Анфиса. Гнев Империи

Волков Влад

– А бабушка говорит, они совпадают! Солнцестояние и приезд первосвященника в этом году. Типа древний праздник на этот день выпадает, что предки справляли, – рассказывал ему Рем.

– Справляли, да Творца не славили, – фыркнул Ирвин. – Раз архиепископ приедет, никаких древних обрядов безбожных недозволенно!

– Что ж теперь, без Творца и праздников нет? Я же могу на ушах стоять, когда родителей нет дома! – противился другой мальчуган.

– Во-первых, Творец вездесущ! От него не скроешься! – заверял

мальчик с ровной чёлкой.

– Даже в бане?! – раскрыла рот Присцилла.

– Даже в туалете? – расхохотался младший мальчишка в компании с длиннющими волосами, видимо, ещё до первых стрижин.

– А во-вторых, – продолжал Ирвин объяснять Рему, – на ушах стоять нельзя! Максимум на голове или на руках! – показал он, сделав кувырок, так что какие-то деревянные солдатики выпали у него из кармашка и он рухнул на траву, чтобы их подобрать.

– Едет кто? – прикрыв ладошкой глаза от солнца, как козырьком, поднял голову вверх на Анфису младший мальчишка.

– Пока нет, – отвечала та, держась поближе к стволу, чтобы с той стороны дерево и крона защищали от ветра и юбка слегка перепачканного травой платья не колыхалась.

– Сдались тебе эти солдатики, лучше давай мечи из досок выпиливать, – предлагал Рем.

– Из города их привёз с собой! Дорогущие, подарили недавно. Десять штук ровно, и все разные! Можно пять на пять сражение устраивать. Кто с луком присел, кто копьём замахивается, кто с мечом бежит. Нельзя ни одного потерять! – заявлял Ирвин.

– Я надеюсь, ты их не все десять распихал по карманам, – закатывала глаза девчонка, стоявшая рядом.

– Двоих, – отвечал тот, – уже нашёл, – показывал он в руках деревянные фигурки среди нескольких сорванных травинок. – Сам в солдаты пойду! Генералом буду! И буду отдавать приказы войскам, – делился Ирвин своими планами. – Будут фигурки и такая карта местности. Лучник за полк стрелков, мечник за пехоту, тот, что на коне, за кавалерию! Я их двигать и отдавать приказы!

– Ага, а если тебе надо конницу поделить, чтобы взять вражескую пехоту в клещи? – нахмурившись, оспорил Рем. – Что тогда будешь делать?

– Тогда у меня будут запасные фигурки! – хмыкнул Ирвин. – Большая коллекция! – Было видно, как он сдерживается, чтобы не показать язык спорщику, но, видимо, воспитание или нежелание провоцировать драку его сдержало.

– Я бы хотела в конницу, верхом на лошадке, – мечтательно проговорила Присцилла.

– Так не бывает, откуда женщины в кавалерии?! – хмурился Ирвин.

– Бывает! Даже слово есть такое: «всадница», а не только «всадник». Папа рассказывал, – стояла девочка на своём.

– Твой папа мебель делает, что он вообще может знать о солдатах, о коннице, о всадницах! – качал головой Ирвин.

– Да нет, точно тебе говорю, бывают женщины-кавалеристки, – уверял и Рем.

– В

сказках! – не соглашался другой мальчишка.

– Бывают! – заверял снова Рем.

– В твоих мечтах! – кривился Ирвин.

– Бывают! – спорила и девочка с косичками.

– Во снах у тебя! – фыркал мальчишка, сжимающий деревянных солдатиков.

– Сдалась вам эта кавалерия. Была бы лошадь, можно было бы поехать путешествовать вообще, – сказал Рем.

– И куда ты поедешь? На север мёрзнуть? Или в лонгширские тропики? – усмехнулся Ирвин. – Дома не сидится ему!

– К тарантулам, – нахмурилась и вздрогнула Присцилла.

– На болота, – хохотал младший со стрижкой под горшок.

– В Дайкон, например! Привезу оттуда лучшие изогнутые сабли! – показывал Рем, как будет ими сражаться.

– Биться иностранным оружием не патриотично, – хмыкнул второй, убирая солдатиков в кармашек.

– А Императору не всё ли равно, с каким мечом я буду его защищать, если это будет эффективно?! – спорил Рем.

– Вот-вот, – поддакивал младший.

– Наша сталь ничуть не хуже, – не отвечал на вопрос, а просто утверждал Ирвин.

– Можно чужие рецепты выведать, как шпионы, – ухмыльнулась Присцилла.

– И что, мечи из нашей стали по не нашим рецептам становятся нашими или не нашими? – поглядел Рем на Ирвина.

– Не знаю, если сталь наша, то и мечи наши. А рецепты, ну мало ли их, – пожал тот плечами.

– Не-а, если ты по рецепту готовишь таскарский или дайконский суп, какой же он наш? Не важно, что рыба в нём будет с наших рек и овощи с наших огородов. Если нет такого народного супа, значит, и блюдо не наше! – оспаривала девочка.

– А что, если не наше, его и есть нельзя? – фыркнул маленький мальчуган.

– Но вина же таскарские продают у нас, сливовые, со змеёй внутри. И все пьют, значит, ничего непатриотичного, – припоминал Рем. – Было ваше – стало наше!

– Не знаю, а если рабов из Таскарии сюда привести, разве они станут от этого имперцами? Или эльфов или орков тем более… – задумался Ирвин.

– Ага, ты попробуй хоть одного орка перевезти да ещё и рабом. Они, знаешь, какие здоровенные? Как дом! Как дерево! Никакой стали не хватит цепями удерживать, – уверял Рем.

– И всё равно будут орками, – кивала Присцилла.

– Не, вы как хотите там, в женскую конницу, в путешествия, я… если и быть генералом, то уж имперским! А не подаваться служить куда-то ещё. Что может быть хуже наёмников? Дома нет, кто платит, на того и работают, – кривился Ирвин. – Ни стыда ни совести у людей. Надо ценить что есть и служить своей стране, своей земле, своей империи!

– Значит, у них такая жизнь! Что ты их осуждаешь? Мало ли почему они там служат, – пожал плечами Рем. – Не ровняй наёмников и разбойников!