Ангел
Шрифт:
— Среди магов пошел слушок, что границы мира закрываются, а здесь начнется такое… Короче они стали исчезать целыми сообществами, а за ними вскоре потянулась вся остальная нечисть. Правда все конечно не ушли, многие остались, но они уже не так заметны и постепенно жизнь, если можно так сказать, вернулась в прежнее русло. Вот так.
Павел Егорович замолчал и отхлебнул уже остывший чай, правда обычный, мятный пил гном и хотя он им предложил, они с Алексеем отказались.
— Мдааа — потянул гном, задумчиво чеша в бороде всей пятерней. — Значит, говоришь, границы закрывали, вот и Странник
— Это когда успел? — удивлено посмотрел на него Алексей.
— Так, когда ты с Лисой прощался. Я тогда его еще спросил, почему бы нам сразу портал, в мир, прилегающий к Аиду не открыть. А он только усмехнулся и ответил, что мир закрыли и теперь надо искать тропки и дверцы, и что наш мир и так раньше сверх открытым не был, а сейчас его вообще конопатят, — гном покачал головой. — Хотел бы я знать, кто этот конопатчик и что он задумал.
— А ваши тут разве не причем? Хотя какие ваши… — Павел Егорович махнул рукой. — Я и забыл, что у вас тоже там черте что твориться.
— Ладно, Глорин, вот я только одного не могу понять. Некто прибирает мир к своим рукам, а как же Создатель, он то что не вмешается.
Гном развел руками, от чего чай выплеснулся из кружки, и полковнику пришлось вскакивать с табуретки, чтобы его не обожгло мятным кипятком.
— Не знаю, я кстати об этом говорил со Странником и знаешь, что он мне сказал? Он меня сам спросил " А почему ты думаешь, что он ничего не делает?" И знаешь, взгляд у него был, как будто я глупость сморозил.
— М…да наш странник занятная личность.
— Еще какая.
— Однако все равно у нас на повестке два вопроса, первый узнать, где в Аиде прячут Влада и второй найти туда дорогу.
— А почему вы думаете, что в церкви Явления вы сможете узнать об этом, — спросил Зимин.
— Ну — гном усмехнулся, — Это просто. Говорите, что при каждой большой мессе совершаются чудеса и довольно серьезные.
Зимин заинтересованно кивнул.
— Да исцеления почти на каждой проповеди, это у них каждый священник может, да и у нас сейчас тоже православные батюшки этим балуются, поднаторели за это время, а вот схождение благодати или когда отращивают безногому ноги, а то и возвращение недавно умершего это обычно по воскресеньям.
— Вот-вот, — гном поднял указательный палец. — Скорее всего, там присутствует один из высокоуровневых ангелов, 5-ого, а то и 6-ого, вот с ним нам и надо побеседовать.
— А сколько у вас всего было уровней
— Делились на десять.
— А вы какого.
— Я пятого, Алексей вон второго.
— Да, но сейчас вы обычные люди? — Зимин вопросительно посмотрел на насупившегося гнома.
— Ну… не совсем.
— Павел Егорович вы боитесь, что мы не справимся? — спросил прямо Алексей, с улыбкой глядя на полковника.
Тот взглянул в его белесые глаза и передернул плечами.
— Блин не могу привыкнуть к твоему взгляду. Но если честно то сомнения имеются.
Алексей покачал головой и, согнув руку в локте, выдвинул энерго-лезвие, правда, чуть не заорав от боли, он чувствовал, как плавятся мышцы и кости.
Бывший полковник посмотрел на струящееся серебристым светом лезвие, на посеревшее от боли лицо ангела и кивнул.
— Ладно, я
Он встал с табуретки и направился к телефону, по пути вспомнив, что трубку так и не нашел, однако как ни странно она спокойно лежала на телефонной базе, бывший полковник вздохнул и набрал номер своего отдела.
Они вышли к храму почти к конце мессы, гном промахнулся при открытии портала на каких то пяток километров, и сияющая воронка высадила их прямо посереди леса.
— Ну и где мы Сусанин? — Алексей оглядел окружающий их группу березняк.
Гном ничуть не смутившись, пожал плечами.
— Я сразу сказал, что и раньше не любил это дело с магией, а в нынешнем виде и подавно, мне заклинания бормотать как-то не в кайф, вот секирой по кумполу я всегда пожалуйста.
Алексей только вздохнул и, взглянув еще раз укоризненным взглядом на гнома, который в это время принялся рассматривать какую то особо интересную ветку, насвистывая под нос некий мотивчик, повернулся к стоявшей рядом могучей фигуре облаченной в пятнистый комбинезон.
— Ну, Семен выручай.
Куда звонил бывший полковник и с кем договаривался, Алексею было не интересно, однако на следующий день на пороге его квартиры объявился этот гигант, оказавшийся ни кем иным как Михайловым Семеном Ивановичем. Алексей, правда, не сразу узнал бывшего сослуживца, так как, во-первых, он сбрил свою бороду, а во-вторых, поседел. Его когда-то пышные соломенные волосы были теперь коротко острижены и совершенно белы, а сам он, по мнению Алексея, теперь напоминал какого ни будь героя американских комиксов с квадратной челюстью, стальным взглядом голубых глаз и огромными мышцами. Да мышцы его ни куда не делись и даже не заросли жирком, хотя Семен был уже не молод и его возраст подбирался к середине четвертого десятка, а на первый взгляд Алексея стали даже еще больше. Даже гном, сам обладатель набором мышц аля "зависть культуриста", смотрел на фигуру Семена с большим уважением.
Короче Семен отправился с ними, мотивируя тем, что давно уже не был на заданиях, а в кабинете у него сидеть сил больше нет. Алексей, окинув фигуру переодевающегося в пятнистый комбинезон Семена (обмундирование и какие то приборы он принес с собой), только покачал головой думая, что у того есть свои скрытые причины, однако решил о них не спрашивать. Помощь им была нужна позарез. Конечно, со временем они и сами с Глорин нашли бы ближайший храм, или поехали в одну из стран Евроса, но почему-то Алексей ощущал, что времени у них нет, и Глорин был с ним согласен. Хотя возможно все было проще, и они просто волновались за своего друга.
Семен достал из сумки планшетку ноутбука и развернул монитор. Этот ноутбук отличался от виденных ранее (15 лет назад), как стратосферный бомбардировщик от фанерного "Фармана".
Клавиатура осталась прежней, а вот монитор возникал прямо в воздухе, сотканный из мельчайших плазменных лучиков, сейчас он развернулся параллельно земле и превратился в объемную карту местности.
— Мы здесь, — Семен ткнул пальцем в мигающую кранным точку. — Судя по расстоянию до цели около пяти километров и дороги рядом не видно.