Альтернатива
Шрифт:
– Петрович, ты понимаешь, что она нас спасла?! – наконец подал голос Олег, – Да мы этой машиной танк в два счёта вытащим!
Маринка подвела к ним прапорщика.
– Технической частью операции руководит Олег Борисович, – она показала на Олега, – Вы с ним пока обсудите технические детали, а мне надо в деревню съездить ненадолго. Владимир Петрович, вы нас с Дашей отвезёте?
Петрович, который до этого стоял перед ней по стойке «смирно», совершенно серьёзно ответил: «Есть!», и бегом бросился к своему джипу.
– Дашка! – позвала Маринка, – Поехали в деревню, я переодеться хочу.
Уже на подъезде к деревне Дашка спохватилась:
–
Она стянула с головы танковый шлемофон, который ей одолжили солдаты.
– Давай я им отдам, – предложила Маринка, – Я хочу вернуться – посмотреть, как поднимать будут. А ты сможешь организовать обед для мужиков? А то они там проголодаются.
– Это сколько же там народу? – прикинула Дашка.
– Ну смотри – Олег, Петрович, поисковиков пятеро, солдат четверо. Ну меня ещё можно посчитать. Всего двенадцать, – посчитала Маринка, – Погоди, я сейчас.
Она полезла в свой рюкзачок, порылась там, достала несколько купюр и протянула Дашке:
– Ну и этого дела возьми – мужики всё-таки. Только немного – мне завтра солдат полковнику Зубову возвращать.
Дашка удивлённо смотрела то на Маринку, то на деньги:
– Так ты действительно у них главная, если деньгами распоряжаешься?
– Я же при тебе Зубову говорила, – смутилась Маринка.
– Я думала – ты это так, для солидности. А ты, оказывается, на самом деле… - Дашка смотрела на неё осторожно-уважительно.
– Ну тогда я сейчас переоденусь – и назад. Владимир Петрович, вы меня назад отвезёте?
– Так точно! – чётко ответил Петрович.
9.5.
Олег был в восторге от возможностей ремонтно-эвакуационной машины. Он с интересом разглядывал её со всех сторон.
– А какое тяговое усилие лебёдки? – спросил он у прапорщика.
– С полиспастом 140 тонн.
– Да машина на месте не устоит при таком усилии, её саму потащит – засомневался Олег.
– А отвал на что? Отвал как анкер можно использовать, – объяснил прапорщик, – Ну попробуем.
Он залез в люк машины и стал осторожно сдавать к полынье. Когда до реки оставалось метров сто, он остановил машину и плавно опустил отвал, который делал машину похожей на бульдозер. Взревел двигатель, и отвал стал вгрызаться в мёрзлую землю. Когда перед отвалом вырос гребень земли, прапорщик остановил машину.
– Теперь её с места не сдвинешь, – крикнул он Олегу. Потом наклонился к люку, - Бойцы, идите трос готовьте.
Двое солдат неспешно спрыгнули с брони, надели рукавицы и взялись за конец троса. Зажужжала лебёдка, и солдаты с видимым усилием потянули стальной трос к проруби.
– У тебя там под водой трос закреплён? – спросил прапорщик у Олега.
– Сейчас водолаз ещё раз всё проверит – и можно начинать, – ответил Олег.
– Начнём, когда командир подъедет, – возразил прапорщик.
– А кто командир? – не понял Олег.
– Как кто? – удивился прапорщик.
– Марина Петровна, конечно. Мне начальник штаба приказал выполнять все её распоряжения.
– А, ну да. Конечно, – смутился Олег.
На дороге показался джип Петровича. Прапорщик терпеливо дожидался, когда он подъедет. Первой из джипа вылезла Маринка. Она уже переоделась в свою одежду – ботинки, джинсы, голубую курточку, и только на голове у неё вместо вязаной шапочки был танковый шлемофон. Прапорщик подошёл к ней и доложил:
– Марина Петровна! К операции по подъёму танка всё готово!
– Это
– Начинать? – посмотрел на неё прапорщик.
– Да! – приказным тоном сказала Маринка.
В душе у Олега шевельнулась ревность – это его затея, а командуют другие. Но одновременно возникло и чувство облегчения – всё идёт как надо, и от него уже ничего не зависит. Он свою часть работы выполнил, теперь дело за другими. И, судя по уверенному виду прапорщика, они не подведут. А у него есть ещё одно дело. Олег открыл чехол видеокамеры, висевшей у него на шее.
– Интересно, а машина не секретная? Снимать-то её можно? – спросил он у Маринки.
– Наверное, можно, – предположила Маринка, – Полковник Зубов что-то говорил про коллективное фото на фоне танка. Так что даже нужно.
У неё самой возникла другая проблема. То ли от холода, то ли от волнения ей внезапно захотелось в туалет. Будь она мужиком, вопросов бы не возникло – отошла бы к ближайшему дереву, и всего делов-то. Но не может же она усесться на виду у десятка молодых мужчин! Она нетерпеливо озиралась по сторонам. До ближайших кустов было не больше ста метров. Но, во-первых, кусты были редкими и просвечивали. А во-вторых, до них надо было добираться по сугробам. А это привлекло бы внимание не меньше, чем если бы она устроилась прямо посередине поляны. Как же женщины эту проблему решали на войне? Маринка попыталась вспомнить, не читала ли она о чём-то подобном в книгах про войну. Нет, в литературе этот вопрос был старательно обойдён. Оно и понятно – в этом деле нет ничего героического, чего тогда об этом писать? Но ей-то что делать?
Уже теряя терпение, она подошла к Вадиму:
– Скажите, а где у вас тут удобства?
Вадим удивлённо глянул на неё, но тут же сообразил, в чём дело:
– За нашу палатку зайдите. Там снег притопчите слегка, а я здесь покараулю, чтобы не побеспокоили.
«Всё-таки мужики не все тупые!» - с благодарностью подумала Маринка, торопливо расстёгивая джинсы. – «Нет, не женское это дело. Нам бы в тепле и комфорте, а тут пусть мужики работают – они для этого лучше приспособлены!»
Тем временем Олег торопливо ходил с видеокамерой по поляне, старательно запечатлевая для истории процесс окончательной подготовки к подъёму танка. Вот прапорщик подошёл к полынье, в которой ещё копошится водолаз. Он с водолазом и Вадимом что-то обсуждает, время от времени показывая на свою машину. А к эвакуационной машине подошёл Петрович и угощает солдат сигаретами. Молодые солдатики с удовольствием берут у него курево, для них это мероприятие – всего лишь очередные учения, возможность отдохнуть от казарменных будней. Вот Марина идёт от палатки поисковиков, на ходу подтягивая джинсы и почему-то блаженно улыбаясь. Её каштановые волосы выбиваются из-под шлемофона. Получится неплохой кадр! Заметив нацеленный на неё объектив, Марина смутилась и показала язык.
К ним подбежал прапорщик:
– Я сейчас натяну трос. Водолаз ещё раз проверит, не соскочил ли трос с крюков. А потом начинаем.
В его голосе чувствовалось волнение. Зажужжала лебёдка, трос змеёй пополз по снегу и, натянувшись, чуть приподнялся над землёй. Прапорщик остановил лебёдку и помахал рукой. Вадим и другие поисковики помогли водолазу выбраться из воды. Петрович отошёл к своей машине, опёрся на бампер и напряжённо смотрел на трос, уходящий в тёмную воду. И только солдаты продолжали беззаботно переговариваться, кивая то на эвакуационную машину, то на полынью.