Амулет

Морхайм Денниз

— Ты уверен, что, используя его, мы не накличем бед на Валузию и Хрустальный город? — спросил король у Китулоса.

— Уверен, Ваше Величество! — воскликнул колдун. — Маги и волшебники, находящиеся у тебя в услужении, не то что необразованные дикари, сроду не видавшие знатных людей. Только посмотрите, как нас здесь разглядывали. Все, что мы принесли с собой, было им в диковину. Конечно, они не справились с силами амулета! И не забывайте, что он — единственный способ помочь Ту и молодому Галлусу.

Кулл отдал приказ продолжать поход.

* * *

Наконец, на тридцатый день пути по джунглям, они подошли

к поселению таинственных морталлов. Кулл велел остановиться в некотором отдалении от него — как только они издали заметили поднимающийся вверх дым, свидетельствовавший о человеческом жилье. Вместе с несколькими опытными воинами, которым Кулл безоговорочно доверял, король отправился на разведку — взглянуть, что представляет из себя деревня колдунов.

Черные шатры из шкур животных стояли кругом. Шкуры были старые, продырявленные и прожженные во многих местах. Создавалось впечатление неопрятности и неухоженности. Кругом валялись кучи грязи и мусора, над которыми висели облака мух… В центре же поселка стоял совершенно белый шатер. Кулла и его воинов поразило, что он оставался незапачканным в окружении такой грязи, но это было так. Шкуры его оказались целыми, не порванными и не прожженными. Из отверстия наверху не поднимался дым.

По поселению ходили странного вида люди с сине-черной кожей и непомерно вытянутыми шеями. Даже зубы у них были черными и острыми, напоминающими акульи. Они, как и их поселение, казались грязными и неопрятными. Из одежды на них были лишь набедренные повязки — как на мужчинах, так и на женщинах, дети бегали голышом. От поселения шел отвратительный запах, такой мерзкий, что Куллу и его людям вначале пришлось закрыть носы и рты руками, чтобы сдержать приступ тошноты. Так пахнут разлагающиеся трупы, кучи навоза и гнилые фрукты одновременно.

Морталлы не заметили разведчиков, и у них не было выставлено дозорных. Пока Кулл с воинами сидели в высоких густых кустах вокруг поселения, сине-черные люди спокойно продолжали заниматься своими делами. В деревне не было ни одной собаки, которая могла бы учуять незнакомцев.

Кулл вернулся в свой лагерь, приказал еще дюжине воинов присоединиться к нему, носильщикам — взять подарки, привезенные из Валузии, и отправился назад к деревне. Он решил войти в нее в полном боевом вооружении, но не начинать рубить всех направо и налево, а посмотреть, как отреагируют на их появление жители деревни, и потом уже решать, как действовать. Может, удастся что-нибудь узнать про волшебные свойства амулета у хранящих его дикарей?

Когда Кулл с сопровождавшими его воинами появились из зарослей, все жители деревни, находившиеся на улице, одновременно замерли и уставились на белых пришельцев с поблескивающими на солнце мечами и кинжалами, на увешанных подарками носильщиков. Кулл шел первым, играя мышцами и держа руку на рукоятке острого меча. За ним следовали носильщики с дарами, следом шеренгами по три воина шагали крепкие сильные валузийцы в полном вооружении.

Подойдя к первому шатру, Кулл уже собирался заговорить со стоявшим перед ним морталлом, но тут случилось невероятное — все находившиеся на улице сине-черные люди стали превращаться в игуан. Человек сжимался до размера крохотной ящерки длиной в ладонь, а потом рос на глазах до полутораметрового гиганта-ящера. Потом самая крупная игуана издала какой-то непонятный, разрывающий барабанные перепонки звук — и все чудовища превратились в яркие костры, горевшие синим пламенем. Синий дым, поднимавшийся от них вверх, полетел в белый шатер и исчез в нем. Костры потухли. В деревне наступила полная тишина, нарушаемая лишь тяжелым дыханием валузийских воинов. В удивлении

наблюдали они за происходящим перед их глазами.

Кулл решил заглянуть в ближайший к нему шатер. Там, на звериных шкурах, разбросанных вокруг очага в центре, лежало две змеи, свернувшиеся кольцами. Создавалось впечатление, что они мертвы. Кулл выхватил меч из ножен и осторожно острием дотронулся до одной из них. Она никак не отреагировала на прикосновение клинка. Тогда Кулл попытался сдвинуть ее мечом с места. Змея застыла в одной позе, и ее было невозможно развернуть, а для того, чтобы сдвинуть со шкуры, требовалось приложить неимоверные усилия.

В других шатрах лежали похожие змеи — все черные и блестящие, большие и маленькие, но застывшие, свернувшись кольцами.

Тогда король отправился в белый шатер, где, судя по всему, и должен был храниться нужный ему амулет жизни и смерти. Отодвинув белую шкуру, закрывавшую вход, Кулл вошел в прохладное, освещаемое тусклым светом небольшого костра помещение. Дым от очага в центре не шел вверх — в отверстие, как в других шатрах, — а просто растворялся в воздухе, достигнув уровня, на котором находился амулет. Прямо за очагом, выложенным камнями, стояла крупная глыба, шириной метра два и высотой метра полтора, выкрашенная в черный цвет. На ней лежал небольшой предмет из какого-то странного черного металла, поблескивавшего в отсветах пламени, по форме напоминавший голову орла с телом игуаны и человеческими руками и ногами.

Кулл обогнул очаг и остановился перед странным амулетом, внимательно рассматривая его. Следовавший за ним Китулос проверил помещение на наличие в нем колдовских чар, с удивлением для себя отметил их отсутствие и тоже приблизился к амулету.

— Ну, что ты о нем думаешь? — повернулся к нему Кулл.

Китулос вынул из-за пояса две палочки, украшенные руническими письменами, и провел ими вокруг амулета. От него во все стороны посыпались искры, однако быстро потухли. Тогда Китулос снял с пояса флягу с какой-то жидкостью и вылил несколько капель густого раствора на черный предмет. Вверх взметнулось пламя, но тоже быстро потухло. После этого колдун произнес какое-то заклятие, неотрывно глядя на странное соединение орла, игуаны и человека. На этот раз предмет никак не отреагировал.

Колдун повернулся к Куллу и заявил:

— Теперь ты можешь спокойно брать его в руки и везти в Хрустальный город. Эти дикари не провели нужных магических обрядов перед тем, как присваивать его себе, поэтому у них все пошло не так, как они хотели.

— Мы должны его во что-то обернуть или…

— Просто положим ящик, который я специально захватил с собой, Ваше Величество. Мастера изготовили его по моему приказу: я объяснил им, как укрепить стенки, а потом несколько раз спрыснул его магическим раствором. Этого достаточно. Сейчас я крикну кому-нибудь из воинов, чтобы его принесли.

Ящик был большим и вместительным, туда вошло бы еще три подобных амулета. Китулос сам снял его с глыбы, на которой он стоял, опустил в ящик и плотно прикрыл крышкой.

— Мы можем отправиться в обратный путь, Ваше Величество, — обратился он к Куллу. — Теперь у нас есть то, ради чего мы предприняли поход.

Кулл молча кивнул и вышел вслед за Китулосом из шатра.

* * *

Обратная дорога заняла на день меньше: им не приходилось рубить ветки и свисавшие с деревьев лианы. Узнав, что они все-таки везут домой амулет, вождь первой из деревень покачал головой, но не стал их отговаривать. Старейшина второй, наоборот, предпринял не одну попытку убедить их в том, что амулет принесет им несчастья.