Ангел для Лютого
Шрифт:
— Разве не понятно? — спрашивает, приподнимая бровь. Мотаю головой, так как действительно не понимаю. — Тебе нужны силы. — Пауза, которая бьёт по нервам, словно электрический разряд. Теперь я поняла, куда он клонит. — Для сегодняшней ночи, и отказов я больше не приму… — Он резко выпрямляется, пристально смотря мне в глаза, ожидая ответа.
— Я помню про договор, — ответила сиплым голосом, стараясь совладать с нервной дрожью, что прокатилась по телу.
— Мила, я понимаю, что ты ещё не привыкла… — начал он.
Но я его перебила, решила сказать, что думаю:
— Да, я не привыкла,
У Егора взгляд опасно вспыхнул, но я, поборов страх, решила отстоять возможность оставаться человеком, у которого есть свои права. Я не хочу становиться бессловесной рабыней, которая только по щелчку пальцев готова выполнять прихоти господина.
— Я не отказываю тебе, но прошу не давить на меня. Дай мне хотя бы ночь, чтобы прийти с себя. Я устала и физически, и морально, у меня только два желания: покушать и поспать. Ни на какие ночные скачки я не способна сейчас.
— Хорошо, но спишь ты теперь у меня. — Только я хотела возмутиться, он жестом руки заставил замолчать. — Хватит, Мил, ты моя жена, будь добра вести себя соответствующе. — Я дёрнулась, как от удара, после его слов. — Да пойми же ты, чем больше мы будем жить по разным норкам, тем дольше будем привыкать друг другу. А я не тот человек, кто любит тянуть с чем-либо.
— Я это заметила. И всё же сегодня я буду спать отдельно, имею право.
— Вот только попробуй заикнуться про договор! — угрожающе тихо предупредил он.
— Ладно, сплю у тебя, — махнула я рукой.
Я устала с ним спорить, устала от его перемен настроения. Только богу известно, насколько я морально измотана. Хочет, чтобы я была ночью рядом — да чёрт с ним!
«Вот это я отстояла свои права!» — с горечью усмехнулась.
— Обожаю, когда ты покладистая… — подмигнул он. Я буквально расчленила его взглядом. Лютов лишь рассмеялся в ответ. — Ангелок, не злись, я действую в твоих интересах.
Что-то в это сильно сомневаюсь. По мне, он неисправимый эгоист.
Лютов накрыл на стол, и мы сели ужинать, к моему удивлению, после разговора с мужчиной аппетит не пропал. Это говорит о том, что я начинаю постепенно приходить в себя, надеюсь, и мозги на место встанут. Ведь после выходки сестры моя жизнь кардинально изменилась, и пока привыкание к новым реалиям идёт со скрипом. Да и как тут привыкнуть, когда что ни день, то новые правила!
— Ангел мой, ты о чём так усиленно думаешь? — послышался насмешливый голос Лютова.
— О вечном, — цежу сквозь зубы, так как достал он со своим «о чём думаешь?»
— Язвим?
Так и хотелось сказать: «Нет, намекаем, чтобы отстал». Вслух я, разумеется, сказала иное:
— Вы же умный мужчина, вот и ответьте на этот вопрос сами, — всё-таки съязвила и продолжила кушать.
— Мил, ты опять на «вы» перешла.
— Извини.
Лютов отложил столовые приборы и принялся сканировать меня взглядом. Я же с невозмутимым видом продолжала кушать, мне калории нужны, чтобы восстановить потерю нервных клеток.
— Обиделась?
— Нет, — коротко отвечаю и тянусь за стаканом сока.
— Злишься?
— Немного, — отвечаю и начинаю пить напиток.
— А поговорить о чём хотела?
Я чудом не поперхнулась соком от резкой смены темы разговора.
—
— Смелее… — продолжая сканировать меня взглядом, принялся подгонять он меня.
— Ко мне Вера подходила и извинялась за бабушку, просила прекратить вашу бессмысленную войну. Говорит, что так может не выдержать очередного раунда, — выпалила на одном дыхании и замолчала, жду реакции мужчины. Судя по потемневшему взгляду, ему явно не понравилось, что я начала совать нос в его личную жизнь.
— Продолжай… — От его холодного тона, стало не по себе, и я занервничала. — Мила, не думаю, что ты решила пересказать ваш разговор. Может быть, наконец, озвучишь своё ходатайство?
— Я понимаю, что не имею права вмешиваться в ваши дела…
— Верно, не имеешь.
— Но ведь она пожилой человек…
— Тебе её жалко? После того, как она разговаривала с тобой?
— Меня родители учили на слабоумных и старых не обижаться. Так что мне её не жалко, в отличие от девушки. Из нашего с ней разговора я поняла, что она нужна только бабушке. И я не хочу, что ты убил ради какой-то мести человека. Даже если она и не права, не трогай её хотя бы ради Веры.
— Хорошо.
Как-то он легко отказался от мести, и это меня насторожило. Ну точно сейчас попросит что-то взамен.
—Почему? — не удержалась я от вопроса.
— Она того не стоит. Такой ответ тебя устроит? — интересуется, не отводя от меня взгляда.
— Вполне.
Только я ответила, Егору кто-то позвонил, и он удалился, чтобы поговорить без посторонних ушей.
***
Мила думает, что я ездил на аукцион ради мести, но она ошибается. Мне по большому счёту уже насрать на это старуху, пусть живёт как знает. Но пришлось разыграть этот спектакль, чтобы жена не заподозрила истинную причину, по которой мы там оказались. Я знал, что Андреев будет там, и это он хотел приобрести ценности, что я перекупил. Бабушке всё равно они не достались бы, потому что не могла она позволить себе прободаться с ним. Заодно и пообщался с ним, предупредил крысёныша, чтобы держался от Милы подальше, иначе хрен на пятаки порублю и сожрать заставлю. Он прекрасно знает: если пообещал, то непременно так и сделаю. Занервничал, понял, что я в курсе насчёт его угроз ей. Теперь точно рванёт сломя голову к своим подельникам, чтобы решать, как со мной быть. Этого я, собственно, и добивался. Пора разворошить крысиное гнездо.
Глава 28
После звонка Лютов уехал и дома не ночевал, так что я вновь могла спать у себя. На следующий день я видела его мельком, он только предупредил, что послезавтра свадьба, и вновь уехал. Я была рада временной передышке. У меня появилось время привести мысли и чувства в порядок. Но больше всего меня беспокоила сестра, потому что Егор только отделался парой фраз, что она здорова и мы скоро увидимся. Больше ничего, и меня это тяготило, хотелось лично убедиться, что Диана в порядке. Но пока, как я поняла, нельзя. Ну что ж, подожду, надеюсь, поговорю с ней и немного успокоюсь.