Ангел-Хранитель
Шрифт:
– Я должен был знать, в чьи руки отдаю твою жизнь... тогда на пляже... если бы он не появился и не объяснил, что есть вероятность того, что ты выживешь, что не сгоришь у меня на руках, я бы сейчас уже… если ты доверяешь ему, то я тоже должен... но не могу. Я не знаю, кто он и не знаю, действительно ли… кто он, Элис? Он появился из воздуха и спас нас обоих... так просто.
– Он мой друг.
– И часто… твой друг… заставляет тебя так страдать?
– Ты же знаешь, я ничего не помню о своей человеческой жизни и…
–
– Нет… не совсем… Джаспер, это нелегко объяснить... вернее сказать… Прошу тебя, дай мне время. Я сама до конца не понимаю, почему я вдруг заставила себя… это правда нелегко сказать… дай мне время.
Я кивнул и повернул голову к окну. На улице шел дождь, он как будто рвался внутрь дома, барабаня своими каплями по стеклу, он не просто умолял, он требовал, чтобы его впустили. А что будет, если разрешить ему? Он только намочит все вокруг... никому не будет хорошо. Он не получит тепла и уюта, которых ожидал, он ничего не получит. Глупый дождь.
– Джаспер, не молчи.
– Что ты хочешь услышать?
– Твой голос. Знаешь, как было тяжело не слышать его эти пять лет и думать… думать, что больше не услышишь его никогда?
– Я знаю... Элис... знаю…
Я дотронулся рукой до ее подбородка, чуть приподняв ее голову, и посмотрел ей в глаза. Я хотел сказать что-то еще, но просто потерял дар речи. В полумраке комнаты, ее глаза смотрелись невероятно красиво. Словно вылитые из золота, но намного прекраснее, в тысячу раз удивительнее было то, что находилось внутри этих любимых глаз. Эта мягкость, нежность… все самые красивые и добрые человеческие чувства были собраны в радужках ее медовых глаз, и хочется смотреть на нее всегда. И только тихое тиканье часов, где-то на первом этаже дома напоминало бы о том, что мир не стоит на месте. Что этот момент не может длиться вечно, и от этого он становился еще дороже и важнее.
– Ну вот, ты опять замолчал.
– Прости.
Я притянул ее к себе и поцеловал. Я нежно дотрагивался своими губами до ее, боясь зайти слишком далеко, и переступить ту тонкую грань, которая отделяет ее и ее любимого человека. Я еще не знал, кого она выбрала, и в любом случае я хочу, чтобы она была счастлива. Она достойна счастья, и я не могу позволить кому-то разрушить его, даже себе. Я понимал, что с каждой секундой, с каждым ее новым прикосновением, мы становимся все ближе, и контролировать себя становится все сложнее. Я отстранился и внимательно посмотрел на нее.
– Элис… так нельзя… просто скажи… скажи, кто…
Вдруг я услышал, как распахнулась входная дверь. Ангелина и Говард вернулись. Призывая на помощь все свое самообладание и самоконтроль, я выпустил Элис из объятий.
– Что ты хотел сказать, Джаспер? Не уходи... что ты хотел спросить?
– Ничего важного, Элис. Я еще успею, - я в последний раз посмотрел в ее золотые глаза, и, собрав все свои силы, вышел из комнаты.
Я мог бы… мог бы спросить сейчас, но как же нелегко узнать правду. Узнать, что любят не тебя. Что из настоящего, ты превратился в прошлое. В привычку, от которой трудно отказаться. Во вредную привычку. Может она сама еще не до конца это понимает, поэтому
Ангелина лежала на диване, читая какую-то книгу. Дождевые капли на ее коже и волосах, отражая в себе свет хрустальной люстры, висевшей на потолке, заставляли все ее тело сверкать и переливаться, словно Ангелина была покрыта бриллиантами с головы до ног. Говард стоял у окна, размышляя о чем-то своем. Он скрестил руки на груди и замер, словно древняя мраморная статуя. Оба были взволнованы и напряжены. Но у Ангелины это возбуждение было приятным, а Говард едва ли мог справиться с собой, его разрывали сомнения.
Когда я вошел в комнату, Ангелина захлопнула книгу и подошла ко мне.
– Как провели время, пока нас не было? Весело?
– она покосилась на Говарда, который услышав эти слова, тут же бросил на меня напряженный взгляд. Усмехнувшись, она продолжила.
– В девяносто жизнь только начинается?
Ангелина встала рядом со мной и положила руки мне на плечи. Я уже привык не обращать внимания на ее поведение, но Говард похоже воспринял это как личное оскорбление. Он уже практически ненавидит меня. Неужели Говард считает, что я хоть когда-нибудь изменю Элис? Что когда-нибудь посмотрю в сторону другой? Как это нелепо. Но он действительно заботится об Эллис... Я решил сразу перейти к делу
– Вы что-нибудь нашли?
– Ничего… ничего кроме новой фотографии… они как будто с нами играют! Отсюда нужно уехать и побыстрее, - Говард передал мне маленькую мокрую карточку. На ней был изображен я, кажется это Филадельфия. Я был там три года назад. Все эти пять лет наши жизни были словно под микроскопом! На предыдущих фотографиях были Говард и Эллис, и не один из нас даже не обратил внимания на то, что нас фотографировали. Как такое возможно? Я перевернул карточку, на обратной стороне которой, все тем же детским подчерком было выведено:
«Он скрыл от тебя что-то очень важное, Джаспер».
Глава 6
Шифр
Я рассматривал черно-белую фотографию, пытаясь разгадать ее загадку. На снимке была изображена центральная площадь Филадельфии, толпа людей… в такой суматохе сложно было понять, что кто-то тебя снимает. Ангелина провела пальцем по фотографии, смахивая каплю дождевой воды.
– Мне все это не нравится. Может нам стоит уехать?
– Это бессмысленно. Нас все равно найдут. К тому же, мы пока даже не знаем кто это?
– А ты не догадываешься?
– Говард подошел к нам, и напряженно посмотрел на фотографию.
– Марии не зачем все это делать, она бы просто напала. Все эти игры, это не для нее.
– Тогда кто это может быть?.. Кто-то, кому мы оба насолили.
– И у этого кого-то определенно масса свободного времени. Да, с вами не соскучишься, -Ангелина протянула мне фотографию, поцеловала в щеку и вылетела из комнаты. Последнее она сделала для ее же безопасности.