Ангел в аду
Шрифт:
Фрэнки думала об этом же. Ей очень нравилось поклонение мужчин, но она не могла избавиться от чувства отвращения, когда они прикасались к ней. Ей было бы в сто раз приятнее сейчас есть пиццу вместе с Джун, чем быть в центре внимания всех этих мужчин. Но она твердо решила взять себя в руки и весело проводить время, и ей это почти удалось, как вдруг она увидела Джун, вплывающую в двери под руку с «ним». Джун обманула ее, потому что хотела прийти с ним. Фрэнки извинилась перед своими поклонниками и направилась в бар. Она заказала двойной коктейль
Был только один выход. Куй железо, пока горячо. Настало время выйти из укрытия и показать Джун, что Фрэнки Дюваль тоже может вести грязную игру.
Она флиртовала со всеми без разбора, и к двенадцати часам, любой мужчина, которого она бы выбрала, мог быть ее сегодня вечером. Она остановилась на Роне Берини, худощавом, интеллигентном молодом актере, с которым она когда-то работала. Она обнаружила, что он привлекателен и предложила ему подвезти его домой.
Она проплыла мимо Джун и помахала ей на прощание рукой. Руки Рона крепко обнимали Фрэнки. Джун побледнела, стало ясно, что она раньше не заметила Фрэнки.
Они сели в «Мерседес» и поехали. Фрэнки чувствовала себя виноватой, что не попрощалась с Джиной, но она знала, что Даниэль доставит ее домой.
Они приехали на виллу. Фрэнки налила два стакана бренди. Потом села рядом с Роном. Она знала, что ей надо действовать быстро, иначе вся решимость исчезнет.
Она крепко поцеловала его и позволила его рукам бродить по своему телу. Она спешно втащила его в спальню и сбросила с себя одежду. Он был возбужден, она видела, как его маленький дружок весь напрягся и встал. Она взяла его в рот, смутно представляя себе, что делать, ведь у нее не было такого опыта. Рон, казалось, ничего не замечал и стонал от удовольствия.
– Боже, ты великолепна! Ты не представляешь, как я мечтал об этом!
Фрэнки не знала, или ей было наплевать, и она быстро закрыла ему рот поцелуем. Что умела делать Джун, то умела делать и она.
Его руки массировали ее груди. Фрэнки закрыла глаза и попыталась представить себе мягкие, женственные кончики пальцев Джун, нежно ласкающих ее соски, но у нее ничего не получалось.
Ему с трудом удалось войти в нее. Она была абсолютно невозбужденной. Наконец, это ему удалось, и он принялся выполнять серию каких-то движений, напоминающих ей отжимание на руках. Фрэнки чувствовала только боль. Она испустила крик, похожий на рев, и Рон принял этот крик за крик удовольствия.
– Я сейчас кончу! – закричал он. – Давай вместе, малышка, ну давай же!
Рон в изнеможении упал рядом с ней.
– Тебе было так же хорошо, как мне? – он погладил ее бедро.
Фрэнки пробормотала «да». Сейчас она могла думать только об одном – забраться под душ и соскрести все это со своего тела.
Она встала и увидела на белой простыне кровавое пятно. Рон тоже увидел его.
– Эй, да ты со странностями. Многие девушки не любят заниматься любовью
Фрэнки изобразила улыбку и поспешила в ванную. Пусть думает, что хочет. Вряд ли стоило ему говорить, что он только что освободил ее от девственности.
Она с отвращением терла губкой свое тело, но, вернувшись в спальню, все еще не чувствовала себя чистой.
Рон спал. Она побрела в гостиную и жадно схватила бутылку бренди. Она пила стакан за стаканом, а потом начала негромко плакать. Когда бутылка наполовину опустела, ей непереносимо захотелось принять душ еще раз. Она неуверенно поднялась на ноги и, пошатываясь, подошла к двери ванной, но потом остановилась. Нет, душа недостаточно.
Ей захотелось всю себя погрузить в холодную чистую воду.
Она накинула пальто и взяла ключи от машины.
Мотор ожил. Фрэнки неуверенно держала руль.
Ближний пляж был погружен в темноту. Фрэнки перешла через дюны. Мягкий, нежный, дразнящий звук волн манил ее. Не замечая промозглый февральский ветер, она подошла к берегу океана, сняла туфли, платье и голая вошла в воду.
Течение относило ее все дальше и дальше от берега. Она перестала грести, легла на спину и долго смотрела в черное небо. Потом закрыла глаза, и волны подхватили ее.
Фрэнки услышала голос, нежный, красивый. Он звал ее по имени.
Она поняла, чей это голос, и лежала на воде, ощущая спокойствие и безопасность места, где начинала свою жизнь.
Напряжение покинуло ее тело.
– Даниэль, ты не видел Фрэнки? – спросила Джина, только что заметив Джун.
– Мне кажется, я видел, как она исчезла в дверях некоторое время назад. По-моему, она была с кем-то.
– Может быть, она поехала домой. Могу понять почему. Ты видел, кто здесь, и с кем?
– Да, и я беспокоюсь, Джина.
– Я тоже. Бог его знает, как Фрэнки перенесет это. Я поеду домой и посмотрю, в порядке ли она. Ты не подвезешь меня, если здесь нет машины Фрэнки?
– Конечно.
Шофер остановил лимузин у «Виллы Орхидей», и Джина вышла.
– Если будут проблемы, позвони мне.
– Хорошо. Спокойной ночи, Даниэль.
Джина вошла в дом и с волнением на цыпочках подошла к двери спальни Фрэнки. Но успокоилась, когда услышала, что там кто-то сопит. «Слава Богу» – прошептала она и ушла в свою комнату.
Джина проснулась от громкого стука. Она открыла глаза. Стук продолжался и стал еще громче. Она накинула халатик и пошла узнать, в чем дело. Она подошла к входной двери и открыла ее. На пороге стоял полицейский, другой сидел в патрульной машине.
– Это дом Франчески Дюваль?
– Да, а что, что-то случилось?
– К сожалению, случилось.
– Я сейчас позову мисс Дюваль. Думаю, она еще спит.
– Извините, мэм, но мне кажется, вы обнаружите, что ее нет, – ответил полицейский.