Алый осколок
Шрифт:
Сжав копье до боли в мышцах, Теолрин налетел на стражника в синем плаще.
Их копья со звоном сошлись.
Заостренные наконечники чиркнули друг о друга со скрежетом, разошлись, снова налетели друг на друга. На какое-то мгновение Теолрин даже забыл о больной ноге. Вспоминая все, чему он учился при подготовке к поступлению в Военную Школу при Ковене, он пружинил на полусогнутых ногах вокруг стражника, пригибаясь и нанося обманные удары. В опустившихся на город сумерках он едва видел лицо противника: немолодое, испещренное морщинами и припорошенное сединой на висках.
Тычок в плечо. Пригнуться. Шаг в бок. Рубящий наискось. Распрямиться и шагнуть навстречу. Уйти в сторону от колющего выпада…
Когда копье противника пронеслось мимо него, Теолрин резво ушел в сторону и, разворачивая корпус, рубанул стражника чуть выше правого колена. Острие легко прошло сквозь штанину и вошло в плоть. Не дожидаясь реакции врага, Теолрин выдернул оружие и тут же мощным ударом выбил копье из рук утратившего равновесие стражника. Оружие со звоном упало на крышу и покатилось в сторону. Стражник припал на раненое колено.
На лице Теолрина — он чувствовал это — появилась ухмылка.
Он занес руку с копьем для решающего удара.
«Ты неправ, — проскочило в мыслях обрывочным, далеким образом. Однако почему-то этот образ заставил его помедлить. — И ты это знаешь. Тебе не обязательно становиться чудовищем. Ты можешь быть лучше!»
Стражник поднял на него свой взгляд, в котором виднелось ожидание неминуемой гибели. Тот понимал, что проиграл бой, и что пощады можно не ждать…
Или нет?
Рука Теолрин чуть дрогнула.
«Он нам не враг. — Теолрин продолжал медлить, стоя с занесенным для удара копьем. — Он просто делал свою работу. Ничего больше…»
Ужас, застывший в глазах стражника, заставил Теолрина вздрогнуть всем телом.
«Нет. Мне еще не все равно».
Сжав зубы, Теолрин развернул копье наконечником назад и стукнул стражника рукоятью чуть выше виска. Просто обезвредить. Не убивать.
Стражник плашмя повалился на крышу.
Теолрин выдохнул. Его конечности дрожали, лоб покрывала испарина, а левая ступня снова начала отзываться болезненными покалываниями. Однако Теолрину на все это было плевать. Он знал, что сделал правильный выбор. Одна лишняя жизнь — это уже хоть что-то. Теперь этот человек хоть и не заработает на их поимке, но, по крайней мере, сможет вернуться домой, к семье и…
Клэйв, появившийся словно из ниоткуда, присел рядом с телом потерявшего сознание стражника и поднял руку с тускло мерцающим клинком.
— Нет, стой… — Теолрин потянулся было к нему, но его движение вышло слишком медленным.
Клинок вонзился стражнику точно под сердце.
Тот дернулся — ровно на долю мгновения. И замер. Разве что кровь, черная в скудном освещении, расширялась небольшим озерцом вокруг раны.
Рвотный порыв подкатил к горлу Теолрина; тот едва сумел его сдержать. Тело забила крупная дрожь, а, вдобавок к этому, еще и почему-то начал слезиться правый глаз.
— Если ты вдруг не в курсе, — рявкнул Клэйв, обернувшись на Теолрина, — то бить надо острой
— Я… — Теолрин собрался ответить гневной отповедью, но что-то заставило его передумать.
В самом деле, что он сейчас скажет Клэйву? Что решил поиграть в благородного рыцаря? Или что просто смалодушничал?
Теолрин уже сам не до конца понимал, что творится у него в душе.
— Эй, мальчики. — Теолрин вернулся к реальности, услышав откуда-то снизу голос Джейл. — Судя по вашему любвеобильному воркованию, у вас там все в порядке?
Теолрин запоздало повертел головой по сторонам. Только сейчас до него дошло, что они и в самом деле сумели расправиться с отрядом преследовавших их стражников (разве что кто-то из сброшенных им с крыши на улицу сумел прийти в себя). И, по всей видимости, пока они развлекались с Клэйвом на крыше, Джейл взяла на себя тех троих, что шли в обход.
Неплохо. Очень неплохо…
Наверное.
— Нужно уходить. — Клэйв поднялся с корточек и потрепал Теолрина по плечу. — Скоро придут другие, и их будет куда больше. Пойдем. И, ради всего святого, прибери свои нюни.
Теолрин не стал отвечать Клэйву: лишь отбросил в сторону копье и в молчании последовал за напарником к ближайшему краю крыши. Его сердце гулко стучало, не желая успокаиваться. Пока Клэйв, очистив клинок от крови и спрятав его в «одолженные» у мертвого стражника ножны с перевязью, перелазил вниз по стене, Теолрин заставил себя сделать вдох полной грудью. Где-то неподалеку все еще гомонили перепуганные горожане и пахло кровью, но Теолрин постарался игнорировать это.
Наверное, Клэйв прав.
Наверное, если он хочет добиться своей цели, то ему и в самом деле пора отбросить мораль и сострадание.
Наверное, ему пора становиться чудовищем.
Хотя…
А кто сказал, что он уже им не стал?
Глава 24
На удивление, до трактира они добрались без приключений — разве что пару раз были вынуждены, спрятавшись за домами, переждать, пока мимо пройдет очередной патруль стражи.
О том, что произошло, никто не говорил, и Теолрин явно не собирался быть в этом плане первым. Его все еще трясло, даже спустя почти час после той бойни, что они устроили на крыше. Ему хотелось то успокоиться и зловеще рассмеяться, то согнуться пополам и рыдать навзрыд. Возможно, ему просто нужно хорошенько надраться и успокоиться…
Хотя в глубине души Теолрин подозревал, что алкоголь, даже самый крепкий, ничуть не поможет ему забыть о том, что случилось, и тем более успокоиться. Скорее, наоборот.
— Стойте, — окликнул Теолрин Джейл и Клэйва, когда они, убедившись в безопасности, вышли на площадь. — Что, если это ловушка?
Джейл смерила его подозрительным взглядом.
— Ты о чем, чудила?
«Ну, по крайней мере, ее ничего не тревожит, — решил Теолрин. — Либо же она хорошо это скрывает».