Андервуд. Том 3
Шрифт:
Однако чтоб пройти в другой конец здания ему всё же пришлось выскочить на двух работников склада. Одному он выбил зубы навершием Ноксила и отправил в нокаут, а второй сам виноват – успел ранить аристократа в плечо. Поэтому повалился распополамленный танталовым клинком.
Подлечившись, аристо добрался до нужной стены и покинул жуткий схрон. Внизу он уже слышал топот ног и матерные выкрики. Каким-то образом сработала местная система безопасности и всем стало известно о наличии чужака на территории морозильников.
Приземлился мастер меча уже на
– Куда прёшь? – заорал на него сверху государственный посыльный и замахнулся кнутом.
Свист и красивое лицо Ганса обожгло болью. Наездник откинул руку второй раз, чтобы проучить наглеца, но разгневанный аристо схватил почтальона за сапог и уколол в грудь мечом.
Стальная броня не спасла. Удар был такой силы, что пробил её насквозь. На улице закричала в ужасе женщина. Оружие застряло. Пришлось стаскивать умершего на землю. Уперевшись ногой в нагрудник, Ганс вытащил-таки Ноксил и едва успел шарахнуться в сторону – глыба магического камня протаранила асфальт, оставив глубокую ямку.
Вскочив на скоростного варана одним махом, парень стеганул зверину, заставив сорваться на галоп, а сам обернулся. Люди разбегались кто куда, не желая участвовать в ненужной схватке – своя жизнь дороже. Фигура Саймона отдалялась с каждым рывком варана, но аристократа это не успокаивало. Потому что поза, в которой стоял сенсей, ничего хорошего не предвещала.
Та же самая, как перед рывком на гранд-мастера. Пыль вокруг его фигуры приподнялась с земли. Вспышка и…
Ганс вовремя спрыгнул с ящера, и кулем покатился по дороге, сдирая кожу. Ушибленные места отдавали болью, но это лучше чем то, что произошло с вараном. Этот ненормальный в буквальном смысле распылил кровавым дождём животину.
Её ошмётки разлетелись по всему переулку, забрызгав проходящих людей, вывески, фонарные столбы и телеги. Люди не понимали, что произошло – лёгкий хлопок и вот они измазаны в чём-то красном.
Ганса могли спасти лишь помещения, поэтому он заковылял в местную столовую, на ходу залечивая раны из украденного у вормлинга мешочка. Сенсей не станет рисковать гражданскими.
Витрина позади разбилась от сгустка тёмной энергии.
Ну, или станет.
Всё это уже не так важно, поэтому он, расталкивая народ, двинулся к чёрному ходу. Похоже, придётся снова применить силу – иначе этот псих от него не отстанет. Сейчас было совсем на грани. В обличии монстра он ещё мог убежать, но с обычными руками и ногами с этим куда сложней. К тому же крысюк чуял его…
Идеальная машина для убийств.
«Звучит, будто я им восхищаюсь».
На самом деле это так, но своя шкура важней. Авторитет и сила учителя всегда были предметом поклонения Ганса, но теперь злосчастный кумир собирался отправить его на корм слизням, а это не входило в долгосрочные планы аристократа. Он ещё не до конца отомстил за смерть мамы и отца – Саймон не отнимет у
Выход один – бежать на промзону. Там огромные свободные территории, а большая часть рабочих сидит по своим цехам. Идеальное место для взрыва или техник «А» угрозы. Сказано – сделано.
Ганс лавировал между домами, временами «залезая» внутрь пространственным рывком. Один раз он еле успел и слышал, как пресловутая шляпа ударилась в камень за спиной. Металлический звук и следом торопливые шаги – побежал в обход.
Здание за зданием, аристо всё-таки достиг своей цели и, тяжело дыша, встал в боевую стойку, держа Ноксил обеими руками. Саймон тоже остановился и прищурил взгляд. Сейчас должно решиться, будет ли жить Ганс или войдёт в историю как неудавшийся носитель «А» угрозы.
Говорить что-то уже не имело смысла – сенсей не послушает его. Да и в бою языком не чешут. Лишнее слово или фраза только собьют концентрацию, а она ему ох как нужна.
Ганс успокоился, глубоко вздохнул и выдохнул. Ноксил остриём отправился в грунт, и когда он убрал руку, давление лишней маны снова захлестнуло, быстрым потоком накапливаясь в крови. Чтобы отодвинуть это состояние, нужны самородки. Много самородков, но уже не важно – сейчас будет решаться его судьба, а в битве за собственную жизнь любые средства хороши.
Воздух чуть подрагивал, блестя синими нитями – заклинание было в боевой готовности. Руки и всё тело покрылось нарастающей лазурью. В прошлый раз он этого не заметил, но сейчас смотрел, как усиливается градиент чёрного цвета и расширяется зона поражения.
Она покрывала теперь всю площадь, на которой стояли противники. После такой атаки выход будет только один – бежать ломать фундамент усадьбы сенсея. Тут нужна будет добрая сотня емировых камней хорошего качества.
Сила пьянила, хотелось просто одним махом закончить со всем. Ганс сам не заметил, как поддался внутреннему манящему голосу. Эйфория разливалась по каждому участку тела.
«РАЗДАВИ ЕГО».
Да он уберёт с дороги надоедливого крысолюда, и тогда всё станет, как было.
«В смысле как было?» – неожиданно задал себе вопрос аристо. – «Если учитель умрёт, то всё. Как было, уже не будет. Ник уйдёт, школа развалится. Кира, Борди и остальные ребята не поймут меня. Даже для пятёрки Саймон – нерушимый авторитет. Смысл от такой жизни? Это будет просто существование на грани. И неважно, какой у меня будет облик: человеческий или звериный. Ведь всё сведётся к одному – к выживанию».
Рука снова взялась за меч, а чёрная аура вокруг тела постепенно угасла. Впервые за всё время у сенсея появилось на лице что-то вроде вопроса, и он посмотрел на него осмысленно.
– Что смотришь крысиная башка?! – заорал ему Ганс. – Ха-ха! Давай сразимся.
Первый удар он смог разглядеть благодаря предельной концентрации. Боевая стойка выиграла долю секунды – требовалось лишь крутануть кисть. Одно движение спасло жизнь. Его протащило по земле, словно по льду. Ноги подняли за собой шлейф пыли.