Ангел – хранитель
Шрифт:
Она почувствовала влажное прикосновение его копья, и вот уже его руки на ее бедрах, раздвигают и приподнимают их. Он припал к ее губам, и в тот момент, как его язык проник к ней в рот, он вошел в нее. Резкая боль мгновенно сдернула вуаль желаний. Она вскрикнула и отшатнулась. Кейн почувствовал, как внутри нее все сжалось. Он колебался какую-то долю секунды, а затем, ударив еще раз, полностью пробил преграду ее девственности. Не в силах помешать вторжению, Джейд лишь дико вскрикнула и зажмурила глаза.
Он замер, чтобы дать ей время
– Остановись немедленно, – закричала она. – Я больше не хочу этим заниматься! – По ее щекам потекли слезы. Она умоляюще посмотрела на Кейна – Перестань!…
Лицо его оставалось таким же решительным На лбу выступили капельки пота, он стиснул зубы. Казалось, что он тоже испытывает боль.
– Я уже не могу остановиться, – простонал он, качая головой, – обними меня, Джейд. Не надо так вырываться… мне от этого захочется… – Не договорив, он уперся лбом в ее голову. Глаза его прикрылись от сладкой муки.
– Тебе тоже больно? – спросила она, едва не рыдая.
– Нет, любимая, не больно, – прошептал он.
– Я уже больше не девственница, верно? Мы все сделали, да? – Она совершенно растерялась от бушевавшей в ней бури незнакомых ощущений. Но какая боль! Пусть он оставит ее! И в то же время не хотелось его отпускать.
– Да, малышка, ты уже не девственна, – наконец выговорил он. – И ты теперь моя. И мы, черт возьми, совсем еще не закончили.
Он задыхался, будто только что пробежал многие мили. Джейд не на шутку испугалась, увидев его нахмуренное лицо.
Она пришла в отчаяние при мысли о том, что сама все испортила.
– Я так и знала, что из этого не выйдет ничего хорошего! – вскричала она. – Пожалуйста, отпусти меня. Мне больно…
– Малышка, я не могу остановиться, – снова промолвил Кейн, все еще стараясь сдерживаться. Он попытался поцеловать ее, но она отвернулась и стала вырываться.
– Если ты не остановишься, я заплачу, – взмолилась она. – Я ненавижу плакать, – рыдая, шепнула она ему в ухо.
Дьявол, он чувствовал себя последней тварью. Он хотел было утешить ее, но то, что он уже проник в ее горячее, нежное лоно, начисто лишало его самообладания.
– Любимая, боль скоро пройдет, – заверил он. Боже, хоть бы это оказалось правдой.
Он решительно взял в ладони ее лицо, и его губы прекратили бесполезный спор.
Он снова ласкал своим языком ее язык и, почувствовав, что ее напряженность несколько ослабла, опустил руки и вновь принялся гладить самые заветные уголки.
Теперь боль уже не казалась Джейд такой невыносимой. Возбуждение нарастало, а с ним нарастало и желание. Кейну удалось оставаться неподвижным до тех пор, пока она не расслабилась под ним полностью. И лишь когда она медленно выгнулась ему навстречу, он наполовину вышел, чтобы тут же вновь слиться с ней. Ее прерывистый стон заставил его снова замереть.
– Я все еще делаю тебе больно? – Он неустанно молился про себя, не желая мучить ее. Тело
– Немного, – прошептала она. Ее голосок прерывался от смущения и страха. – Теперь лучше.
Он все еще выжидал, пока она легонько не прикусила его ухо и не прижалась к нему. Иного приглашения ему и не требовалось. И хотя он поклялся себе быть с ней нежным, движения его становились все более резкими, неконтролируемыми.
Она что было сил обхватила его ногами, в то же время руками царапая его плечи и спину. Кейна охватило неистовое желание любить ее, любить безумно. Он врывался в нее, медленно выходил наружу, и все повторялось снова и снова. О, как жаль, что надо совсем выйти, ведь никто из них не позаботился о мерах предосторожности, но она оказалась такой горячей, такой страстной, что всяческое благоразумие стало попросту невозможным, а кроме того, где-то в глубине подсознания теплилась мысль об их будущем ребенке.
Повинуясь волшебному ритму их неистовой страсти, кровать дергалась и скрипела. И даже раскаты грома не в силах были тягаться с их сладостными стонами, с их любовным шепотом. Кейн ни за что не позволил бы ей остановиться на полпути. Волна за волной накатывал на нее чувственный угар, пока она не затрепетала от ненасытного желания. И вот словно что-то загорелось внутри. Джейд даже испугалась новых ощущений.
– Кейн, я не могу… – Но он развеял ее страхи новым поцелуем.
– Положись на меня, Джейд. Я о тебе позабочусь.
Позаботится. Он позаботится о ней. Инстинктивная вера помогла Джейд избавиться от страха и беззащитности. Она отдалась во власть бушевавшей в ней бури страстей, уносившей ее куда-то вдаль, словно на крыльях ветра. А потом она словно взорвалась изнутри и вознеслась к самому солнцу. Она стиснула его что было сил и во весь голос выкрикнула его имя – в экстазе, с облегчением и с любовью.
И в тот же самый миг Кейн извергся в нее. С глухим стоном удовлетворения он рухнул ей на плечо.
И тотчас вздрогнул от удивления. Он еще ни разу в жизни не испытывал такого божественного наслаждения. Он чувствовал себя полностью иссякшим… и обновленным.
Он ни за что не позволит ей уйти. От одной мысли об этом у него защемило в груди.
Джейд пребывала в полном изнеможении.
Лишь когда у нее заломило руки, она осознала, что по-прежнему цепляется за него, и нехотя разжала объятия. Она была слишком ошеломлена, чтобы думать о случившемся. Боже милостивый, она же совершенно ничего не соображала! И отдалась ему полностью, телом и душой, доверилась ему.
Ни у кого прежде не было над ней такой власти. Ни у кого.
Джейд зажмурилась, не желая выказывать слабости. Да, Кейн оказался куда более искусным вором, чем она. Этот мужчина посягнул на ее сердце. И что еще хуже, она это ему позволила.