Амазонка

Золотарева Елена

— А тебя не интересует, откуда в ней кровь каяльца? — шепнул Шан.

— У нас будет время это выяснить. Сейчас мы должны отловить тварь, посягнувшую на Эсми.

— Вы что, привезете во дворец хора? Дор, ты с ума сошел? — заистерила Ирэт, противным голосом. Он снова проигнорировал истеричный возглас, и, обменявшись мыслями с Шаном, они поспешили уйти. Хоть бы ненадолго, потому что, я уже начинаю бояться эту сумасшедшую…

33. Женщина из прошлого

Дор

Я

думал, день, когда мы найдем свою дэю, будет особенным. Торжественным, романтичным, волнительным, открывающим широкие двери к бесконечному будущему втроем. Я представлял, как буду летать от счастья, сбитый с толку неожиданной, но приятной вестью с непременно дурацким выражением лица, а Шанго с улыбкой идиота станет живым отражением моих чувств. Думал, что в глазах нашей дэи сначала мы увидим испуг, который резко сменится пониманием, что «это» произошло и волнительную радость. Представлял, как мы втроем, радуясь нашему воссоединению, запустим благотворительный шаттл в космос. Но все вышло иначе, как и предположить не мог.

Прежде каяльцы находили своих женщин, если не на своей родной планете, то хотя бы в пределах Скопления Звезд Алькана, но, чтобы землянка стала нашей истинной…Хотя, выходит, что Эсми и не землянка вовсе.

Вопросов становилось все больше, а ответы так и не находились. Чувствовать свою беспомощность было невыносимо. И еще эти скорбящие выражения лиц всех, кто был в курсе событий…Я понимал, что все они искренни, но они вгоняли в такую тоску, что самому становилось тошно.

— Я могу попросить тебя, никому не сообщать о произошедшем? — я обратился к отцу, уже стоя на верхней ступеньке своего кропа.

— Разумеется. Об Эсми пока никто не знает.

— Как жаль, что мы не можем сообщить народу о вашем счастье…— из глаз мамы снова полились слезы. Кажется, за всю жизнь она не выплакала столько слез, как за последние дни, отчего ее веки покраснели и припухли, а взгляд стал серым, безжизненным.

Я спустился, чтобы обнять маму, чувствуя, что ей нужна поддержка не меньше, чем нам с Шаном. Она отпустила руку отца и крепко прижалась ко мне, задерживая дыхание, чтобы не разрыдаться пуще прежнего.

— Мама, дело не в нашем счастье…

— А в чем же еще?! Вы только отыскали свою дэю…

— На Эсми идет охота! Она представляет огромную ценность для хоров. Не только для Зейтуна, который хочет пользоваться ее кровью. Для Хореуса Эсми живая угроза его власти.

Мама кивнула, смахивая слезы, и легонько подтолкнула меня.

— Ступай, милый. Разыщи этого Зейтуна. Он должен ответить за содеянное. А мы с отцами, пока попытаемся разобраться в ее родословной.

В том, что они выяснят, откуда в Эсми кровь каяльцев я не сомневался. Мой второй отец Нил невероятно дотошен в любых вопросах, и я уверен, что он поднимет все архивы, вплоть до карт полетов наших кораблей. И он обязательно докопается до истины и вычислит, кто из наших оставил свой след на чужой планете.

—

Какой план? — я связался с Шанго, ожидающим меня на орбите Каялы.

— Во-первых, поймаем донора для нашей малышки. А лучше сразу двух. Тут недалеко стайка хоров решила промочить горло в забегаловке на спутнике. Их и возьмем.

Мы зависли над пустыней, всматриваясь в красные барханы. Пейзаж напоминал выжженную землю после кровавой битвы, но война на спутнике закончилась несколько лет назад, и воевать здесь было некому, да и не за что. Радиация выжгла напрочь следы жизни, и теперь спутник использовали как перевалочный пункт. Пара ночлежек с полным спектром услуг для диких животных, типа хоров.

— Может размажем их? Кто выживет, того и заберем, — Шан мечтательно посмотрел на увязшее в песке полуразрушенное строение, рисуя в своем воображении эпический взрыв.

— А, если там люди?

— Тоже верно…Придется по-старинке, а так хотелось испытать новую приблуду.

Шан разочарованно выдохнул и надел шлем.

— Когда ты повзрослеешь? Женщины и оружие – это все твои интересы.

— Женщина! — поправил меня он, пробивая пресс кулаком в титановой перчатке.

Я вовремя напряг мышцы, благодаря чему мои внутренности остались целы. А вот хорам точно не повезет. Еще никто не выдерживал его удара.

Покосившаяся вывеска «Кипящая кровь» была покрыта толстым слоем красной пыли. Дверь уже на треть замело песком, и поднимающийся ветер обещал к полуночи похоронить эту забегаловку под толстым слоем песка.

Я пнул дверь, и та, противно скрипя ржавыми петлями, отлетела в сторону. Хозяин уставился на нас, и быстро прикинув, кто мы, сорвался с места. Уверен, он попытается отправить нас сразу на нижние этажи, пообещав лучшую еду и свежих женщин. Все для «дорогих гостей», лишь бы те не вошли в общий зал и не обнаружили там хоров. Тогда и «гостей» поубавится, и бизнес прикроется.

— Очень рад! Очень рад! — залебезил он перед нами беззубым ртом, — прошу! Лучшие комнаты для вас!

Как ожидаемо…

Шан молча сдвинул его с пути, и неторопливо, стуча ботинками по грязному полу, пошел дальше. Я следом.

— Может быть господа желают отдохнуть? — семеня, он опять возник перед нами, — на прошлой неделе я обновил девочек!

Обновил – значило, что прежних затрахали до смерти, и они уже покоятся где-то неподалеку, в слое красной пыли.

— Быстро зови всех! Бегом!

Он скомандовал сгорбленной старухе с крючковатым носом, которую было еле видно за стойкой, и топнул, заставляя шевелиться ее быстрее. Та, бубня под нос что-то скверное, наклонилась и потянула за веревку, лежащую в слое мусора и черепков.

— Все на выход! Работа начинается! — крякнула старуха, и отряхнула ладони.

Из подпола по одной стали подниматься девушки. Они дрожали, спотыкались и прятали глаза. Грязные, в разорванной одежде, босые, они жались друг к другу, прячась от нас.