Амурет
Шрифт:
Однако тогда я ждал ее не с пустыми руками. Я изобрел средство, которому б позавидовали тайные любовники всех времен и народов. С его помощью можно встречаться с кем угодно и сколько угодно, и никто никогда не узнает. Представляю себе, как на этом месте загораются глаза неверных супругов, которым попала в руки моя книжка. Вы спешите узнать, что это за средство? Заранее предупреждаю, что, во-первых, вам оно не под силу, а, во-вторых, когда дочитаете до конца, у вас навсегда пропадет желание изменять своим женам.
А теперь все же пару слов
Представляете себе, на нашем оборудовании производить кофемолки и тому подобное барахло, цена которому - копейки. Вскоре нам стало ясно, что к тому моменту, как каждая советская семья получит в придачу к отдельной квартире отдельную кофемолку, завод наш вылетит в трубу. И оставалось надеяться только на то, что американцы успеют сделать новый виток гонки вооружений до того, как наши рабочие потеряют квалификацию и приведут в негодность оборудование. Потому что когда расходы измеряются военными масштабами, а доходы - ценами на кофемолки, зарплата становится микроскопической, и рабочие бегут в кооперативы, а те, кто не успел, начинают деградировать в темпах инфляции.
Однако американцы нас подвели, они словно только и делали, что ждали повода приостановить рост вооружений. А тут еще такое исключительно социалистическое понятие как "советская семья" стало медленно, но неуклонно подменяться чуждыми нам понятиями, как то: "семья кооператоров" или, скажем, "предпринимателей". А в этих семьях в отличие от советских семей считается нормальным иметь отдельную квартиру каждому члену. И если с квартирой они еще хоть как-то могут, потому что вынуждены, подождать, то уж отдельную кофемолку и маме, и дочке, и любимой кошечке им вынь да положь. А каково было мне, инженеру, по схемам которого "бураны" собираются, перейти на конструирование бытовой техники?! Ну да бог с ним!
В результате конверсии оказался никому не нужным изобретенный мною прибор, с помощью которого можно совершать путешествия в n-мерном пространстве. Изготавливать мой прибор не стали, потому что для приготовления кофе необязательно перемещаться во времени. Я просил директора дать мне возможность изготовить опытный экземпляр, но он отказал по той причине, что вещь ужасно дорогостоящая. Но то, что нельзя сделать официально, можно сделать нелегально. Я умыкнул с работы и принес домой все необходимые мне материалы и изготовил свой прибор в гараже. И даже целых два прибора. Один - для себя, а другой, миниприбор, для опытов с хомячком. Сам прибор я вмонтировал в багажник "жигуленка", а миниприбор устроил в клетке Рыжика.
Живи я в Америке или хотя бы в каком-нибудь задрипанном Гонконге, прибору моему цены бы не было, а я бы стал миллионером. И изобретению моему
Итак, пятого июля я сидел в своем "жигуленке" и ждал Вику. А она не являлась. Я решил, что она нашла очень простой способ отделаться от меня - просто перестать приходить на свидания безо всяких объяснений. Настроение мое испортилось, и я сидел с кислой миной и лелеял слабую надежду на чудо. Самое досадное было то, что амурет наш закончился тогда, когда я нашел такой замечательный способ его продолжения.
И в тот момент, когда я собрался покинуть свой пост, появилась Вика. Я так обрадовался, что на мгновение даже усомнился, так ли уж я равнодушен к ней. Она плюхнулась рядом со мною, и я, даже не удостоверившись в том, что нас никто не видит, восторженно утопил в панно клавишу прибора. Деревья потеряли свои очертания, превратившись в зеленый туман, автомобили расплылись в аляповатые, бесформенные пятна, корпуса домов слились с небом в нечто мутно-серое, и мы поплыли навстречу своему счастью. И сквозь этот пестрый сон до меня доносился голос Вики:
– Послушай, я очень спешу. Мне через пять минут нужно Сережку забрать из садика. Я вообще не хотела приходить. Понимаешь... В общем, мне кажется, что нам не стоит больше встречаться. Это глупо конечно. Столько встречались и все просто так. Но ты... ты даже квартиру не мог найти!
И пока на меня сыпались обвинения в несостоятельности как любовника, пейзаж за окном автомобиля постепенно приобрел очертания, и мы оказались посреди выжженной солнцем равнины. На сколько хватало глаз - ни деревца, ни кустика, вообще ничего, только голая степь с высохшей желтой травой и мой "жигуль" посередине на постаменте из куска асфальта, который "прихватил" прибор, когда мы покидали наш мир. И я победно нажал на гудок, громко возвестив окружающей нас пустоши благостную весть о нашем прибытии. Гудок испугал Вику, она вздрогнула и выглянула в окно.
– Боже мой! Где это мы? Когда мы успели сюда приехать?! Я даже не заметила, как мы ехали!
– Ехали-ехали и приехали, - констатировал я.
– Отвези меня назад! Мне за Сережкой нужно в садик!
– Ты будешь там через пять минут, - ответил я.
– А сейчас послушай меня внимательно. Понимаешь, Вика, мы не на Земле. Мы в другом мире.
– По мне - хоть на Марсе, только б назад поскорее вернуться.
– Вика, я говорю серьезно. Мы с тобой переместились совершенно в иной мир.
– Послушай, хватит городить всякую чушь. Я должна быть дома. Говори быстро, что тебе нужно и поехали назад.
– Назад мы поедем нескоро, но дома ты будешь через пять минут.
– У тебя что, крыша от жары поехала?! Мне надоели твои дурацкие выдумки. Поехали домой. Мне нужно сегодня Сережку из сада забрать, а сад закрывается через пять минут. Нянька ругаться будет. Сообразил, нет?
Ну что ж, к тому, что она меня не поймет, я был готов. Я вышел из машины, обошел ее вокруг и открыл дверцу со стороны Вики.