Ангелы крови
Шрифт:
Реннингтон получил к ним доступ еще во время Войн Воцарения и с тех пор старательно копил информацию обо всех способностях, приемах и техниках Домов, от техноритуалов жрецов Лантоя, до сеансов Слияния с миром, проводимых Милосердными Сестрами в обстановке глубокой секретности. Пусть и не имея возможности воспользоваться многими ритуалами и приемами, он точно знал, как именно они должны проводиться и в каких случаях.
Каждый из Домов старательно оберегал свои тайны, и откровения Реннингтона стали неоценимым подарком для
Разумеется, он сразу же заметил и то, что своих людей Реннингтон расставил так, что они блокировали все подходы к оперативному залу, но это сейчас его не слишком беспокоило.
Подопытный показывал потрясающие результаты. Буквально за несколько часов, им удалось добиться безусловного подчинения, значительно сократилось время выполнения команд, а операторы мант-вычислителей доложили, что практически исчезла реакция отторжения, из-за которой еще вчера приходилось накачивать ангела наркотиками, подавляя волю.
Они вплотную приблизились к уровню контроля, достигнутому жрецами Аланая.
Хранитель еще раз бросил взгляд на экран и повернулся к Реннингтону:
– Это потрясающе. Мне кажется, уже сейчас можно приступать к опыту с объектами других видов.
– Советую начать с добберов. Они по самой природе своей склонны к коллективному подчинению. Так что, по возможности, привлеките к опытам полную семью. А в идеале – ячейку улья.
Неслышно ступая, вошел Олон, склонился к уху Хранителя:
– В нижнем зале ожидает некий Тишиг. Его направили для завершения контракта, заключенного нами с покойным мистером Джонсоном.
Хранитель дернул плечом:
– Подожди в моей комнате.
И, уже Реннингтону:
– Я вынужден оставить вас на некоторое время. Увы, текущие дела требуют личного присутствия.
– Да-да. Конечно. Прекрасно вас понимаю. Я буду здесь. Наблюдать за происходящим крайне… увлекательно.
Олон расхаживал из угла в угол по комнате, которую Кинби узнал бы без труда. Правда, сейчас ширмы с четырехрукими монстрами стояли сложенными вдоль стен, отчего помещение казалась нежилым.
– Что ему нужно? – резко спросил Хранитель.
– Формально, это соблюдение ритуала ордена-корпорации. Он должен принести извинения работодателю за несоответствие их продукции требованиям заказчика.
– Об этом я знаю, – отмахнулся Хранитель, – Что ему нужно на самом деле?
Олон пожал плечами:
– Увы, я не знаю. Но принять его все равно придется.
Тишиг терпеливо ждал хозяина Дома, стоя в середине небольшого светлого зала со сводчатым потолком.
При появлении Хранителя он склонился в поклоне, демонстрирующем подчинение младшего старшему и более мудрому. Хранитель по достоинству оценил этот жест и ответил поклоном «хозяин – уважаемому гостю», что сразу позволило вести беседу на более высоком уровне.
– Я слушаю вас, почтенный… – Хранитель сделал паузу, давая гостю возможность представиться.
– Тишиг.
– Извинения приняты, уважаемый Тишиг, – ответил Хранитель, пристально всматриваясь в южанина.
Он постарался ничем не показать своего удивления. Невысокий стройный человек с незапоминающимися чертами лица, являлся воплощением темноты. Для Хранителя он являлся черным силуэтом, вырезанным в структуре реальности, провалом в те пространства, куда вели наиболее тщательно охраняемые двери Дома.
– Также я должен передать, что орден скорбит о потере мистера Джонсона, нашего давнего партнера, и доводит до вашего сведения, что все обязательства по контракту будут нами выполнены. Также, совершенно бесплатно, будут устранены существа, причастные к гибели нашей продукции и сотрудников мистера Джонсона.
– Мы с благодарностью принимаем это щедрое предложение.
– Сегодня ночью я уже приступил к выполнению наших обязательств. Женщина-полицейский, послужившая одной из причин невыполнения контракта, устранена.
Хранитель тихонько хмыкнул:
– А сотрудники Девятой комнаты тоже входили в этот… перечень?
– Нет. Это было одно из тех непредвиденных обстоятельств, что постоянно встречаются на жизненном пути, – невозмутимо ответил Тишиг.
– Как изящно вы выражаетесь. Впрочем, это одна из особенностей южной культуры, – оборвал сам себя Хранитель:
– Итак, вы можете передать уважаемым директорам, что их извинения приняты. Более того, я должен поблагодарить их, и вас, лично, за проявленную заботу о процветании Дома Тысячи Порогов.
Тишиг поклонился, демонстрируя глубокое уважение гостя к хозяину-нанимателю.
– Могу ли я, недостойный, просить вас о милости, которую буду вспоминать до конца своих дней? – мягко опустившись на колени, гость согнулся в поклоне касаясь пола лбом и ладонями.
– О чем именно? – удивленно приподнял бровь Хранитель.
– Я знаю, что в Доме Тысячи Порогов существует Комната Перекрестков. Комната, о медитации в стенах которой мечтают лишь избранные. Лишь те, кто умеет слушать голоса с изнанки мира.
Хранитель задумчиво смотрел на склонившегося перед ним человека. Впрочем, человека ли?
Приложив сплетенные указательные пальцы к губам, он закачался с носка на пятку. Наконец, приняв какое-то решение, порывисто бросил:
– Хорошо. Вас проводят в Комнату Перекрестков. Я ценю ваше рвение и польщен вниманием к Дому, скромным хранителем которого являюсь. Надеюсь, мы сможем поговорить завтра, по окончании вашей медитации.
Тишиг одним движением оказался на ногах. Только что он стоял коленопреклоненный, и вот уже, все так же почтительно склонив спину, стоит перед Хранителем.