Англичанка
Шрифт:
— По-прежнему никаких требований?
— Никаких, — подтвердил Сеймур. — Зато есть новое доказательство того, что она жива. Еще фото.
— Как они указали, где искать конверт?
— Позвонили на сотовый Саймону Хьюитту, используя электронный генератор речи. Хьюитт забрал послание во время утренней пробежки — первой и последней за свою жизнь. Джереми Фэллон передал конверт мне сегодня утром. Думаю, не надо говорить, что напряжение в резиденции премьера царит довольно сильное.
— Дальше будет только хуже.
— Что,
— Если честно, то я вроде нашел заложницу. Вопрос: что делать дальше?
По Малому мосту они перешли на другой берег Сены и проследовали на площадь перед собором Парижской Богоматери; Габриель все это время на ходу и очень тихо рассказывал об успехах: о том, что визави Мадлен Хэрт из корсиканского кафе зовут просто Поль; что он нанял марсельского контрабандиста Лакруа вывезти Мадлен с острова; что после Лакруа потребовал прибавки к гонорару в размере сотни тысяч евро и что деньги ему должен был передать Рене Броссар в Эксе. И что, когда передача не удалась, Броссар скрылся в уединенной сельской долине, на одной из трех местных вилл.
— Думаешь, Мадлен держат на одной из трех вилл?
— Рене Броссар — заметная фигура в криминальном мире Марселя. Прятаться в долине у него лишь один повод. Если только он не занялся виноделием.
Сеймур покачал головой.
— Жандармы искали Мадлен больше месяца, — произнес он, выдержав небольшую паузу. — Ты умудрился отыскать ее за пять дней.
— Так ведь я не жандарм.
— Потому к тебе и обратились.
Прямо перед ними на фоне собора фотографировались молодые туристы из Восточной Европы: то ли хорваты, то ли словаки… Габриель не разбирался в славянских языках. Он подтолкнул Сеймура влево, и они пошли мимо туристических кафе вдоль улицы д’Арколя.
— Ты не против, если я спрошу кое о чем? — поинтересовался Сеймур.
— Чем меньше ты знаешь, тем лучше, Грэм.
— Уважь меня.
— Ну, если настаиваешь.
— Как ты узнал про Поля?
— Не могу сказать.
— Где сейчас Марсель Лакруа?
— Про это тоже не спрашивай.
— Кто следит за виллой?
— Один помощник.
— Из Конторы?
— Не совсем.
— Ну что ж, — заключил Сеймур, — очень познавательно.
Габриель промолчал.
— Что вообще ты знаешь о Поле?
— Бегло говорит по-французски, с акцентом, часто меняет внешность и еще, по-моему, любит кино.
— В каком смысле?
Габриель пересказал исповедь Лакруа — ту ее часть, где контрабандист встретил Поля на Каннском кинофестивале, умолчав при этом о скотче, пытках водой и пуле, которую Кристофер Келлер, ренегат из спецназа ВДС, мнимый покойник, всадил Лакруа в лоб.
— Судя по всему, этот Поль — профи.
— Еще какой, — согласился Габриель.
— Считаешь, что он втерся к Мадлен в доверие и после похитил ее?
— На момент похищения они
— Сколько вы следите за домом?
— Пока что меньше суток.
— И скоро ты выяснишь, прячут ли на вилле Мадлен?
— Точно можем вообще не узнать, Грэм.
— И все же? — надавил Сеймур.
— Нужны еще сутки.
— Останется день до истечения срока.
— У тебя нет иного выбора, кроме как удовольствоваться моими сведениями и передать их французам.
Обогнув угол, они вышли на тихую боковую улочку.
— И что мне им сказать, когда они спросят, откуда такая информация? — спросил Сеймур.
— Скажешь: сорока на хвосте принесла. Состряпай убедительную легенду о тайном источнике или перехваченном сообщении. Поверь, Грэм, французы не станут допытываться подробностей.
— А если девушку удастся спасти? Что дальше? — Сеймур тут же ответил на собственный вопрос: — Вскроется интрижка Мадлен с премьер-министром. Французы публично ткнут Ланкастера носом в это дерьмо — на то они и французы.
— Может, и не ткнут.
— Ланкастер рисковать не станет.
— Ты просил найти девушку, — напомнил Габриель, — и я вроде как нашел ее.
— Теперь я прошу ее вызволить.
— Если я войду в тот дом, погибнут люди.
— Французы все спишут на бандитские разборки. В Марселе такое сплошь и рядом. — Помолчав, Сеймур добавил: — Особенно если замешан ты.
Последнее замечание Габриель проигнорировал.
— Допустим, я спасу заложницу. Что дальше с ней делать?
— Доставь в Англию, а там уж мы сами обо всем позаботимся.
— Понадобится легенда.
— Люди постоянно пропадают и возвращаются.
— Что, если видео как-то обнародуют?
— Нет заложницы — нет скандала.
— Ей понадобится паспорт.
— Боюсь, я тебе не помощник.
— Почему это?
— Если я сделаю фальшивый паспорт с фотографией Мадлен, поднимут тревогу. И потом, твоя служба сама неплохо подделывает документы.
— Приходится.
Некоторое время они шли молча. Габриель исчерпал запас возражений и вопросов. Он мог лишь отказать, но не был готов просто ответить «нет».
— Вдруг она окажется не в состоянии передвигаться? — спросил он наконец. — Вдруг совсем расклеится? Пока оклемается, пройдет время.
— Что предлагаешь?
— Если Мадлен держат на вилле и если нам удастся ее вызволить из плена, я отвезу ее на явку во Франции. Туда же вызову команду: врача и молодых сиделок, чтобы ей было комфортно. Почистим девушку, приведем в себя.
— А после, когда будет готова ехать?
— Изменим ей внешность, сфотографируем и справим израильский паспорт. Затем переправим через Ла-Манш, и дальше — она уже ваша забота.