Ангельская кровь
Шрифт:
– Это что? – удивленно поднял глаза Ноа.
– Последняя вода и единственная чистая тряпка.
– Моя рубашка?!
– Принести тебе коврик из прихожей? – дернул бровью Каин, намекая, что выбора особо нет.
Ноа досадливо хмыкнул и вернулся к делу, то бишь телу. Положив руки на рану, он прикрыл глаза, склонился ниже и беззвучно зашептал. Воздух в коридоре загустел, а лампочка с треском замигала, вспыхивая, словно от перепада напряжения в сети. Адам выгнулся, распахнул глаза и закричал, неосознанно пытаясь оттолкнуть чужие руки и вырваться.
– Держи его!
Каин
– Отравление не успело пойти по всему организму, – облегчённо выдохнул Ноа.
Свечение постепенно ослабевало, Адам закатил глаза и вновь лишился сознания. Истошный крик продолжал звенеть в ушах, по батарее застучали разъяренные соседи. Осторожно убрав колено, Каин сел рядом на пол, прислонив затылок к стене.
– Я не должен был дать ему ранить парня, – тихо произнес он в потолок.
Ноа молча протянул руку за бутылкой и вылил на рану всю воду, смывая яд. Газировка яростно зашипела, смешиваясь с кровью. Отодрав кусок рукава от рубашки, Ноа крепко прижал его к ребрам и вновь зашептал что-то на своем языке. Когда он убрал руки, от раны остался только красноватый рубец.
– Это Самаэль. Нам повезло, что я сейчас только Адама зашептываю, а не пытаюсь пришить чью-то голову обратно.
Ноа сел напротив, устало прикрыв глаза, руки у него бессильно обвисли. Адам продолжал лежать между собеседниками, глубоко дыша на этот раз во сне, а не в обмороке. Ему сегодня неплохо досталось.
– Тебе надо было сразу уходить. Хватать парня и бежать.
– Пока эта змеюка исполняет свой брачный танец, прежде чем сожрать тебя? – несогласно хмыкнул ангел.
– Пока противник отвлечен. Мы не договаривались о взаимном спасении, Ноа. Ты должен сберечь смертного, а не бегать вокруг меня!
– Ценой твоей жизни? Если можно спасти обоих, то я не собираюсь помогать тебе с самоубийством, бросая на растерзание падшим!
– Я и есть падший, Ноа, – отчеканил Каин, рывком вставая на ноги.
– И долго ты собираешься над этим страдать и бросаться навстречу опасности?! – раздосадованно бросил ему в спину Ноа, но собеседник
лишь равнодушно дернул плечом и скрылся в ванной, откуда донесся шум воды. Досадливо пнув стену, Ноа совершенно не по ангельски выругался себе под нос и потащил Адама в комнату. Уложив парня на единственную мебель в комнате – широкий двухместный матрас, лежащий прямо на полу, он поразмыслил, плюнул и рухнул рядом.
***
Проснувшись, Адам долго не мог понять, где он находится и тупо лежал на боку, пытаясь осознать мелькающие в голове воспоминания. Белая стена напротив и жесткий матрас напоминали его палату, однако на этом сходство заканчивалось. Сквозь газеты на окне пробивалось солнце, снаружи шумели автомобили. Рядом лежало два смутно знакомых тела, а на подушке возвышались его очки, которые он тут же нацепил.
На самом краю, скрутившись
– Привет, милашка, – просемафорил ему бровями Ноа, не повышая голоса.
– Что… где я?
– Т-ш-ш, идем на кухню, он только уснул. Пол ночи изображал королеву драмы, все кофе, ирод, вылакал. Как он вообще уснул после такой дозы…
Бесшумно вскочив с матраса, Ноа скрылся в коридоре, звуки шагов затихли где-то в недрах квартиры. Морщась от боли в затылке и висках, Адам с трудом встал. Бок болезненно тянуло, словно от удара, однако воспоминания обрывались на летящем к нему мече незнакомца. Лицо атакующего вспоминалась с трудом, в памяти всплывали только безумные черные глаза и огромная острая железяка, ловко обходящая все преграды на своем пути.
– Что это такое? – влетел он на кухню, задирая футболку. Тонкий шрам слегка свербел, но производил впечатление давно зажившего. – Вы мне тут что, операцию по удалению печени сделали?!
– Нет, что ты, все намного хуже, – успокаивающе похлопал его по плечу Ноа и пока Адам озадаченно хлопал глазами, принялся рыться в полках. Почти все они оказались пустыми и только на последней удалось найти початую банку молотого кофе.
– Хуже воровства органов?
– Да сдались тебе твои органы. То есть только тебе они и сдались. А шрам от фальшиона Самаэля, я вчера весь вечер отсасывал тебе яд, между прочим, – подмигнул Ноа, однако Адам не оценил шутки.
– Фарши… что?
– Фальшион. Это меч той облезлой ящерицы, что увивалась вокруг Каина.
Адам оглянулся по кухне, рассчитывая ошарашенно рухнуть на ближайшее сидения, но рядом ничего не оказалось, и пришлось прозаически прислониться к стене.
– Почему… зачем он напал на меня?
– Если человеческое телевидение будет передавать о нападении рептилоидов, обязательно поинтересуйся у них, – пожал плечами Ноа, с третьей попытки поджигая плиту отсыревшими спичками. Неизвестно, сколько они тут лежали, но загорались крайне неохотно и плевались искрами, то и дело норовя погаснуть.
– Ноа, ангел, или как там тебя! Я абсолютно не верю в вашу небесную чушь и если ты мне сейчас же все не объяснишь, то я вызову копов, зоологов или священника, а то и всех троих! – вскипел Адам, окончательно замороченный невнятными намеками.
– Он пришел за тобой, – раздался прямо над ухом хриплый голос.
Каин выглядел так, словно не спал вовсе, час сна только подчеркнул круги под глазами и бледную кожу, теперь приобретшую откровенно трупный оттенок. Коса растрепалась и сбилась в левую сторону, ее кончик медленно распускался без стягивающего ремешка. Тунику с жестким воротом он снял перед сном и теперь щеголял голым торсом. Черные символы татуировки переходили на грудь и спускались к плоскому животу, заставив Адама неосознанно втянуться. Не то, чтобы было чего стыдиться, но и хвастаться нечем.