Анимист
Шрифт:
– Отступить, место лучникам!
Солдаты отскочили назад, и снова запели луки.
Генерал, из бока которого все еще торчало копье, схватил короля и прыгнул с мостика посреди града стрел. Но стрелы находили цель.
Алекс с болезненным головокружением смотрел, как Генерал летит вниз; даже несмотря на крики, он услышал треск ломающейся кости, когда тероп приземлился на ноги. Он хромал, но пытался бежать. Еще несколько стрел полетело ему вслед; безрезультатно: он был вне досягаемости. Но усилие обошлось ему слишком дорого. Шатаясь, он сделал еще шаг, попытался наступить на сломанную ногу и с шипением упал на бок,
Град стрел, все равно бесполезный на таком расстоянии, стих по команде «Прекратить огонь!», и Алекс подумал, что солдаты сейчас торопятся во двор, где король Кэрэван держал голову мертвого телохранителя на коленях и плакал, как ребенок. Возможно, они только заключат короля в тюрьму. Возможно, Алекс еще сумеет как-то спасти его…
Но какой-то безымянный невидимый солдат, более исступленный, бессердечный или тугой на ухо, чем остальные, выстрелил, и одна-единственная арбалетная стрела впилась в грудь Кэрэвана.
Безумный король не вскрикнул, только тихо охнул и осел на шею Генерала.
Алекс невольно вскрикнул, а потом уже гораздо громче, когда один из лучников выстрелил в него. Стрела просвистела над плечом, оцарапав ухо и едва не задев Пылинку. Алекс потерял равновесие и оказался на балке верхом, с весьма болезненным результатом. Вселенная сжалась в маленький комок боли. Ощущение
паника страх любовь надежда
пробилось к сознанию, пытаясь оттеснить боль: это Пылинка взбиралась по повисшему вниз головой телу. Ноги сорвались с балки, он ухватился руками за другую балку и неожиданно оказался перед другим окном. Почувствовав, что утыканные занозами руки разжимаются, и почти услышав, как срывается с тетивы еще одна стрела, Алекс качнулся назад, вперед – и влетел в окно.
Ноги оказались внутри, он неуклюже упал животом на каменный подоконник и ухватился за него, чтобы не вывалиться обратно в окно; еще усилие – и он оказался на полу. Пылинка свалилась с плеча, он, задыхаясь, подхватил ее и засунул под рубаху.
испугана встревожена
Это была комнатка для слуг, давно заброшенная, с двумя открытыми дверьми, за которыми слышались приближающиеся шаги. И закрытый стенной шкаф.
Там могло быть оружие; он уронил рогатину, когда в него попала стрела. Он распахнул дверцу. Внутри была гулкая пустота, вроде дымохода, и висели две веревки. Не раздумывая, Алекс схватил веревки и полез в пустоту.
Он быстро спускался по веревкам, переставляя руки, но слабость от боли и страха сделала его неловким, и он выпустил одну веревку. Все еще цепляясь за другую, немного провисающую веревку, он попытался опереться о стену шахты и обрушился на деревянную платформу, по-прежнему крепко сжимая веревку, которая теперь натянулась.
Внезапно Алекс вспомнил блоки, использовавшиеся в колледже, чтобы поднимать и спускать громоздкие предметы, и понял, что, видимо, находится в подобном механизме. Он медленно выпустил веревку, и платформа
Глава 11
Алекс с треском свалился на дно шахты, вдребезги разбив непрочное дерево кухонного лифта. Он с трудом встал. Темнота. Он ожидал, что окажется в древней кухне, но на самом деле… Он посмотрел вверх. Да, он пролетел прямо сквозь то, что, наверное, было дверью люка что ли, в… когда-то это, видимо, был винный погреб. Несколько старых пыльных бутылок еще лежали в нишах. Когда глаза привыкли к темноте, он увидел, что теперь здесь полно грызов.
Их, наверное, было тридцать или сорок; они смотрели на него широко открытыми глазами. Некоторые нашли грубое оружие: палки, разбитые бутылки, даже камни – и держали его наготове.
«Я даже не знал, что они живут под дворцом! – подумал Алекс. – Но ведь я не знал, и что у них есть туннели под городом, может быть, многие мили туннелей. Они выкопали их… но ведь Глиит говорил, что они построили все фундаменты и в Бельтасе тоже. Они все время были здесь, внизу, а мы никогда не знали об этом… Если бы Клак смог организовать их, они бы появились из ниоткуда…»
Он вытянул руки, чтобы показать, что безоружен, и попытался заговорить по-грызски:
– Пожалуйста, не надо худо, не надо драка. Пожалуйста, найти Флип или Глиит…
Грызские имена одинаково звучали и на грызском, и на торге, но по-грызски надо произносить их быстро, чирикая на гласных.
– Мы слышали, что пришли солдаты, – произнесла на торге осторожно выступившая вперед маленькая грызиха. – Мы… вы побеждаете?
Алекс опустил глаза.
– Нет. Мы проиграли… проигрываем. Король погиб. Генерал погиб.
Услышав такие новости, грызы тихо ахнули и зашептались. Алекс посмотрел на них и вдруг вспомнил разговор с принцессой. Принцесса… нет, теперь королева. Если она еще жива… но должна бы. Чернан обеспечил бы это. Идея. С отчаянием того, кому нечего терять, Алекс вцепился в эту мысль.
– Но… мы еще не проиграли, – закончил Алекс, и грызы удивленно посмотрели на него. – Пока нет. Грызиха, заговорившая с ним, мотнула головой.
– Все там. Пойдем.
Алекс шел за ней по длинному низкому коридору, битком набитому грызами, которые провожали его взглядами и шептались между собой. Алекс снова почувствовал напряжение в воздухе и внезапно решил проверить… да, над толпой грызов нависало слабое свечение, совсем слабое, но оно было. Пылинка, похоже, не забеспокоилась, как бывало обычно в присутствии великого духа или чародея, поэтому и Алекс не позволил себе бояться.
Он вошел в большой зал; чтобы создать его, стены нескольких погребов и комнат сломали, оставив в важных местах колонны для поддержки свода. Зал, как и расходящиеся от него коридоры, был набит грызами. Воздух, жаркий и влажный, был полон тихих перешептываний и щебета. Алекс таращился в полумрак, пытаясь прикинуть, сколько их здесь может быть. Несомненно, тысячи, возможно, даже сотни тысяч? Все, похоже, настороже; больные, наверное, где-то в другом месте, по-прежнему набиваются в вонючий самодельный чумной барак.