Анима 4

Бо Вова

— И зачем вы мне это все рассказываете?

— Чтобы ты понимал, против кого выступаешь. И кто твои союзники. Потому что, признаться честно, ты далеко не он. И шансов на победу у тебя гораздо меньше. А я очень хочу, чтобы ты победил Огарда. Нет, не так. Я хочу, чтобы Именователь убил его.

— Почему? Какая разница?

— Огард нарушил закон Анимы, испепелил душу и не одну. Есть теория, что Резчик не даст его покровителю снова воскресить Огарда. Потому что механика реинкарнации в новом мире схожа с механикой филактерий и прочих фишек

бессмертия призывателей. Резчик игнорирует их все. Может это и не так, но попробовать все равно стоит.

— И вы мне поможете? В бою с Огардом.

— Если решу, что у нас есть шансы. Потому что для меня это будет последняя битва. И если ты окажешься слишком слаб, я лучше подожду следующего кандидата. Поверь, возраст для меня не так важен, как для большинства призывателей. Еще лет двести у меня есть в запасе.

Я побарабанил пальцами по столу, переваривая все услышанное. Внезапный союзник в бою с Огардом — это действительно ценно. Не знаю, что древняя старушенция может, но наверняка она успела поднакопить козырей в длани.

— Теперь о нашем деле, — произнесла она, в миг став серьезной. — Я хочу, чтобы ты вписал еще одно имя на колонну. Небожитель. И убил. По цене, уверена, мы договоримся.

Если честно, я не знал, что мы к этому подойдем, но изначально планировал отказаться. Это ведь не будет имя какого-нибудь перворангового ублюдка. Вписать имя — потратить заряд на активацию Резчика. Плюс трата заряда при приближении к цели. И убить Небожителя вряд ли будет легкой прогулкой.

Если честно, мне и эти два вычеркнутых дались с большим трудом и подготовкой. Я вписал Фобию и мне придется потратить не один месяц на разработку плана по ее ликвидации.

Так что одно дело, когда имя вписано по личным мотивам. И совсем другое — за плату. Вряд ли Алиса могла предложить мне что-то, чего я и сам не смог бы рано или поздно достать. Вряд ли риск того стоит.

Но Оракул была откровенна со мной, ничего не скрывала, печенье вкусное в конце концов. Потому я решил хотя бы просто выслушать ее.

— Кто? — спросил я.

— Монада.

Знакомое имя. Очень знакомое, но по фотографии было бы легче. Я пытался вспомнить, где мог слышать это имя, но почему-то в голове не возникло никаких ассоциаций.

А затем вспомнил. Так звали ту девчонку, что была с Дракусом в Грохочущем Доме. Там, в Зазеркалье. Если честно, даже не помню, что она там делала, но от взрыва чуть не умерла.

— А она тут при чем? — спросил я, а затем пазл внезапно сложился. — Альфаир. Это все из-за него.

Маска добренькой бабушки на мгновение треснула. И сквозь эту трещину проступил оскал чудовища, так что у меня волосы на затылке зашевелились. Но через мгновение она отвела взгляд и взяла себя в руки.

— Он ваш сын? — осторожно продолжил я. — Есть что-то общее.

— Да. Единственный.

— Он погиб в Грохочущем Доме в тот день? При взрыве?

— Он же привез тебя сюда, — спокойно ответила Оракул.

— Он не отбрасывает тени. Вообще. Даже у

людей есть тень. У всего есть тень, хоть я иногда и люблю утверждать обратное. А у него нет.

— Выдающиеся способности к глубокому анализу. Сопоставление, выявление закономерностей. Удивительно, что ты до сих пор не прочитал записи Наставника.

— Но она-то тут при чем?

— Она могла остановить его, — не сказала, но прошипела Алиса. — У нее была масса возможностей. Я видела. Она могла не допустить. Ничего бы этого не было.

— Бездействие не повод убивать человека. Тогда и меня надо казнить.

— Какая проблема, Именователь Эзо? Ты вписываешь имя и получаешь за это плату.

— А если Храм не… Храм не примет ее имя, — уже не спрашивал, а утверждал я. — Иначе бы оно вошло в ваш с наставником уговор. Тогда бы он заставил меня вписать ее имя на свою колонну.

— Он вписал много имен. С запасом. Просто знал, что все равно не успеет их вычеркнуть.

— И я знаю их все. Половину даже не знаю, кому принадлежат. Но Монады там не было. Храм не принял ее имя?

— Так убей ее просто так, — прошипела Алиса.

— Я вам маньяк какой-то? Почему тогда сами не сходите и не убьете ее.

— За мою голову назначена огромная награда, так что в Москве я гость нежеланный. Монада безвылазно сидит в башне. Она станет уязвима лишь после того, как Огард умрет. Когда Небожители начнут сыпаться. Но я до этого времени вряд ли доживу. А в твоем досье есть характеристики «принципиальный» и «держит слово». Мне этого будет достаточно.

Я вздохнул и откинулся на кресле. Бабуля реально не особо рассчитывает пережить битву с Огардом, но почему-то считает, что ее переживу я. При этом обещает награду за работу, которую не сможет проверить.

Выглядит заманчиво со всех сторон. Но есть одно «но». Под названием драконий кодекс.

— Это не мой путь, — произнес я. — Могу попытаться вписать. Но я даже Храму Имен уже не доверяю в этом вопросе. Не знаю, по каким критериям он выбирает цель. Похоже, не самые плохие люди могут оказаться на колонне. Но у меня нет ни одной причины убивать эту Девушку. У Храма нет на то причин. А я не убиваю всех подряд за деньги, так что лучше наймите киллера за свои деньги.

— Так и сделаю, — кивнула Алиса. — А насчет тебя, я бы не была так уверена. Я видела те вероятности, в которых твое имя можно было без труда вписать в Храм. И поверь, вполне заслуженно.

— Но, как вы сами и сказали, я не разбираюсь в принципах Зазеркалья. А потому не собираюсь воспринимать это близко к сердцу.

— Твое право. Просто учти это. Ты способен творить по-настоящему жуткие вещи. В тебе есть эта сторона. Делай с этим, что хочешь, но только не строй иллюзий по поводу себя.

Оракул явно была недовольна исходом нашего разговора и демонстративно уставилась в чашку с чаем. Не знаю, кем она меня считала, но старуха явно запуталась в отражениях. Потому я вежливо поблагодарил за угощения и пошел на выход.