Амриты
Шрифт:
Миша задумался, вспоминая.
– Кабинет, где нас должны были принять, находился в полуподвале. Я со своей бабушкой пришла позднее. Мы сидели и ждали своей очереди. Ну и начали болтать, ты назвал свое имя и сказал, что у тебя зрение минус полтора…
– Ну да, что-то такое помню, смутно, правда, – виновато признался Миша.
Настя вздохнула разочарованно.
– Да тебе зачем все это нужно? – не удержался Миша.
– Видишь ли, я хотела узнать у тебя, как тогда все прошло. Как тебя проверяли…
– Проверяли? – переспросил Миша, – а, ну да, в смысле,
– Ничего, – Настя поднялась с дивана, – ты извини, я пойду, наверное.
Миша резко вскочил со стула:
– Постой! Погоди! В смысле, я просто не понял. Я же вижу, для тебя это важно, ты даже расстроилась. – Он стукнул себя по лбу, – дырявая голова! Знаешь, меня ведь в детстве по разным врачам водили, хотели вылечить от близорукости. И так мне все эти проверки надоели!
– Мне тоже, – усмехнулась Настя. – Моя мама была просто помешана на моем здоровье.
– Так у тебя тоже зрение слабое? – спросил Миша.
– Нет, со зрением у меня все в порядке. У меня вообще несокрушимое здоровье, – с раздражением сообщила она.
– Ну, это же хорошо, радоваться надо.
– А я радуюсь, – ответила Настя, – я страшно радуюсь…
– Да, но… – Миша смешался. – Я не понимаю.
– Не важно, – отмахнулась Настя и направилась в прихожую.
– Настя, – позвал Миша, – может, все-таки, выпьешь чаю? Я постараюсь что-нибудь вспомнить, – с надеждой попросил он.
Настя обернулась к нему, шагнула, взяла за руку, стиснула:
– Миш, не грузись, – она хотела было снять куртку с вешалки, Миша опередил ее, помог надеть.
– Хотя, знаешь, – задумчиво произнесла Настя, – ты, все-таки, подумай и, если что, позвони мне, ладно?
– Конечно! – обрадовался он. Настя кивнула и продиктовала номер своего мобильника. – И вот еще что, – вспомнила она, – если тебе это поможет. Мы все были записаны на прием к профессору, светило науки и все такое… Так вот, к профессору мы не попали, нас смотрела женщина, его ассистентка.
Миша слушал очень внимательно.
– Постой-ка, а ведь точно, было! – уверенно казал он, – конечно! Бабушка еще ругалась. Она с таким трудом добилась этой записи. А вместо профессора оказалась какая-то тетенька, и кабинет у нее был такой маленький, темный…
– Да, да, да! – обрадовалась Настя.
– Ха! – воскликнул Миша, – она и смотреть меня не стала! Мы с бабушкой посидели, ответили на какие-то вопросы и все, до свидания!
– Так, так, – Настя слушала его, боясь дышать. – Я помню, вы очень быстро вышли из кабинета.
– Естественно! – подтвердил Миша, – Она полистала мою карточку и так мягко нас выставила.
– То есть, в соседний кабинет ты не заходил? – уточнила Настя.
– Нет, а что, был соседний? Ты там была?
– Была, – невольно призналась Настя.
– Странно, – удивился Миша, – моя бабуля так расстроилась, она же была уверена, что профессор меня осмотрит и непременно вылечит. А меня даже смотреть не стали. Как будто я совершенно безнадежен.
– Нет, Миша,
– Летом, в июле, – с готовностью ответил Миша.
– Все сходится, – Настя подсчитала в уме, у нее с Мишей была разница в два месяца. Выходит, Габриель и тут не соврал.
– Ну, спасибо тебе, я пойду, – Настя еще раз коснулась его руки.
Он расплылся в улыбке:
– А я тебя вспомнил, ты такая смешная была, с косичками…
– Да… С косичками, – отозвалась Настя, – ну, пока…
– Я провожу? – неожиданно встрепенулся Миша.
– Нет, не стоит, я еще с подругой должна встретиться, – она увидела, как у Миши погрустнели глаза, почему-то пожалела его, – может, в другой раз?
– Да? Правда? Так я тебе позвоню?
– Конечно, у тебя же есть мой телефон.
Когда Настя входила в лифт, он все еще стоял у двери.
На улице она стала ругать себя за то, что вообще затеяла этот разговор. Ну, что она узнала? Да ничего. Ясно одно, Миша не был в соседней комнате, его никто не проверял, как будто беловолосая с первого взгляда определила – он не тот, кто ей нужен. Придется связаться с Васантой и выяснить у нее все подробности. Хотя, был и еще один способ убедиться в собственном бессмертии. Например, броситься под машину и проверить, убьет ее это или нет. Но под машину не хотелось. Мало ли что.
Настя брела по тротуару, глядя себе под ноги и думала, думала… Может, попробовать отрубить себе палец? Брррр! А если выпить яд? Нет! Это невыносимо! «Я не хочу подвергать себя опасности, не хочу бросаться под колеса, травить себя ядом, рубить пальцы! Все это бред! А что если на мне испытывают психотропное оружие?» – Настя испугалась. «Бред, бред, бред! Но, почему, собственно, бред? Ведь существуют разные террористические организации, они там у себя придумали какую-то гадость, чтоб травить мирных граждан, а я – наиболее восприимчива к этой гадости, вот на мне и испытывают. А сами ждут, когда же я сломаюсь и сойду с ума окончательно. Возможно? Вполне возможно… И что же мне делать? Обратиться к властям? Вот, прямо сейчас пойду в ФСБ, или куда там надо идти? Разведка, контрразведка? Нет, сначала надо рассказать родителям… Ага, я им расскажу, они подумают, что у меня пошатнулась и без того неустойчивая психика и потащат к врачам. Проходили, уже было. Но должен же быть какой-то выход? Я должна убедиться в том, что я не сумасшедшая, что все это мне не померещилось. А выход у меня один – Васанта».
Настя огляделась и обнаружила, что она находится в скверике. Села на холодную скамейку и вспомнила о Наташе. Придется позвонить.
Подруга
Подруги замерзли и решили зайти в кафе. Пошарив по карманам и набрав мелочи, они зашли в кондитерскую и взяли по стакану сока.
– Насть, ты какая-то не такая, – сказала Наташа. – С чего ты взяла? – делано удивилась Настя.
Наташа возмущенно фыркнула и резко поставила стакан, сок расплескался и растекся по столу. Наташа швырнула в лужицу салфетку.