Алый ангел

Эбби С. Т.

Комод даже не сдвигается с места, когда Племмонс дергает нож, и на этот раз смеется она, нападая на него. Он пытается схватить ее, но девчонка двигается слишком быстро, и бьет его в пах так сильно, что он падает, рыдая, поскольку, скорее всего, яйца теперь у него в горле.

– Они поверят в удачный удар коленом по бубенчикам, - говорит она, выдергивая нож из комода, прежде чем открыть его и вытащить пистолет.
– Кстати, хорошая попытка. Жаль, что я знаю, где прячу собственное оружие, а?

Она - кошка, а

он - мышь.

Человек, который терроризировал весь Бостон так долго, а теперь держит в страхе Колумбийский округ, сейчас просто игрушка в ее руках.

Кто,бл*ть, такая Лана Майерс?

Я не издаю ни звука, боясь по совершенно новой причине. Я пришла и запугивала девчонку, которая заставила хныкать сексуального садиста.

– Большой плохой Бугимен, - вздыхает она, кружа вокруг него и держа в руке нож.
– Я всегда ненавидела фильмы ужасов. Знаешь почему?
– спрашивает она, пока он держится за свою промежность, все еще раскачиваясь от боли.

– Я скажу почему, - продолжает она, поворачиваясь к нему спиной, и направляется в гостиную.
– Потому, что они всегда изображают женщин жалкими крикуньями, которые не могут спастись. Плохой парень всегда проникает в дом. Девушка всегда убегает. Тем не менее, каким-то образом большой плохой Бугимен все равно ее ловит.

Я смотрю, что Племмонсу удается встать на ноги, а она все еще стоит спиной. Мои глаза широко раскрыты, и я не знаю, кто из них хуже.

Два дьявола в одной комнате.

Как это вообще со мной произошло?

– Я также ненавижу то, как они изображают из себя удачливых идиоток, - продолжает она, не обращая внимания на то, что он подходитк ней ближе.
– Как девушки хватают нож в последнюю секунду, а убийца натыкается на лезвие. Так скучно. Обычно убийца исчезает, когда они, наконец, бегут звать на помощь. Затем он делает последнюю попытку убить их.

Он тихонько подкрадывается к ней сзади, а затем в последнюю секунду бросается.

Она усмехается, и мое сердце подкатывает к горлу, когда девчонка принимает упор лежа на спине и быстро выбрасывает ноги. Обхватывает лодыжками его горло, прежде чем переворачивает его, и все это происходит одним плавным движением.

Чертова ниндзя.

Племмонс падает на пол, и она душит его, обернув ноги вокруг его шеи.

– Мне нравится душить мужчин так же, как тебе женщин, - шипит она, ее тон настолько мрачный и зловещий, что меня тошнит, когда подтверждаются мои худшие опасения.
– Но я не охочусь на тех, кто слабее меня. Не трогаю ни в чем не повинных людей.

Она отпускает его и с той же нелепой, почти неестественной скоростью вскакивает на ноги. Ее слова медленно доходят до меня, пока я не понимаю их значения.

Убийца отмщения. Леонард сказал, что наш убийца мстит убивая.

Сходство.

Маленькие кусочки пазла складываются.

Племмонс кашляет, задыхаясь

от недостатка воздуха в его легких.

– Кто... ты... такая?
– спрашивает он, тяжело дыша.

Ее улыбка становится шире.

– Я – девушка, которая сражается с самыми темными из мужчин. Мужчинами, которые творили мрачные поступки и издевались над слабыми. Мужчинами, которые охотились на невинных. Мужчинами, которые думали, что убили меня, когда я была слаба. Так же, как те женщины, которыхубил ты.

Она приседает возле его головы, когда он плюхается на спину. Это спектакль. Он– ужасный актер. К черту все! Он притворяется!

Я пытаюсь ее предостеречь, наконец выбирая сторону, но слова заглушаются слоями кляпа и непрерывным потоком музыки.

Она подносит нож к его щеке, проводя по ней тыльной стороной лезвия. Он перестает сопротивляться, замирает.

– Ты как я, - говорит он, больше удивленный, чем напуганный.

– Нет, - тихо произносит она.
– Я намного хуже и лучше тебя. Я – лучшее от всех монстров, что скрываются в темноте. И теперь я – ночной кошмар Бугимена.

Она делает шаг назад, и он поднимается на ноги. Когда он встает лицом к ней, она подмигивает. Подмигивает, бл*ть,ему. Она наслаждается каждой секундой этого.

Девушка делает то, что обещала. Девушка лишает его гордости и силы, разрушая бессмертное чувство неприкасаемости, которое он имел.

Он хватает лампу и замахивается на ее голову. Когда она, смеясь, уклоняется, он поднимает столик и бросает его в нее.

Она уворачивается, используя свою скорость в своих интересах. Будто хочет, чтобы это произошло.

– Ты даже не можешь поднять его, как настоящий мужчина, - говорит она, ухмыляясь, пока его ноздри раздуваются, а ярость искажает все черты его лица.
– Тебе нужно резать женщин, смотреть, как они истекают кровью, просто чтобы был стояк. Ты – слабак, - говорит она, двигаясь по комнате.
– Мне даже не стоит тратить на тебя свое время. Мужчины, которых я убиваю, –сильные, могущественные люди, которые могут трахнуть женщину, не заставляя ее. Они насилуют только тогда, когда чувствуют, что женщину нужно поставить на место.

Она говорит правильные вещи, чтобы спровоцировать его, сорвать фасад, который он построил, и обесценить его. Девчонка так хороша в профилировании, потому что изучила его. Научилась подрывать авторитет и унижать всех своих жертв.

Так же, как они унизили ее.

Она жертва. Или, по крайней мере, была ею.

Ее слова проникают в мое сознание, рассказывая историю, которой она ни с кем не делится.

– Знаешь, что я отнимаю у них?
– спрашивает она, опуская глаза на его колени, прежде чем снова взглянуть ему в глаза. У меня опускается живот. Я знаю, что она отнимает.
– Все, - наконец говорит она.
– У них есть что отдать.