Ангел хранитель
Шрифт:
Приседаю рядом, готов удавить ее на месте.
– Доктор?!
– Ага. Кошелек мой верни, воровка!
– Я не воровка!
Дело секунды, эта лиса тут же вскакивает, но я успеваю схватить ее за руку, и тогда она орет – так громко, что я офигеваю:
– А-а, НАСИЛУЮТ!
Кричит просто во все горло, и я отпускаю руку. И пока на меня все глазеют, эта сучка скрывается в толпе, но я не я буду, если и на этот раз позволю ей скрыться. Она же здесь работает, именно здесь обирает людей.
– Стой!
Воровка бегает быстро, но неловко. Сегодня мороз ударил, и она поскальзывается на одной из луж , плюхается своей хитренькой мордочкой вниз. Подхожу и хватаю ее за шкирку, отрываю от земли.
– Попалась!
– О боже, помогите, помогите, спасите меня!
– Мужчина, да отпустите девочку!
– Она не девочка, это воровка!
Достаю телефон, набираю ментам. Не люблю нахальство, а из нее оно, как я вижу, так и прет. Девчонка за руку меня хватает, вцепляется в нее просто как клещ.
– Доктор, не отдавайте! Я хорошая, я все вам верну!
– Ключи, кошелек, мобильник мой. Живо!
Она поджимает губы и быстро протягивает мой телефон.
– Остальное.
– Больше ничего нет. Простите…
Качаю головой, все же вызываю ментов. Из-за таких, как она, люди последнего лишаются.
– Как вас зовут?
– Игорь Юрьевич.
– Игорь, отпусти! Прошу, у меня маленькие дети дома!
– Смеешься? Прекрати брыкаться!
– Ты хороший врач, хороший человек, я вижу, ты добрый! Отпусти, менты побьют меня, они жестокие и изнасиловать могут!
Закатываю глаза: театр по ней плачет.
– Во-первых – не тыкай мне. Во-вторых – стой уже смирно. Сама виновата.
– Я не виновата, что жизнь такая! Ты хоть раз засыпал голодным? Ты знаешь, что это такое?! Пожалуйста, пусти!
Колотится, точно птичка, но я крепко ее держу. Не отвертится.
– Ментам расскажешь свою сказку и как до жизни такой дошла.
– Игорь, пожалуйста, отпустите!
Трепыхается, и волосы ее кудрявые бьют по моим рукам. И не грязная она, не бродяжка, финиками пахнет. Это все чертов костюм, развод лохов, она нормальная, просто играет роль.
Менты приезжают быстро. Два бугая, при виде которых девочка затихает и прячется у меня за спиной.
– Что тут, граждане?
– Воровство. Второй раз уже ловлю. Кошелек мой стащила, и думаю, не только мой. Профессионально работает.
– Воруем, значит? Документы предъяви.
– Нет документов.
– Ясно. Как тебя звать, чудо?
Делаю шаг в сторону, и она гордо вскидывает голову. Больше не помирает, и судороги все давно прошли.
– Я Фенек!
– Ну поехали, Фенек, в отдел. Выяснять будем, сколько и у кого ты воровала.
И они забирают девочку. Она на прощание показывает мне прекрасный фак, я отвечаю ей тем же.
Глава 3
Прошло
Смотрю на часы. Два ночи. Спать особо не хочется, привык уже ночами работать, иногда сутками даже. Первые пару лет думал, сдохну от такой нагрузки. Это ведь не частная клиника, а городская больница.
Людей куча, болячек еще больше. Как назло, на прием сегодня меня поставили. Аварии, несчастные случаи, побои – все это добро ко мне.
– Игорь Юрьевич, там пациент, примете?
– Да, конечно, давай, Лен.
Готовлю кушетку, все по процедуре, но никого не везут.
Да что там? Выглядываю в коридор, чтобы увидеть медсестру Лену, а рядом с ней ребенка в капюшоне, точнее, это не ребенок. Просто худая девчонка.
– Ну что там, помощь нужна?
– Да я не знаю, она не говорит ничего.
Стискиваю зубы: беременная школьница, что ли? Какие только к нам не приходят. В коридоре полутьма. Не видно ни черта, хоть глаза выколи.
Подхожу ближе – и сюрприз! Бывают в жизни совпадения – Фенек собственной персоной.
Она в капюшоне, сжалась в три погибели, держится руками за живот.
– Какие люди! Лохов здесь нет, все больные да нищие. Иди работай в другое место.
Она молчит, что так на нее не похоже, а после опускает голову, разворачивается и идет на выход.
– Что это с ней? Я так и не поняла.
– Не обращай внимания. Лен, сделай мне кофе еще.
– Ага, сейчас будет.
Бросаю взгляд в коридор, вижу ее фигурку. Сначала идет быстро, потом медленно, а после просто падает. Резко, быстро, плюхнувшись о стену.
Играет? Да не сыграешь ты так.
– Черт!
Включаю свет, подхожу к ней. Если снова театр, удавлю своими руками.
– Эй! Фенек…
Поворачиваю ее на спину, снимаю капюшон, и внутри все в узел скручивается.
У нее голова разбита, по брови стекает кровь.
– Лена, каталку сюда, быстро!
***
Забираю ее в приемную. Усаживаю на кушетку как куклу, надеваю перчатки.
Она сидит. Молча – кажется, ей плохо.
Достаю из кармана фонарик. Подхожу ближе.
– Смотри за светом.
Обхватываю ее за голову, а она щурится и еще дрожит.
– Убери, яркое!
Выключаю фонарик, беру бинты, антисептик, инструменты.
– Так, держи здесь. Прижми.
Слушается, и я вижу на ее запястье ссадины. На белой коже припухлость – явно от захвата руками.
– Кто тебя так?
– Угадай с трех раз! Дяди-милиционеры.
Стискиваю зубы: я же сам ее отдал им. Сам же. Как я не додумался, черт.
– Они тебя изнасиловали?
Фенек сглатывает, а после коротко качает головой: