Ангельский облик

Иден Дороти

За кружевной занавеской в окне маленькой гостиной Мэг увидела рыжую кошку, которая прыгнула на подоконник и выглянула на улицу. Должно быть, это и была кошка мисс Барт. Ганс, наконец, выпустил её, невзирая на запрет хозяйки; видимо, не смог дольше выносить её мяуканье. Но почему он этого не сделал, пока Мэг была в доме?

Библиотекарша подняла темные, слегка косившие глаза, и холодно взглянула на Мэг. Прежде чем та успела открыть рот, она сказала:

— Не говорите ничего. Вы — новая секретарша.

— Откуда вы знаете?

— Разве

вы не заметили, что здесь все на ладони? Кем же ещё вы можете быть? — в голосе не было враждебности, только циничная снисходительность. — Кроме того, в вас каждая жилка выдает, что вы из Лондона. Мне нравится ваше платье.

— А вы, конечно, Дженни Хоуард.

— Почему «конечно»? Не говорите, что Клайв вам рассказывал обо мне. Вряд ли он хвастается своими неудачами. — Внезапно Дженни заинтересованно подалась вперед. — Скажите, как он вам? Для меня он так и остался большой загадкой.

— Но я приехала сюда не для этого. Я только секретарь.

— Вы очень хорошенькая, Саймон не преувеличивал.

— Саймон вам рассказывал обо мне?

Дженни внимательно посмотрела на Мэг.

— Да, и могу добавить, что не в его манере говорить о женщинах. Значит, вы действительно произвели впечатление.

— Мне кажется, здесь каждый только и говорит о других. Но это ничего не значит.

— Когда как, — загадочно ответила Дженни, все ещё продолжая разглядывать Мэг. — Но вы блондинка. Странно, я просто не могу понять Клайва. Уж если он предпочитает брюнеток, то и окружал бы себя ими.

— Говорю вам, я только секретарь, — Мэг начинала сердиться. Посмотрев на загадочно улыбающуюся Дженни, она добавила: — А кем были вы?

— О, не волнуйтесь, никем. Я была так же наивна, как вы. Ну, не совсем так. Вы, кажется, до сих пор верите в чистоту намерений Клайва. Со мной такого не было.

— Но вы приехали сюда.

Дженни пожала плечами.

— Ну и что? Когда он меня нашел, я подавала кофе в баре. Он сказал, что библиотека Френчли нуждается в молодой и привлекательной библиотекарше. Ей-Богу, так и сказал. И обещал устроить мне это место, если я захочу жить в деревне. Даже упрашивал меня. И я решила, что хуже бара быть не может. К тому же Клайв производит впечатление. А я действительно люблю книги. Когда-то изучала литературу в университете, но терпения не хватило. Должна заметить, что я не ревнива.

— Ревнива? Это вы насчет меня?

— Конечно, я обязательно стала бы ревновать, будь неравнодушна к Клайву.

— Послушайте, вы ошибаетесь. Я в самом деле только секретарь мистера Уилтона. И надрывалась до седьмого пота все утро. К тому же дома его жена.

Дженни даже вскочила.

— Не может быть!

— Правда-правда. Я пришла взять для неё книгу. Кстати, а почему ей не быть дома?

— Особых причин, разумеется, нет, только никто не верил, что Луиза когда-нибудь все-таки вернется домой.

— Вы хотите сказать, все ожидали, что она

умрет?

— Нет, она не так серьезно пострадала. Просто никто не думал, что она вернется к Клайву. Или что он возьмет её обратно.

— Она боялась возвращаться? — Мэг спросила, сама того не желая, даже не поняв, как это пришло ей в голову.

— Когда я приехала, тут ходили всякие слухи… Полагаю, вы уже знаете, о чем.

— Что авария случилась по небрежности Клайва?

— Некоторые говорят куда больше.

— Но почему? Луиза была так хороша собой! По крайней мере, судя по рассказам.

Дженни цинично ухмыльнулась.

— Мужчине мало только смазливой мордашки. Похоже, у Луизы больше ничего не было. Скажите, как она сейчас выглядит?

— Я полагаю, совсем иначе. Но не так плохо. Конечно, такого никому не пожелаешь. Бедняжка так переживает…

— Ей трудно вынести ваше присутствие в доме.

Мэг встревожилась.

— Но ведь она не думает… Я хочу сказать… Разве Клайв на такое способен? Он даже не пытался сблизиться со мной, не говоря уже о большем. Просто начальник…

— Держу пари, он не знал, что Луиза возвращается домой.

Мэг молчала; до неё дошло. Но сознаваться в этом она не собиралась. Что из намеков было правдой? Саймон Саммерс говорил то же самое. Но Дженни призналась, что Клайв не воспринял её так, как должен был относиться к Мэг. Вспоминая непроницаемое лицо, на котором застыла тоска одиночества, Мэг не могла поверить в худшее.

— Ну ладно, что хочет почитать прекрасная Луиза? — спросила Дженни, вставая. Поджарое и чувственное тело подчеркивали черный свитер с юбкой. — Любовные романы? Нет, пожалуй, из них бедняжка уже выросла. Может быть, детектив? Опять не то. Нужно найти жуткую историю супружеской измены.

— Мне кажется, что вы несете чушь, — не выдержала Мэг.

Дженни рассмеялась.

— Наверное, вы правы. В такой глуши, как эта, мелодрамы приходится придумывать самой. Здесь только Саймон, Ганс и Клайв похожи на людей.

— О, Ганс! — вздохнула Мэг. — Я только что к нему заходила. Он хочет писать мой портрет.

Дженни резко повернулась к ней. Лицо её оживилось, глаза вспыхнули.

— Держитесь подальше от Ганса!

— Почему?

Мэг напряглась. Ведь то же самое сказала ей Луиза. Чего же следовало опасаться в Гансе или в его темном доме с мяукающей кошкой?

— Потому что он мой, — неожиданно отрезала Дженни.

— И все?

— Что значит «все»? Этого мало? Я влюблена в него, Бог знает, почему. Из-за него застряла здесь. И потому не огорчилась, когда надежды Клайва не оправдались.

— Но он просто хочет написать мой портрет, — заметила Мэг, желая её успокоить.

— Того же он хочет и от меня. Но вы часами будете оставаться в студии наедине. Экономка всегда уходит. Ее никто не видит. Кстати, она сумасшедшая.

Теперь пришла очередь смеяться Мэг.