Андервуд. Том 2

Рэд Илья

— Вот, выпейте, — поднёс он ей заранее приготовленную горячую чашку чая.

— Иди ты, знаешь куда, козлина? — неожиданно огрызнулась Алекса. — Так и знала, что ты старый изврат. А вы что смотрите? Ублюдки, вы убили моего брата — да вам головы за это поотрывают, а твою жалкую церквушку, чмошный ты старый урод, мои родичи с землёй сравняют…

Её знатно прорвало. Дальше были обещания, что Кефриса пустят по кругу среди Крайних, а Ник с Гансом будут за этим наблюдать, пока их руки и ноги проворачивают через мясорубку на

фарш.

В общем, все надежды на авторитет священника рухнули в одночасье, и каждый в этом помещении понимал, что куда-то оно пошло не так это щекотливое дельце.

— Да заткните её уже кто-нибудь! — не выдержал Ганс, после очередной порции брани.

— Не подходи! Не подходи! А-а-а! — завизжала она, когда лысый измазанный чёрной мазью аристо пошёл за ней с кляпом. В итоге пришлось минут десять отлавливать чертовку и привязывать к стулу.

Мужчины отошли в сторону и встали кругом.

— Что будем делать? — кусая окровавленную губу, спросил Ганс — ему досталось больше всех, девушка таки умудрилась цапнуть и попасть.

— Здесь её нельзя убивать, — задумчиво сказал священник, как бы намекая на возможность убраться подальше и решать эти проблемы без него.

— Неужели ничего нельзя сделать, чтобы она осталась жива? — в возмущении спросил Ник. — Что вы всё: убей, убей. Давай думай — хрен тебе, а не Жнец будет, решай нашу проблему, — надавил он на архиепископа.

Святой отец приложил руку к коричневой бороде и поводил аккуратной косичкой направо-налево.

— Думаю есть один выход, — он поднял свои ярко-синие глаза на ребят и кивнул обоим на Алексу. — Запихивайте обратно в мешок, я пока приготовлю главный зал, когда подам знак — заводите, — с этими словами он, шурша рясой, покинул помещение и вскоре сам дом.

Наследница Хисториусов мычала, брыкалась, но куда ей до двух натасканных Саймоном воинов? Девка и сама не понимала, что таким поведением больше злит и провоцирует похитителей — вот оно «бесстрашие» и тугоумие дворянских кровей. Однако никто из ребят не позволял себе лишнего.

Вскоре их позвал Кефрис и по пути бегло рассказал план.

— Я проведу обряд забвения, — вышагивая по дорожке, говорил он Нику. — Может стереться несколько лишних воспоминаний, но девушка забудет сегодняшний день. Мы сами отдадим её на руки Хисториусам — тут можете не волноваться.

«Ну, ещё бы», — подумал Ник. — «Ведь за такое „спасение“ хитрожопый Кефрис получит ещё больше бабла от известной семейки. Плюс бесконечный лимит доверия и влияния на их умы».

— Разве такой вообще есть? — спросил, нахмурившись, Ник, он как-то слабо верил в существование подобных заклинаний.

— Есть, — твёрдо ответил Кефрис, — правда, это незаконно и очень дорого, но иного выхода нет. Встаньте кто-нибудь снаружи, — велел он, когда скрипнули ворота в главный зал.

Ник решил посторожить. Нужно было собраться с мыслями. Как только закрылась дверь, изнутри

не раздавалось ни единого звука.

В принципе такой вариант устроит вообще всех. Амнезия. Девушка ударилась головой при нападении, заплутала бедненькая, и тут проходивший мимо церковник выручил наследницу Хисториусов. Про Ника и Ганса она тоже забудет. Все в плюсе. Даже она сама.

«Слава богу, всё обошлось», — подумал он, когда Ганс высунулся наружу и радостно кивнул.

Ник зашёл внутрь и увидел на лице Алексы выражение отрешённости, она наклонила голову вбок, и на комбинезон капала тоненькая нитка слюны. Святой отец вёл её к выходу, придерживая за плечи.

— С ней точно всё в порядке? — тревожно спросил Ник, уже гадая, не устроили ли они тут лоботомию несчастной.

— Нет, всё в порядке, — дальше Кефрис принялся разъяснять побочные эффекты и что пришлось для обряда «слить» семь емировых камней.

Ник слушал его вполуха, радуясь удачному исходу дела, а между прочим, когда перестал фокусировать взгляд на аватаре жены, посмотрел ей за спину на внушительного вида каменную плиту, словно выезжающую из стены.

Она была в форме круга, обрамлённого письменами, цветами и лианами. Всё это вырезали искусные зодчие. В центре огромный женский портрет.

«Так-так, — выдохнул Ник, и, отодвинув в сторону Кефриса, сделал несколько шагов вперёд, чтобы лучше разглядеть работу. — Становится всё интересней».

По разговорам и обсуждениям верующих, он всегда думал, что мать Земля — это умудрённая опытом женщина, что «держит мир в каменной утробе и вот-вот должна родить». Всякие россказни, в общем-то, не имеющие ничего общего с реальностью, но сейчас на него с идолопоклоннической плиты взирала совсем юная красавица. Если быть точнее — его Китти.

«Моя дочь — богиня?»

Глава 9

Большая игра

— А это та самая мать Земля? — на всякий случай переспросил Ник, хватаясь за последнюю возможность «отменить» в своём сознании увиденное.

— Да, а вы ни разу не были в церкви? — спросил Кефрис, отдавая девушку в руки Ганса, лысый аристо, нахмурившись, придерживал её за плечи.

Ник отрицательно мотнул головой и с трудом оторвался от круглой плиты.

— Я думал это зрелая женщина.

Кефрис снисходительно улыбнулся.

— Это лишь облик. Наш мир — её каменная утроба. Впрочем, я и так уже объяснял, — оседлал знакомую лошадку архиепископ, затем подобрал полы рясы и встал рядом с Ником. — Человечество родится, когда будет в состоянии выйти наружу. Это то, во что верю я. Одному быть сложно, — обратился он неожиданно без набожности в голосе, — вокруг враги. Меня уже трижды пытались убить. Поддержка Жнеца — то, что нужно моей парафии, — Ник будто заново на него посмотрел, окинув снизу вверх взглядом. — Могу я рассчитывать на тебя?