Амир
Шрифт:
Она говорила это очень эмоционально, что я изо всех сил старался делать вид, будто внимательно слушаю её, вместо очарованного восхищения. Сидел, слушая внимательно и подперев голову рукой, будто на ее выступлении. Поведение Айны тоже добавляло атмосферности: она стояла, разглядывая окружение, иногда кидая взгляд на меня и держа руки за спиной.
– Канцелярские товары привезут только ближе к обеду, – говорит она, – а мне нужно всё сделать до прихода Гаухар. Точнее, я всё сделала, осталось распечатать, и когда Гаухар придёт, она должна увидеть отчёты на столе.
– Понял, – говорю, – тебе нужна бумага.
Я достал пачку бумаги из ящика; она мило поблагодарила и буквально побежала на работу. Какая же она все-таки милая и хорошая девушка, – подумал я с улыбкой на лице, пока не зашёл мой шеф и не сообщил о срочном совещании. Я вошёл в кабинет, сел за стол и начал смотреть на Рустама Амановича. За все время, что я работал с ним, я легко научился различать его настроение. При взгляде на него я сразу понял, что это совещание не столь уж и срочное, скорее, обычная интрига. Рустам Аманович любил испытывать сотрудников, задавая провокационные вопросы, ставил их в ситуацию, где они должны были выбрать: следовать правилам или быть чуть гуманнее, руководствуясь не только юридическими нормами, но и моралью. Так он определял качества сотрудников, делив их на мягких и жестких.
Сам он был человеком мягким, жил в деревне, держал хозяйство и скотину. С виду он казался обычным деревенщиной, но на деле был невероятно образованным человеком с широким кругозором.
В пять минут десятого мы со всем коллективом уже собрались в его кабинете: я, Бахыт, кассир Айла, аналитик Султан и водитель дядя Сергей. Второй помощник Зейнеп отсутствовала по причине болезни.
– Значит так, – сказал твёрдым голосом Рустам Аманович, – сегодня четырнадцатое декабря. Нам нужно украсить отделение и купить ёлку. Наша компания выделила на это деньги.
– А сколько выделили? – спросила Бахыт.
– Столько, сколько нужно, – ответил Рустам Аманович, перекинув взгляд на остальных.
– Айла и Амир, берите нашего водителя Сергея и отправляйтесь за всем необходимым. Айла, ты, как кассир, должна распределить деньги; сумма не должна превышать этой цифры. Он сорвал стикер, написал сумму и протянул листочек Айле.
– А деньги взять с кассы?
– Конечно, нет, Айла. Ты что, не знаешь, как это происходит? Берёшь реквизиты продавцов, делаешь счёт-фактуру, а наша уважаемая компания перечислит им деньги на банковские счета. Главное – не превышать ту сумму, которую ты видишь на листке. И помните, мы будем украшать офис, а не вашу гостиную.
Как только мы собирались встать, он добавил: – Я надеюсь на ваш профессионализм.
Торговый дом, по которому мы шли, был полон новогодних украшений. Айла выбирала, а я нес пакеты. У меня не было настроения; я был зол, что именно меня выбрали для этих покупок. Фраза «надеюсь на ваш профессионализм» просто бесила. Где же его профессионализм? Он отправил нас с Айлой, потому что мы самые младшие в коллективе. Понимаете, он не рассчитывал на наш профессионализм. Мы не самые креативные, та же Бахыт имеет опыт в дизайн-оформлении. Сегодня я планировал позвать Айну на обед, когда зашёл бы за бумагами для работы моего друга. Но Айле это было в радость. Она была в полном восторге от того, что сегодня не придётся весь день торчать на кассе. Она, подпевая и чуть ли не подплясывая, ходила и подбирала украшения. Глядя на неё и на то, как это её радует,
– А что, если мы повесим это на вход?
– А что, если эту штуку поставим на твой рабочий стол? Тогда все подумают, что ты весёлый парень, а то совсем какой-то хмурый.
Без сомнения, я нравился ей; это было очевидно уже давно. Она Зейнеп призналась по пьяне, а Зейнеп рассказала мне. Но мне она неинтересна: слишком навязчивая, да ещё и дурочка. Всё, что она делает, – сидит за кассой и смотрит сериалы. А когда я начинаю шутить, даже если шутка не совсем смешная и предназначена другому, она громко хохочет и закрывает рот руками. Такое ощущение, что у неё очень давно не было секса, и что она нарочно так орёт, чтобы её заметили.
– Дядя Сергей умрёт от старости, пока дождётся нас, – не сдерживаюсь и говорю это Айле. Она снова громко рассмеялась. Хотя это была не шутка, а явный намёк на то, как она совершает покупки. Лучше помалкивать и сохранять лицо безразличным. Знаете, я всегда относился к ней равнодушно, но она продолжает пытаться привлечь моё внимание. Возле неё я могу шутить грязно и пошло, говорить на всякие гадкие темы – ей это странным образом нравится. Я всем видом даю понять, что она мне не интересна, но это не действует.
А вот что касается Айны, здесь всё наоборот: я показываю, что она мне нравится, веду себя вежливо, грамотно подбираю слова, чтобы не обидеть или чтобы она не подумала о чём-то плохом. Печально осознавать, что искреннее общение ни к чему не приводит, и, на самом деле, к девушке надо относиться слегка наплевательски, чтобы ей понравиться. Так почему же все книги и фильмы говорят нам обратное, что нужно добиваться девушек? В голове начали мелькать персонажи из разных фильмов: как они делают безумные вещи ради любви, жертвуют чем-то или собой.
Стоит ли доверять поп-культуре, художественному вымыслу, фантазиям сценаристов? Молодёжь растёт на фильмах, подражает своим кумирам и мечтает, чтобы у них тоже было «долго и счастливо». Но в реальном мире это не работает. Зачем парням прикидываться рыцарями на белом коне, если на самом деле нужно просто быть мудаком. Девушки таких называют «плохие парни».
В офис мы, конечно же, приехали после обеда, и разбились мои планы на свидание с Айной. Дядя Сергей, как всегда, сидел у двери на стульчике, где обычно располагаются наши клиенты. Куртку он не снимает никогда: максимум – только растягивает молнию до середины; а вот кепку снимает, когда заходит в помещение. Ей-богу, лучше бы не снимал: на голове у него всегда жирные и обросшие волосы, да ещё и мокрые от пота. Ведь в машине он её тоже не снимает, а только когда заходит в офис. А на его голове остаётся след от этой дурацкой шапочки.
Бахыт в своём репертуаре насиловала телефон, общаясь с клиентом. Как она это делает? Нет же никаких пауз, точек или запятых. Как клиенты успевают ей отвечать или задавать вопросы? Рустам Аманович сидел у себя в кабинете, явно показывая, что занят. Лишь Айла была счастлива и надоедала мне.
– Вот сюда поставим ёлку? – спрашивает она.
– О, классная идея! – отвечаю я, хотя по правде мне плевать. Я думаю об Айне и о том, что мы должны были сегодня обедать вместе. Но Айла есть Айла, и она не даёт мне остаться наедине со своими мыслями.