Амайя
Шрифт:
— Что бы ни происходило, сиди тихо!
Я кивнула в знак согласия и принялась наблюдать, как Рейнод подошёл к голему. Тот уже стал моей полной копией и принялся нервно одёргивать мантию. Неужели я так жутко выглядела? Понимаю теперь, почему на меня все так реагировали. Следом Рейн наложил заклинание полного копирования ауры на голема и, взяв его за руку, подвёл к самому краю скалы.
— Не знаю, что вы собрались делать, — прокричал Стефан, — но сюда мчит лорд Орайн! Он узнал, что вы уехали на прогулку и сразу бросился за вами.
Меня обрадовало, что Стеф и Дамиан не увидели превращения
— Леди де Шайс, умоляю, отойдите от края.
Это стало командой к действию для голема. Он испуганно посмотрел на мужчин и попятился назад. Остановившись на самом краю, голем пошатнулся. Вот тут уже испугались все и начали уговаривать страшилку отойти. Мне было очень жалко Дамиана со Стефаном, на них лица не было. Рейнод всё это время принимал активное участие в уговорах и качественно изображал страх.
Но всё изменилось в считанные мгновения. Траву покрыл иней, кругом стало холодно настолько, что я лишь чудом сдерживала стук зубов. Все поняли, кто сейчас появится и принялись кричать голему ещё яростней, чтобы тот не делал глупостей. Но голем лишь испуганно качал головой. А когда к нему попытался приблизиться лорд Орайн, голем оступился и полетел вниз.
Именно в этот момент на обрыве появился император.
Глава 12
Глава 12
Небольшой двухэтажный особняк, располагался недалеко от парка в столице королевства Приор. Сам дом действительно был довольно маленьким по меркам аристократов. Размеры строения, компенсировали конюшни, отдельно стоящий дом для прислуги и великолепный сад. На втором этаже в уютной комнате с драпировкой, сидел уставший Рейнод. Третий час к ряду, парень слушал мой вой. Потеряв надежду на спасение от этих рыданий, Рейн раздражённо воскликнул:
— Ну, подумаешь, император огорчился! Он тебя убить собирался, забыла?!
— Он не огорчи-и-ился, — ответила я парню с подвыванием, размазывая слёзы по щекам. — Эринор был в горе-е-е-е! А если он не хотел меня уби-и-ива-а-ать?
Поднявшись с кровати, Рейн выдернул из моих пальцев рукав своей рубашки и сказал:
— Значит так. Либо ты успокаиваешься, и мы решаем, что делать дальше, либо… Да с кем я разговариваю?! Женщинам только повод дай пореветь.
Фыркнув напоследок, парень вышел из моей комнаты. Подтянув к себе подушку, я обняла её, уткнулась носом и продолжила реветь. Внутри всё переворачивалось от горя и боли. Невозможно было понять, отчего меня так проняло. Я решила, что это из-за появления Эринора на обрыве и его реакции. Как ни крути, а этот мужчина запал мне в душу и смотреть на его искреннее горе, было невыносимо. Винс сказал правду — магия лишь усиливает наши чувства.
Наверное, я всегда буду помнить тот момент, когда император, раз за разом отправлял поисковые чары в море. Как он до последнего пытался меня найти. И перед глазами теперь стоял образ такого гордого
Исчезновение узора, это вообще отдельная история. Помню, насколько испугалась, когда поняла свой просчёт. Ведь после смерти одного из супругов, брачный узор пропадает. Я смотрела на росток, беспокойно метавшийся по моей руке, и едва сдерживала злые слёзы.
«Да исчезни ты наконец! Не видишь что ли, не любим мы друг друга!» — мысленно кричала я узору.
Росток тогда замер, погладил меня по руке, словно успокаивая и мне стало совсем горько. Осознавая всю глупость происходящего — ведь с чего бы это росток меня услышал — я всё же вновь обратилась к нему. Вложив в свой мысленный посыл весь страх, сомнения и боль, которые испытывала, я подумала:
«Вот если мы окажемся вместе в одной постели, тогда и появляйся. А сейчас ты лишний».
К моему огромному удивлению, росток печально свесил листики, начал бледнеть, после чего исчез. То же самое произошло и с узором императора.
А ещё меня удивили магистр Тирмоль с лордом Орайном. Орайн посерел и осунулся в один миг, словно потерял близкого родственника. Но Тирмоль меня поразил — он плакал! Пожилой мужчина утирал слёзы рукавом и ничуть не стыдился своего порыва.
Признаюсь, что именно тогда у меня вновь закрались сомнения. Разве убийцы будут так искренне оплакивать свою жертву? Но злой голосок внутри всё испортил одной мыслью. А ты считаешь — они будут вести себя иначе при свидетелях? Ведь рядом находилась троица неразлучных друзей.
Рейн играл так, что захотелось дать ему приз зрительских симпатий. Он бродил по краю обрыва с видом человека потерявшего лучшего друга и без остановки бормотал:
— Колючка, ну как же так? Зачем, Колючечка?
Дамиан сидел на земле покрытой снегом и, обхватив голову руками, раскачивался на месте. Стефан, как и Тирмоль плакал, стоя на самом краю обрыва. В общем, я была очень рада, когда подъехали люди из тайной полиции. Они задали несколько вопросов парням и отправили их домой. Лорд Орайн и магистр Тирмоль, пытались уговорить Эринора уйти, тихо убеждая его, что всё кончено. Но мужчина лишь покачал головой и отдал всем приказ оставить его одного.
Когда все ушли, Эринор уселся на землю, положил руки на колени и просидел так несколько часов. Всё это время я любовалась его профилем и страдала вместе с ним. Правда, мне очень не понравилось, что я словно до сих пор ощущала эмоции мужчины. Вроде с исчезновением узора, все эти чувства должны были сойти на «нет». Возможно, это произойдёт немного позже, подумала я тогда.
Рейн пришёл за мной спустя час, после того, как Эринор покинул обрыв. К тому моменту я уже не чувствовала собственного тела от холода и дважды проваливалась в бессознательное состояние. Что-что, а замораживать наш император умеет! В итоге де Шантайсу пришлось самостоятельно менять на мне артефакт изменения внешности, а после показывать мою замороженную тушку целителю. Всё же обморожение это не шутки!