Ангелос
Шрифт:
– Душа моя призовет тебя. Да ты и сам это почувствуешь. И красоту ты тоже сможешь ощутить. Ведь мы едины и связаны.
– Душа! Интернет, вот что для этого нужно! – нетерпеливо отвел глаза Рафаэль, вызвав среди ангелов еще больший всплеск веселья. – Знаешь, брат мой, этот «интернет» будет весьма опасной штуковиной, но, если воспользоваться им правильно, сослужит неплохую службу. Эх, разрекламирую себя!
– Только поменяй имя, я тебя прошу. – выдохнула Камилла и жестом дала понять, что собрание следует продолжить. Она выжидательно взглянула на Купидона.
– Они уже встретились. –
– Михаил, – вновь перевела взгляд на толпу Камилла.
– Да? – выглянул ангел с огненно рыжими волосами.
– А вот ты, на этот раз имя можешь не менять. Дело будешь иметь со льдом, пламенный наш. – проговорила Камилла, оглядывая веснушчатое и милое лицо ангела, которое никак ни вязалось с его суровым и выносливым характером.
– Буду покорителем арктических глубин? – приготовился к очередным вызовам ангел.
– Нет, будешь человеком искусства. – задорно сморщила носик Камилла.
– Что? Я? – Михаил был ошарашен.
– Именно. – кивнула девушка, нетерпеливо взглянув на Купидона.
Тот достал из своего колчана стрелу подлинее, тщательно прищурился и выстрелил слишком далеко. Затем обернулся к своему семейству и оправдывая медлительнось, с легким вздохом разведя ладошки, доложил:
– Сибирь.
Распределение судеб длилось весь день. Один за другим ангелы получали все новые задания. Какие только миссии не ожидали их на этот раз, и каждый сам был удивлен их необычайности и тому, как много разных образов приходится принимать, чтобы вдохновить и направить людей на верный путь. Несмотря на то, что распределение судеб проходило далеко не в первый, и даже не в тысячный раз, каждая миссия была изменена и подстроена под временные рамки Земли, включая все новые особенности и задания.
Когда необычное собрание подходило к концу, на небе уже начали появляться звезды. Еще не родившиеся дети – подопечные Купи, спали на мягких облачках под колыбельную звезд. Каждый малыш был целым миром, а целый мир, под названием Земля, был маленьким младенцем, родившимся в сказочной ночи безграничной Вселенной. И это, еще очень молодое и неопытное, дитя Вселенной все еще нуждалось в том, чтобы ему помогали расти.
Миссии всех ангелов были распределены, и по заведенному обычаю последним остался только ангел-трубач. До сих пор он молча наблюдал за распределением судеб, втайне надеясь, что ему снова достанется нелегкая, но славная миссия, где он вновь сможет применить всю свою энергию. Внешним спокойствием и внутренней страстью, он чем-то походил на Камиллу, но от этого им было сложнее общаться, они нередко сталкивались сильными характерами, потому и помалкивали в присутствии друг друга.
– Последняя судьба на новый период – исцелять уходом. Предназначение – бросать девушек, после установления близкой душевной связи, заставляя их таким образом стать сильнее и умнее. Достается тебе, Саид.
Камилла посмотрела на ангела, находившегося неподалеку от нее. Черты его лица были настолько завораживающими, что собратьям казалось, в лике его они видят всю его душу. Но помимо красоты это лицо отражало также и его силу и решительность. Прямой нос и удлиненный подбородок были достаточно острыми чертами, в сравнении
– Знаю, Камилла. – сухо произнес этот голубоглазый юноша и умиротворенное, покорное выражение его лица изменилось. В глазах вспыхнуло разочарование, отчего они показались темнее. – Это роль негодяя.
Услышав такой комментарий, ангелы, встрепенувшись, сурово посмотрели на Саида.
– Роль справедливости. – спокойно ответила Камилла.
– Просто поразительно… После всего, что было… – продолжал Саид, не слушая ее слов.
– Гордишься?
– Причем тут это? Я ведь могу большее.
– Мы все можем большее. Но таково решение. Обо всех подробностях твоего нынешнего задания тебе сообщат примерно через восемнадцать лет от твоего рождения. До тех пор ты будешь помогать своим товарищам во всем, что им понадобится.
Саид не проронил больше ни слова. Камилла же объявила о том, что собрание завершилось. Свиток, витавший рядом с ней, ухнул в никуда, словно и не было его вовсе. Получив очередные задания, каждый ангел стал отлетать к своей сверкающей звезде. Ангелы летели, а впереди виднелся только свет; по краям же мелькала Вселенная в черном тоннеле небесного пути.
Тем временем в городе Баку на берегу Каспийского моря, над которым проводилось небесное собрание, один за другим стали загораться костры, словно отражая звездное небо. Здесь отмечали самый древний праздник – начало астрологического Нового года, день весеннего равноденствия, когда происходит природно-циклическое обновление Земли.
– С праздником Новруз! – прокричал совсем юный паренек глуховатому сутулому старику, проходившему мимо, опираясь на свою толстую клюку.
– И тебя, Исмаил! – растянул рот в доброй беззубой улыбке старик, глядя как парень подкидывает все новые прутья в костер. – На нашей улице самый высокий! Погляжу на вас, когда будете через него прыгать.
Молодежь, окружавшая костер, раздвинулась, и несколько парней перенесли длинную скамейку поближе к костру, чтобы старожилы могли на ней расположиться, а заодно и погреть прозябшие в вечернюю погоду кости.
– Еще как перепрыгнем! Как кузнечики! – ответил один из них и, ребята засмеялись.
– Раньше мы по семь таких костров разжигали. Ух, и высокие же были! А теперь вы через один семь раз прыгаете.
– Неужто выше, чем наши были ваши костры? – игриво спросил Исмаил.
– Да что там ваш напротив наших костров! Наши костры на всю деревню видно было. Выше любого дома были! – и старик поднял бороду к небесам, будто чертил ею в воздухе былой костер.
– Ну, так это не удивительно. – вступился еще один парень. – Дома-то тогда были далеко не пятиэтажками.
Парни снова весело засмеялись. Разбежавшись на достаточное расстояние, первым прыгнул Исмаил.
– Молодец! – похвалил старик. – Куда это ты? Прыгать нужно лишь с одной стороны.
Исмаил послушно вернулся на прежнее место и вновь перепрыгнул через высоченный костер. Рядом со стариком расположились еще несколько его седовласых товарищей, и каждый давал наставления веселящейся молодежи.