Шрифт:
Глава – 1
Сколько себя помню, я всегда мечтала выйти замуж. Вальс Мендельсона, свадебное платье, белая фата, ну и конечно же красивый и мужественный жених. С девочками во дворе любила играть в «дочки матери» и как на идиотов смотрела на мальчишек бегающих с машинками и пистолетами.
Вообще я считаю, что все идет из детства. Все наши комплексы и зажимы. Характер ребенка, мне кажется формируется до трех лет. Возможно тогда, мама и заложила в мое подсознание, что я буду прекрасной невестой и будущей женой. С тех пор я безуспешно
Помню мне было около трех лет, когда я переложила стать моим мужем – сидящему на соседнем горшке Дамиру. Он кивал головой, как китайский болванчик. А через месяц моего потенциального мужа перевели в другую группу, три дня плакала.
Следующим моим женихом должен был стать сосед по парте Иван. Мы учились в пятом классе. Иван мне нравился, так как был мальчиком рослым и общительным. Но отца Вани перевели в другой город. Конечно это все было понарошку, но уже тогда судьба мне вставляла палки в колеса.
Может поэтому я считалась рекордсменкой по пойманным свадебным букетам. Пятнадцати раз, букеты сами летели мне в руки, остальные же раз двадцать я их перехватывала у зазевавшихся кулем. Сами виноваты нечего, ждать пока букет прилетит в руки, надо предугадывать траекторию и бежать на опережение.
Но сейчас не об этом.
Как всегда, хмурый водитель отца на мое приветствие только кивнул. Как же меня бесила, эта отцовская забота. Если я должна была встретиться с отцом, то ко мне приезжал его личный водитель. Видите ли, отец переживает, за то, как я безалаберно вожу автомобиль. А учитывая, что наш коттедж находится в пятнадцати минутах езды от Левого берега, то это был полный абсурд.
Вообще я обожаю свой родной город – Астану. Новое название Нур-Султан, честно мне не очень симпатизирует. Я родилась в 1991 году в тогда еще провинциальном пыльном Целинограде. Казахстан в этом же 1991 году обрел свою Независимость, а через несколько лет столицу перенесли к нам. Я училась в школе, когда нам объявили о переносе столицы, стояла осень. Так мы и стали столичными жителями – астанинцами. Город разрастался. Появлялись новые микрорайоны и улицы. Невозможно было поверить, что на месте бывших пустырей красовались новые жилые комплексы.
Город разительно менялся. Строились новые районы, улицы, проспекты, площади. Население города выросло до миллиона человек. Сегодня Астана ничем не уступает по уровню комфорта мировым центра. В городе много скверов и парков, велосипедные и беговые дорожки. Современные коммерческие и жилые здания. Да что я вам все рассказываю, просто наберите в интернете и сами убедитесь.
И так мы немного отвлеклись. Мой отец Азамат Тахирович Идрисов талантливый инженер. В девяностых работах в одном из НИИ, изобрел какой-то датчик или счетчик для трансформатора. В отличиt от своих коллег, отец успел подсуетиться и оформить патент на себя. Не прошло и дух лет, как патентом заинтересовались иностранцы. Совместно с иностранцами он запустил бизнес.
Совместно предприятие проработало более десяти лет, после чего отца попытались вытеснить из бизнеса. Отец был против, тогда
Отец давно бы мог переехать в нашу просторную квартиру на Левом берегу Астаны, возле Триумфальной Арки, но он сопротивлялся. Он видите ли любит жить на земле.
Моя любимая мамочка Сауле, была самым добры и отзывчивым человеком на свете. Было в ней, что-то не уловимое. Она сразу разглядела в отце харизму и лидерские черты, когда он еще работал обычным научным сотрудником, с мизерной зарплатой. Заставила поверить в себя.
Благодаря маме у меня такие красивые черты лица и зеленые глаза – цвета малахита. Мамы с нами нет. Рак желудка ее надломил. Она таяла на глазах, как воск зажженной свечи.
Мне до сих пор не вериться, что она ушла. Пусть земля ей будет пухом.
Мой старший брат Арман, практически не разговаривает с отцом. Он давно отучился на программиста и уехал на запад. Сейчас у него преуспевающая ит-компания в Силиконовой долине.
Может поэтому, после окончания школы, отец отдал меня учиться на инженера. Меня! Гуманитария до мозга костей и на инженера. Возможно он предполагал, что гены возьмут свое и мой интеллект подобно Армановскому трансформируется во что-то гениальное. Не получилось! Лень победила!
Я никогда не блистала в точных науках, но гуманитарный склад ума способствовал коммуникации. Я «строила глазки» мужчинам преподавателям и получала хорошие оценки либо зачет. А вот если преподаватель была женщина, тут сложнее. Приходилось напрягать извилины, либо списывать. Не нытьем, так катанием.
Впоследствии я была благодарна отцу. Инженерное образование позволило структурировать мой мозг. Научилась делать расчеты. Гуманитарий да с инженерным образованием, страшная смесь.
Хотя по чесноку, если бы не Тима или Тимур, меня бы поперли с учебы. Тима – самый мой близкий друг, помогал не только по учебе, но и вытаскивал меня из самых дурацких ситуаций. Как он мне говорил: «Ты магнит для придурков и идиотов».
И так мы немного отвлеклись. О чем со мной хочет поговорить отец? Даже не представляю. Моя пятая точка подсказывает, что ничего хорошего это разговор не сулит, когда отец вызывает к себе – в разгар рабочей недели.
Обеденный стол был накрыт по всем правилам этикета. Кушать не хотелось, но из уважения к отцу пригубила суп и съела пару ложек второго.
Переходя к десерту, мама бы попросила не перечить отцу. Но ее нет с нами уже более десяти лет.
– Ну, – отец пристально посмотрел на меня. – Какие у тебя новости как работа?
– Можно подумать тебе не известно, что у нас происходит?
– В общих чертах, – отец сделал паузу и принялся за чизкейк.
– И вообще, что за манеры? – возмутилась я. – Приезжает ко мне в офис твой амбал, ни здрасти, ни до свидания. Забирает с работы, как какую-то школьницу. Мне уже тридцать один год, если ты не забыл.