Амальгама миров

Клименко Владимир

Были моменты, когда я совсем не понимал, что делаю на самом деле бегу или забываюсь в горячечном бреду. В висках стучало, ноги не слушались. Земля то становилась почти вертикальной, то пропадала совсем, и тогда казалось, что я перебираю ногами по воздуху.

Несколько раз я падал, но Овид поднимал меня, и я продолжал бежать, не выпуская все же из своей руки Люськину руку.

Скалы приближались медленно. Возможно, Овид рассчитывал укрыться в какой-нибудь пещере или уйти от погони ущельем. Расспросить о его планах было некогда.

Когда

я уже решил, что лучше плен, чем немедленная смерть от разрыва сердца, базальтовые глыбы выросли прямо перед моим лицом, так что я почти ударился о черный валун, а потом мы начали карабкаться вверх. Отсюда можно было уже оглянуться.

Дальняя стена пламени багровым шнурком тянулась где-то далеко-далеко, и черный дым от горящей земли стоял над степью колеблющимся занавесом. Но даже отсюда было видно, что и "бегемоты", и слон преодолели препятствие. Чудовищ, словно броневую технику пехота, окружала нечисть помельче. Я отчетливо различил нашу лохматую стражу, бежавшую сзади и впереди слона с пиками наперевес. Прикрывал наступление с воздуха дракон.

Гамсилг умело командовал своими слугами. Лохматые охватывали скалы с флангов, отрезая нам обратный путь, по центру шли "бегемоты", а сам он, как опытный полководец, следовал чуть в отдалении от остального воинства.

– Ну и куда дальше?
– крикнул я Овиду.

– Пока вверх, а потом видно будет!

– На вершине нас достанет дракон.

– С ним мы как раз справимся, - почему-то не испугался Овид. Главное уйти от этих, с пиками. Они по горам лазят не хуже коз.

Овид ловко подтянулся и взобрался на самый высокий уступ. Он сорвал с себя плащ и подбросил его над головой. В следующий миг плащ принял форму гигантской летучей мыши и рваным зигзагом устремился навстречу дракону.

Черное и серое пятна сшиблись в воздухе и беспорядочно забарахтались, падая вниз. Несколько раз дракон, словно огнемет, извергал пламя. "Мышь", пронзительно крича, кусала его в шею и царапала острыми когтями.

– Скорее!
– Овид не дал нам даже отдышаться.
– Попробуем уйти ущельем!

На Люську было больно смотреть. Она тяжело дышала, глаза полны слез. Пытаясь ладонью хоть чуточку защитить кожу от металлического ошейника, она дико озиралась вокруг. По-видимому, я выглядел не лучше, так как Овид, крикнув Хоме, чтобы не слишком удалялся, скомандовал короткий привал сразу же, как только мы перевалили на другую сторону хребта.

Я буквально упал на камень, даже не пытаясь выбрать место поудобнее. Рядом без сил свалилась Люська. Овид старался разогнуть металл ошейника, но сталь не поддавалась.

– Ладно, потом, - оставил тщетные попытки Овид.
– Может быть, удастся оторваться.

– Это твой вертолет?
– я слабо махнул рукой в сторону деревни.

– Мой. А что, здорово получилось? Мне бы без такого прикрытия ни за что до вас добраться не удалось.

– Здорово-то здорово. Но вот скажи на милость, чем ты так не угодил Гамсилгу. Его от одного

твоего имени трясет.

– Старая история, - Овид присел на корточки рядом, не забывая зорко оглядываться вокруг.
– У Гамсилга и Дер-Видда древняя распря. Дер-Видд сумел изгнать Гамсилга с Земли. Они заключили что-то вроде соглашения о ненападении. Гамсилг - сильный колдун. Он не исчезнет хоть сто снов приснится. Вот его стража пропасть может. Он ее сам сотворил, сам бережет. Нельзя было сюда приходить, да выхода не оставалось.

– Так ведь теперь, если догонит, никому из нас несдобровать.

– Уйдем, - уверенно утешил Овид.
– Я от него один раз уже сбежал, только шрам на память остался. Уйдем и сейчас.

– Я вздремну?
– спросила Люська. Глаза ее закрывались сами собой.

– Времени нет. Не получится. Надо так выбираться. Потерпи еще чуть-чуть.

Я и сам чувствовал, что могу уснуть в любую минуту. Возможно, это было бы к лучшему. Гамсилг лишится своего воинства, а в одиночку, вероятно, он не так уж и страшен. Овид ведь тоже не новичок в магии - в этом мы уже убедились. Но Овид думал по-другому.

– Спускаемся вон в то ущелье, - скомандовал он.
– Вы идите вперед, я буду вас прикрывать.

Начался не менее трудный, чем подъем, спуск. Щебня на скалах почти не было, но острые камни не позволяли расслабиться ни на мгновение. Я прыгал, цеплялся руками за выступы, помогал идти Люське. Хома постоянно срывался и несколько раз падал со скал так, что я думал, мы понесем его дальше, как охапку дров. Но пока обходилось.

Спустившись, мы обнаружили внизу крохотный ручеек и торопливо попили. Дальше пришлось пробираться узким каменным коридором.

Примерно через полчаса, еще не видя за спиной преследователей, мы зашли в тупик.

Тупик был не фигуральный, а самый что ни на есть настоящий. Стены сходились под острым углом, образуя щель, в которую мог боком протиснуться один человек. Был ли это проход или отверстие пещеры, определить с первого взгляда невозможно.

– И куда теперь?
– растерянно остановился я перед темным лазом. Если это пещера без второго выхода, то Гамсилг нас запрет там, как кротов.

– А если мы останемся здесь, то навтыкает копий, как в подушки для булавок, - возразил чутко прислушивающийся Овид.

Теперь и я отчетливо различил крики лохматой стражи, гулко разносящиеся по ущелью, а взглянув наверх, увидел мелькнувший силуэт дракона с сидящим на нем Гамсилгом. Колдун наблюдал за нами, свесившись с шеи дракона, как наездник с коня.

– Мне сверху видно все, ты так и знай, - дурным голосом заорал я песню военных лет и полез в щель.

По скользким стенам стекала вода, под ногами хлюпало. Стояла такая темнота, хоть глаз выколи. Хорошо еще, что не требовалось пригибаться высота у прохода была приличная. Но я все равно несколько раз ударился головой о торчащие из стен выступы, что не прибавило мне бодрости, сзади, всхлипывая, протискивалась Людмила.