветер плевал в лицо брызгами холодной воды.
Они натянули свитеры и брюки, а поверх них – прозрачные плащи и стали похожи на две куклы, завёрнутые в целлофан.
Готовы?
Готовы.
Астор сидел в своём кресле и рычал, подражая звуку мотора.
– Попрощайся с Сицилией, – сказала ему Анна.
Мальчик помахал ручкой:
– Пока.
По крайней мере, у него не было ностальгии.
Пёс сидел у края пляжа и смотрел на них, подняв уши.
– Пушок, ко мне! Давай, иди сюда.
Пёс не пошевелился.
– Астор, приведи его.
Малыш, надув щёки, подбежал к собаке:
– Пошли, Пушок, – сказал он.
Но едва он подошёл к нему, пёс отбежал в сторону.
– Иди сюда, – повторил Астор.
Он попробовал ещё раз поймать его, но безуспешно.
– Стой! Стой на месте!
Сложив руки на бёдрах, он повернулся к сестре:
– Он не хочет идти.
Они всячески пытались поймать его, играли в догонялки, но пёс убегал, поджав хвост, готовый рвануть, как только к нему приближались.
– Что будем делать? – спросил Астор с опаской.
– Не знаю, – Анна пожала плечами.
Она подумала обо всём, кроме Пушка. Анна полагала, что он без проблем залезет в лодку. Разве её дно не похоже на крохотный клочок суши?
– У меня есть идея.
Она достала из рюкзака коробочку с морским ежом, открыла её и показала собаке:
– М-м-м... – протянула она и ткнула пальцем в оранжевую пасту. – Хочешь?
Запах был просто ужасный.
Пёс сделал несколько осторожных шагов к еде, и Анна, затаив дыхание, шагнула ему навстречу:
– Попробуй, это вкусно.
Она вылила мякоть на камень и отошла. Овчарка осторожно подошла, принюхиваясь к воздуху, высунула язык и принялась лизать.
Оба одновременно подскочили к псу, обхватили его, и Анна накинула ему верёвку на шею.
– Попался.
Они потащили его к катамарану, но пёс упирался, мотал головой, пока рывком не освободился от петли и не убежал на стоянку.
– Он никогда туда не полезет, – Анна бросила верёвку на землю и посмотрела на небо. – Хватит. Уже поздно. Оставим его здесь.
Астор прищурился, словно не понял:
– Мы не берём его с собой?
– Нет.
– Давай дадим ему снотворное.
– Времени нет, надо отправляться. Уже темнеет.
– Оставим его здесь?
– Да.