Altera pars

Аувэст Дания

— Правило половин? — пробормотала себе под нос я.

Ну вот, теперь ещё и песня популярная в голове закрутилась с земли. Блин, это надолго!

— Оно появилось из-за Первосоздателей. Они противоположности друг друга, но именно соединив свои силы воедино, они смогли создать этот мир. Правило половин на самом деле предельно просто: у сильнейших представителей расы, любых, кто находится в этом мире долгое время, есть его вторая половина. Половины идеально подходят друг другу во всех смыслах. Это буквально гармония. Те половины, что воссоединились,

получают очень многое. Но самое главное: если они проводят обряд слияния, то обретают бессмертие. Да, существа этого мира живут очень долго, но конец их жизни все равно есть. У половин его нет. Они почти неуязвимы. Почти. Убить их можно, но очень, очень сложно, почти невозможно.

За такое могущество приходится платить. Половинкам очень тяжело встретиться. Чаще всего их разделяют долгие годы, а то и столетия, иногда половины разделяет жизнь и смерть, иногда миры, иногда магия (последний вариант самый сложный и редкий, так как половины априори подходят друг другу магически).

Из-за этих сложностей встретить свою половину почти нереально, но если вы встретились, то связь будет крепнуть. Крепкая связь нужна, чтобы обряд слияния прошёл благополучно. Свидетелями и гарантами обязательно должны выступать либо Первосоздатели, либо их наместники.

Сложностей много, возможность встречи половинок почти минимальна, а ещё понять, что у тебя есть половинка можно только в двух случаях. Либо при встрече с ней, либо в тот момент, когда ты пытаешься построить отношения с тем, кто тебе не предназначен. Ваша, эм, любовь обречена.

Сначала нужно разорвать связь половин.

Опережая твой вопрос, её можно порвать. Нужен очередной обряд, он в принципе похож на обряд слияния, разница лишь в том, что связь разрывают с согласия избранных. Тогда и только тогда можно строить отношения с другими. Впрочем, той "магии", что существует между избранными, уже не будет. Все. Конец истории.

Хаос так неожиданно прервал свой монолог, что я аж опешила.

Даже жевать перестала. Да-да, пока Хаос читал мне лекцию, я самозабвенно тырила с кухни ректора печеньки, а ещё шарахалась по его дому в поисках хоть кого-то живого. Нашла вот только сладенькое и все. В итоге я вышла из обиталища самого главного местного мужика и как раз в этот момент Хаос завершил свой ликбез.

Я хотела позадавать уточняющие вопросы, так, просто, чтобы закрепить материал, но не успела это сделать.

Как оказалось, в доме ректора была просто отменная звукоизоляция, слово магическая какая-то.

Стоило мне только сделать шаг за порог дома, как я услышала какое-то противное завывание. Оно надрывно звучало в отделении, потом на какое-то время замолкало, а потом все начиналось сначала.

— Что это за фигня? — в итоге задала совсем другой вопрос я.

— Судя по всему, сирена, — ответил мне Хаос, спустя минуту тишины. Видать, он прислушивался, как и я.

Не успели мы с моим напарником разобраться с одной проблемой, как обнаружили другую.

"Кажется,

нас тут заперли," — изрек Хаос озадачено.

Я на удивление сразу поняла, о чем он говорит.

Над домом простилался купол, он накрывал нас полностью и что-то мне подсказывает, уходил глубоко под землю. Наверно, тот, кто ставил его, побоялся, что я подкоп вырою.

— Нас? — придралась я к слову. Мало ли, может я просто плохо искала. Может тут где-нибудь заныкался кто-нибудь.

— Тебя и меня. Барьер сделан в большинстве своём, чтобы удержать меня. Ну и тебя за компанию.

Не поняла.

— То есть ты хочешь сказать, что тот, кто ставил этот барьер, знает о тебе?

— Да, — ответил Хаос. — И этот кто-то твоя вторая половина на пару с богом Смерти.

— Капец, — подытожила я и плюхнулась на крыльцо.

Подходить и тыкать пальчиком в переливающуюся изредка фиолетовым и черным прозрачную преграду не хотелось.

— То есть мы пленники? — отчаянно воскликнула я и взлохматила волосы, которые кто-то, пока я спала, как будто помыл и причесал — локоны лежали все одна ко одной и не путались.

— Нет, — обнадежил меня Хаос.

— Тогда давай выбираться, не нравится мне, что нас тут заперли, а снаружи какая-то сирена горланит.

Я встала и отряхнула руки.

— Ну я могу нас освободить, но тогда пол-академии будет разрушено, — меланхолично заметил Хаос и добил:

— Подойди и положи ручку на барьер.

— Что?! — рявкнула я и с перепугу руки в кулаки сжала и прижала к груди.

— А по-другому никак. Твой избранный пошёл на крайние меры, видимо, его план состоит в том, что ты не поступишь так кардинально, чтобы освободиться.

Ну точно капец. Что, блин, такое произошло, что ректор запер меня, использовав ТАКИЕ меры?

Почему меня вообще заперли? Я, конечно, не самый удачливый человек и склонна притягивать неприятности, но, ё-мае, это же не моя вина! Да и вообще, ректор же должен понимать на пару с дебилушкой этой с косой, что запирать меня не самая лучшая идея!

"Ну так что, ручку поднимешь?» — прервал мои размышления Хаос.

— Нет! — рыкнула я, мне вторила завывшая сирена.

— Почему нас вообще заперли? Из-за того, что ректор узнал, что ты во мне околачиваешься?

— Возможно, — сказал Хаос и добил меня, выдав:

— Но мне кажется, что все из-за того, что завеса рухнула недавно.

— ЧТО ПРОИЗОШЛО С ЭТОЙ ЗАНОВЕСКОЙ!?!

— Ее снесли, около часа назад.

— И ты мне сейчас об этом говоришь?! — воскликнула я, взмахнув руками.

— Ты просила рассказать тебя о правиле половин, — любезно напомнили мне.

Чтоб. Это. Правило. С. Дебильным. Названием.

— Да, но… — у меня не было слов. — Но завеса, мать твою, важнее!

— У меня нет матери, — придрался к словам Хаос. — Да и на замену старой завесы возвели новую. Правда, она скоро рухнет, если хранители печатей не помогут. Ты, кстати, охраняешь одну из ключей.