Алые птицы

Самохина Анна

Подойдя ближе, он почувствовал шевеление страха. Георгий рассказал ночью, что убил Семёна в этом парке после произошедшей между ними ссоры. И указал точное место, где оставил тело.

Но перед Павлом предстала совсем иная картина.

Только взглянув на пустынные тропинки парка, с уверенностью можно сказать: никто и не пытался прятать произошедшее. Напротив, кто-то надеялся, что его труды оценят по достоинству. Первый зритель непременно должен смахнуть восхищенную слезу и поаплодировать.

Семён лежал в алой колыбели.

Кровь давно впиталась в землю, но первый взгляд к себе приковывали шикарные цветы, которые огромными веерами расходились в стороны в районе его плеч. Если смотреть с высоты, то можно легко понять замысел автора – ветви с алыми бутонами до умопомрачения напоминали раскрытые крылья птицы, которая, смирившись с падением, провожает взглядом небо.

Руки мертвеца были сложены в молитвенном жесте, но Павел не мог сказать, о чем тот просил.

Он знал только одно: вариантов развития событий было немного. Первый – Георгий солгал и всё это сделал сам. Второй – кто-то нашёл тело Семёна раньше первого прохожего и решил… А что решил? Зачем уделять столько внимания трупу? Трупу человека, которого убил не ты.

Павел склонился над Семёном, разглядывая его лицо и руки.

– Давно такого дела не было, – раздалось сзади, и Павел узнал в подошедшем Никиту – своего напарника в делах об убийствах.

– Никогда такого не было, – недоумённо уточнил Павел.

Он сомневался, что Георгий стал бы лгать. Выходит, теперь кто-то знает о его преступлении, кто-то, может быть, наблюдает сейчас за Павлом. Цветами в виде крыльев этот кто-то хотел сказать нечто важное: и понимание медленно просачивалось в мысли Павла.

– Поговорю со свидетелем, – бросил он напоследок и, подняв ограничительную линию, вышел к небольшой толпе.

Мужчина, который нашёл тело, стоял в отдалении и разговаривал с полицейским. Тот только кивал в ответ и быстро записывал в блокнот информацию.

– Доброе утро, – поздоровался Павел с обоими. – Вы нашли тело?

Мужчина кивнул. Его движения были немного дёргаными, но ничего необычного Павел в этом не увидел. Свидетели преступлений порой могли удивить и сильнее.

– Константин, – представился мужчина и поправил очки, сползшие на кончик носа.

– Капитан юстиции Федосеев Павел Андреевич. Расскажите, что вы делали в парке в шесть часов утра, как нашли тело и что заметили.

Константин отвернулся от полицейского и принялся активно жестикулировать руками.

– Понимаете, встаю я всегда рано, за хозяйством посмотреть, коров выпустить, в общем, дел много, – он снова поправил очки. – А тут мама встала, давление у неё, таблетки по расписанию пьёт. Утром взялась – кончились, она новую пачку достала, так там срок годности месяц назад вышел. Нельзя же их уже пить, правильно?

Павел угукнул, когда понял, что Константин ждёт от него ответа.

– А у неё по расписанию. Нельзя пропустить время, никак нельзя. Она меня и

отправила в аптеку. В ту, что круглосуточная, вторая ж не открыта ещё. Вот, пошёл я, решил через парк срезать, иду, иду, вышел на дорожку боковую, смотрю, красное что-то. Подошёл, – он махнул рукой и едва не сбил со своего носа снова сползшие очки, – смотрю, а тут Семён лежит. Позвонил в полицию, сам дальше хотел идти – в аптеку-то надо. А они говорят, не отходить от места преступления. Уже целый час тут стою. А время поджимает, таблетку надо пить.

Павел кивнул и отметил, что таинственный незнакомец орудовал здесь в промежуток с трёх до шести часов утра – а если быть точнее, с трёх до четырёх, потому что Георгий пришёл к нему в начале четвёртого, а в половину пятого уже начинало светать. Павел сомневался, что подобные вещи делаются при дневном свете, но при этом друг не делился подозрениями по поводу сторонних наблюдателей.

Пока картина вырисовывалась понятная: кто-то застал ссору Семёна и Георгия, увидел, как первый был убит, но при этом не стал останавливать Георгия или звонить в полицию. Вместо этого он нашёл неподалёку красные цветы, сорвал целую охапку, вытащил труп из кустов и положил его на видном месте. Обставил весь символизм и исчез, как будто его никогда и не было.

«Кому-то надоело молчать, но он боится говорить», – подумал Павел, продолжая кивать на кажущийся бесконечным поток слов Константина о состоянии здоровья его матери.

Во всём этом был только один плюс – таинственному незнакомцу можно приписать убийство. Осталось только найти его.

– Вы заметили что-то необычное? – спросил Павел на всякий случай.

Константин ответил решительное «нет», после чего Павел отпустил его в аптеку, а сам подошёл к остановившемуся в отдалении Никите.

– Есть новые данные? Откуда цветы?

Никита указал в глубину парка.

– В сотне метров отсюда все клумбы засажены аконитом. Цветы срезаны оттуда.

– Спасибо. Ты на работу? Я хотел…

– Это что, убийство с утра пораньше? – перебил его довольно весёлый голос Георгия, раздавшийся со стороны центральной аллеи.

Павел с раздражением повернулся к другу, который непринуждённо склонился над лицом Семёна и теперь с интересом рассматривал его. Полицейские только заканчивали описание, поэтому пакетом пока не накрыли.

– Что ты здесь делаешь? – как можно спокойнее спросил Павел.

– Мы собирались позавтракать. Но, вижу, у тебя дела поважнее. Привет, Никит. Как работа?

Напарник Павла оторвался от своих записей.

– Неплохо, спасибо.

– Да уж, наш город умеет удивлять.

– Не думал, что ты встаёшь так рано. Как ты узнал, что Паша будет тут?

– Zenly¹. Хорошая программа, особенно, когда шастаешь по всяким злачным местам в поисках преступников.

– Понятно. – Никита повернулся к Павлу. – Пойдёте завтракать?