Ампир «В»
Шрифт:
– Как?
– Она считает, что люди – ее дети-уроды. Жуткие. Неудачные. Но все-таки ее родные детки, которых ей надо накормить, поскольку иначе они будут страдать от голода. И поэтому она каждый день жует клевер и старается дать им как можно больше молока…
У Энлиля Маратовича зазвонил телефон. Он раскрыл его и поднес к уху.
– Нет, еще долго, – ответил он. – Давай про текущие вопросы пока. Жеребьевка потом.
Сложив телефон, он кинул его в карман.
– Ну вот, – сказал он. – Тебе осталось только сложить фрагменты в одну картину. Можешь?
Я отрицательно помотал головой.
– Вдумайся в это! –
– Может быть, – ответил я, – просто я такой глупый.
– Не только ты. Все люди. И чем они умнее, тем они глупее. Человеческий ум – это или микроскоп, в который человек рассматривает пол своей камеры, или телескоп, в который он глядит на звездное небо за окном. Но самого себя в правильной перспективе он не видит.
– А что такое правильная перспектива?
– Я именно о ней и рассказываю, поэтому слушай внимательно. Деньги – это просто объективация, нужная, чтобы рационально объяснить человеку спазмы денежной сиськи – то ментальное напряжение, в котором все время пребывает ум «Б». Поскольку ум «Б» работает постоянно, это значит, что…
Мне в голову пришла дикая мысль.
– Вампиры доят человека дистанционно? – выдохнул я.
Энлиль Маратович просиял.
– Умница. Ну конечно!
– Но… Так ведь не бывает, – сказал я растерянно.
– Вспомни, откуда берется мед.
– Да, – сказал я. – Пчела приносит мед сама. Но она прилетает для этого в улей. Мед нельзя передать по воздуху.
– Мед нельзя. А жизненную силу можно.
– Каким образом? – спросил я.
Энлиль Маратович взял со стола ручку, придвинул к себе лист бумаги и нарисовал на нем следующую схему:
– Представляешь, что такое радиоволна? – спросил он.
Я кивнул. Потом подумал еще немного и отрицательно помотал головой.
– Если совсем просто, – сказал Энлиль Маратович, – радиопередатчик – это устройство, которое гоняет электроны по металлическому стержню. Взад-вперед, по синусоиде. Стержень называется антенной. От этого образуются радиоволны, которые летят со скоростью света. Чтобы поймать энергию этих волн, нужна другая антенна. У антенн должен быть размер, пропорциональный длине волны, потому что энергия передается по принципу резонанса. Знаешь, когда ударяют по одному камертону, а рядом начинает звучать другой. Чтобы второй камертон зазвенел в ответ, он должен быть таким же, как первый. На практике, конечно, все сложнее – чтобы передавать и принимать энергию, надо особым образом сфокусировать ее в пучок, правильно расположить антенны в пространстве, и так далее. Но принцип тот же… Теперь давай нарисуем другую картинку…
Энлиль Маратович перевернул бумажный лист и нарисовал следующее:
– Вы хотите сказать, что ум «Б» – это передающая антенна? – спросил я.
Он кивнул.
– А
– Сложно сказать. Это меняется в зависимости от того, кто этот человек – корпоративный менеджер с наградным смартфоном или торговец фруктами у метро. Но во внутреннем диалоге современного городского жителя всегда в той или иной форме повторяются два паттерна. Первый такой: человек думает – я добьюсь! Я достигну! Я всем докажу! Я глотку перегрызу! Выколочу все деньги из этого сраного мира!
– Такое бывает, – согласился я.
– А еще бывает так: человек думает – я добился! Я достиг! Я всем доказал! Я глотку перегрыз!
– Тоже случается, – подтвердил я.
– Оба этих процесса попеременно захватывают одно и то же сознание и могут рассматриваться как один и тот же мыслепоток, циклически меняющий направление. Это как бы переменный ток, идущий по антенне, которая излучает жизненную силу человека в пространство. Но люди не умеют ни улавливать, ни регистрировать это излучение. Оно может быть поймано только живым приемником, а не механическим прибором. Иногда эту энергию называют «биополем», но что это такое, никто из людей не понимает.
– А если человек не говорит «я достигну» или «я достиг»?
– Говорит. Что ему остается? Все остальные процессы в сознании быстро гасятся. На это работает весь гламур и дискурс.
– Но не все люди стремятся к достижениям, – сказал я. – Гламур с дискурсом не всем интересны. Бомжам и алкоголикам они вообще по барабану.
– Так только кажется, потому что в их мире другой формат достижения, – ответил Энлиль Маратович. – Но своя Фудзи, пусть маленькая и заблеванная, есть везде.
Я вздохнул. Меня стали утомлять эти цитаты из моего жизненного опыта.
– Человек занят решением вопроса о деньгах постоянно, – продолжал Энлиль Маратович. – Просто этот процесс принимает много разных неотчетливых форм. Может казаться, что человек лежит на пляже и ничего не делает. А на самом деле он прикидывает, сколько стоит яхта на горизонте и что надо сделать в жизни, чтобы купить такую же. А его жена глядит на женщину с соседнего топчана и соображает, настоящая ли у нее сумка и очки, сколько стоят такие уколы ботокса и такая липосакция жопы и у кого дороже бунгало. В центре всех подобных психических вихрей присутствует центральная абстракция – идея денег. И каждый раз, когда эти вихри возникают в сознании человека, происходит доение денежной сиськи. Искусство потребления, любимые бренды, стилистические решения – это видимость. А скрыто за ней одно – человек съел шницель по-венски и перерабатывает его в агрегат «эм-пять».
Раньше я не слышал этого выражения.
– Агрегат «эм-пять»? – повторил я. – Что это?
– Агрегатами в экономике называются состояния денег. «Эм-ноль», «эм-один», «эм-два», «эм-три» – это формы наличности, денежных документов и финобязательств. Агрегат «эм-четыре» включает устную договоренность об откате, его еще называют «эм-че» или «эм-чу» – в честь Эрнесто Че Гевары и Анатолия Борисовича Чубайса. Но все это просто миражи, существующие только в сознании людей. А вот «эм-пять» – нечто принципиально иное. Это особый род психической энергии, которую человек выделяет в процессе борьбы за остальные агрегаты. Агрегат «эм-пять» существует на самом деле. Все остальные состояния денег – просто объективация этой энергии.