Ангелы/черти [СИ]
Шрифт:
– Что у вас тут?
– к Тимофею и Галине подошел статный темноволосый мужчина. Он чем-то неуловимо был похож на Иван Ивановича, только седины в волосах у него не было, но та же стройная подтянутая фигура, та же теплая, располагающая улыбка, те же искрящиеся добром глаза.
– Черт у нас тут, - Галина кивнула на танцующую девушку.
– Чертовка, - поправил ее Тимофей.
– Хорошенькая, - улыбнулся пришедший.
– Давно?
– Несколько часов уже, - Галина поджала губы.
–
– Не надо так злиться.
– Я не могу, - женщина захлопала глазами.
– Не могу. Я знаю что это плохо, но ничего не могу с собой поделать. Как они смеют?
– Ну смеют же, - улыбнулся мужчина.
– Илья, - из своей машины вышел Иван Иванович. Рад тебя видеть - он пожал пришедшему руку.
– Она что-нибудь делает?
– поинтересовался Илья.
– Пытается влиять на доноров или может еще что?
– Нет, - покачал головой Тимофей.
– Я за ней внимательно следил, она ничего не делала, просто сидела, сейчас вот плясать пошла.
– Я думаю, она для отвлечения внимания, - сказал Иван Иванович.
– Другой причины ее бездействия я не нахожу.
– Мы отсеиваем всех подозрительных доноров, но я все равно боюсь, - Галина взяла Илью за руку, с ним было проще, он успокаивал, он не давал ненависти переполнять и выплескиваться.
– Ты ее раньше не встречал?
– спросил Иван Иванович.
– Лично нет, но доклады о ней читал. Она еще студентка, зовут Рада.
– Студентка? С такой атрибутикой?
– удивленно воскликнул Тимофей, забыв, что с собратьями может общаться мысленно.
– Тише, - зашипели на него тут же.
– Да, - улыбнулся Илья.
– Способная малышка.
– Рожки она получила почти сразу после распределения по курсам, на первой практике, хвостик на следующий год.
– Однако, - покачал головой Иван Иванович.
– За три учебных периода и так вырастить и то и другое....
– Да, как я уже сказал девочка способная, - кивнул Илья.
– Обратите внимание, рожки у нее не простые, а витые, это тоже о многом говорит.
– И хвост вон какой длинный, - заметил Тимофей, который, не смотря на то что институт уже закончил, имел лишь маленький едва заметный нимб, а о крыльях и мечтать не смел.
– Это ей за дело с пропавшими детьми награда, - вздохнул Илья.
– Помните, тогда шумиха большая была, несколько человек обвинили в педофилии, одного из них толпа камнями забила, а потом оказалось, что они близко ни в чем не виноваты и детей пропавших даже не видели.
– Да, что-то припоминаю, - кивнул Иван Иванович.
– Так вот шумиху с педофилами она подняла и раскрутила. Банк ненависти черти тогда пополнили как никогда, плюс невинно загубленная душа и куча душ с убийством невинного на балансе.
– Сволочи, - Галина, сжала кулаки.
– Ненавижу.
– Галина, - воскликнули мужчины, но было поздно, чертовка повернула к ним голову и улыбнулась,
– Она же только радуется, - простонал Тимофей.
– Я не чувствую больше никого, - проверив округу, сказал Илья.
– Она тут одна.
– Или с ней кто-то настолько сильный, что мы не в силах их распознать, - возразил врач.
– Возможно, - согласился Илья.
– Она идет сюда, - Галина снова схватила Илью за руку.
Чертовка приближалась к машинам не одна, вместе с ней шли еще шесть человек, вся танцевавшая группа подростков.
– Мы хотим кровь сдать, - покачивая головой и размахивая руками, будто все еще танцуя, сказал парнишка в штанах с мотней на коленках и кепке, надетой поверх банданы.
– Да, мы хотим, - как китайские болванчики закивали его товарищи.
– А несовершеннолетним нельзя, - радостно сообщила, растерявшаяся было Галина.
– Нельзя несовершеннолетним, по закону запрещено.
– Эй, тетя, ну ты чо, мы же типа помочь хотим.
– Простите, ребята, - мягко вмешался Иван Иванович.
– Мы очень признательны вам за желание помочь, но, к сожалению, закон действительно ограничивает возраст доноров. Но вы очень поможете, если прочтете сами и раздадите друзьям специальные буклеты. Тимофей, принеси, пожалуйста.
– Ну и ладно, я все равно кровь сдавать боюсь, - заявил за спиной лидера кто-то.
– И я боюсь, - тут же обрадовался кто-то еще.
– А я не боюсь, - чертовка вышла вперед.
– И я совершеннолетняя, - она подняла красивые синие глаза на доктора и улыбнулась. Улыбка в обоих образах была совершенно искренняя, Илья никогда раньше не видел так искренне улыбающихся чертей. Улыбки у чертей были разные, хитрые, злые, насмешливые, неискренние, но эта была чистой, будто не черт улыбался, а человек или ангел.
– Для того чтобы быть донором надо быть совершенно здоровым, - не унималась Галина.
– А я здорова, у меня даже справка есть, я недавно обследование проходила, - девушка снова улыбнулась.
– Сейчас покажу, - она принялась рыться в своем рюкзачке.
– В этом нет необходимости, - остановил ее Иван Иванович.
– Проходите, у вас возьмут кровь.
– Вот проспекты, - подскочил Тимофей.
– Спасибо, - кивнул ему Иван Иванович.
– Ну что, ребята, возьмете?
– Возьмем, - буркнул не сильно довольный главарь и, забрав кипу буклетов, пошел прочь.
– Иди к ней, Ваня, - тихо сказал Илья.
– Галину с ней наедине оставлять нельзя.
– Ай, - вскрикнула девушка, которой Галина как раз втыкала иголку в вену.
– Больно. Больно - больно, - вскрик получился громким, два человека, размышлявших стоит ли присоединиться к акции, вздрогнув, сделали вид, что просто шли мимо.
– Простите, пожалуйста, - Иван Иванович отстранив женщину, взялся за дело сам.