Altera pars
Шрифт:
— Боги этого мира могут уйти на тот свет и навсегда, — заметила Василисия и, как бы между делом, взглянула на Агнию.
Та прищурила взгляд, тёмные глаза опасно сверкнули, и девушка заметила:
— Понятию не умею, что за умение ты пытаешься мне приписать, но могу тебя заверить, твой страх, что ты так усиленно пытаешься скрыть своим вздернутым подбородком и бравадой, весьма оправдан, — Агния, хранительница, что не до конца нам открылась, в упор смотрела на вампиршу. Последняя, кстати, действительно боялась эту хранительницу по какой-то
— Вау, а ты хороша, — Зарина, вот уж кто действительно не боялся никого и ничего, похлопала Агнии. Хранительница артефакта Формы явно испытывала уважение к Агнии.
И я её понимала, было что-то в хранительнице артефакта Разрушения такое…
— Все те, кто однажды ушли, обязательно вернуться, Боги тем более, уж поверьте мне, — вернула себе внимания Богиня Бессмертия. — Вы, кстати, сегодня увидите подтверждение моим словам, да, Лиса?
Я тяжко вздохнула и обречённо кивнула.
Увы, я Бог пару минут и то не по рождению, а так, по «закономерному стечению обстоятельств», а те, кто все это затеяли, — Боги с рождения, точнее, появления, и таковыми будут является и дальше, когда как я, надеюсь, благополучно стану обратно титрионом.
— Ну что ж, — девушка оглядела нас, пышущих унынием, и вновь улыбнулась, на этот раз уже не тускло, а весьма даже ярко и, что важно, искренне, — хранители, была рада с вами познакомится, надеюсь, вы все обретете наконец счастье и покой, и, ну… пусть та, кто пополнит ваши ряды после моего ухода, будет лучше, чем я в роли недохранителя.
Да мы тут все недохранители!
— Давай, Лиса, начнём, мне, честно говоря, уже сложно терпеть эту боль, — Богиня Бессмертия протянула мне руку.
Я своей трясущейся конечностью кое-как уцепилась за неё, наши пальцы переплелись и образовали замок.
— Прежде чем здесь появится мой братец, я хотела бы тебя попросить кое о чем, — девушка взглянула в мои глаза, — Твой брат… передай ему, чтобы не ждал меня, я все равно не предназначена ему, его половина ещё появится. И… принцу скажи, что его сестра, оказывается, жива и… И я прошу у них прощения.
Я, хоть вторую часть её монолога вообще не поняла, но все равно кивнула.
А брат, брат у меня получит люлей, определённо.
— Ну и, Лиса, расскажи, пожалуйста, мою историю своей половине, пусть он сохранит её.
— Э. — Я не совсем поняла, о чем она говорит, впрочем, кому что передать, я все равно поняла. — Ладно, я перескажу её ректору.
— И попроси его рассказать тебе свою историю, — лукаво улыбаясь, продолжала давать советы-команды мне Богиня. — Но не злоупотребляй своей властью над ним, этот мужчина хранит секреты этого мира, и некоторые из них очень опасны.
Да он так-то и сам очень опасен, это я ещё в нашу первую встречу поняла. Только вот когда это нас, девушек, останавливало?
— Ладно, что-то я заговорилась, — тряхнула головой
Не помогло, я все равно увидела, как те полыхнули, а следом пришёл тот, кто долгое время предпочитал скрываться в тени и оттуда дёргать за ниточки. А для чего? О, об этом он мне ещё обязательно расскажет!
— Всем привет! — радостно изрек Бог Жизни, Вита, светлая половина Бога Смерти, его, блин, однояйцевый близнец, только если Слейна при рождении уронили головой вниз в чёрную краску, то Виту в белую.
— Мог бы хотя бы сделать вид, что грустит, — проворчал за моей спиной Дима.
— Дебил какой-то, — а вот это наша смелая Заря.
— А, по-моему, он очень даже продуманный, — заметила Агния.
— И он грустит, чуть-чуть, — а вот это уже была Маэрика.
Вита оглядел нашу шайку-лейку, хмыкнул и после того, как его приласкали комментариями хранители, изрек:
— Мой брат — Бог Смерти, а я сам Бог Жизни, и да будет вам известно, что моя сестра в любом случае уходит не навсегда. А время для Богов тянется по-другому.
— Ну да, ну да, оправдывай себя этим, — пробурчал Дима, ему вторил хмык Жени, который явно впечатлился перлом Бога о Времени.
— Пора, — прошептала Нори и пошатнулась.
Брат придержал её, переплел свою руку с её, а другую протянул ко мне.
Я как на змею, взглянула на его конечность, но все же за граблю его ухватилась, нужда заставила.
— Пусть не я прародитель твой, но, тем не менее, я все равно являюсь тем, кто воспитал и обучил всему ту, от кого ты получила свою силу. Она считала меня свои отцом, а я её своей дочерью, — выдал Бог Жизни.
Та-а-ак, это он сейчас о чем? Случайно не про мою миллион раз прабабку? И могила та её разрушенная, цветочки эти ещё все.
А кто у нас самый главный фанат цветов? Ну судя по одеянию Виты, украшенного цветами, и венку из них же, пришпиленном на голове вместо шляпки, это явно он. Тогда…
— Начинаем, — не дал мне додумать думу тот, кто, оказывается, не являлся мои прародителем, а вот тот, кто, скорее всего являлся, заговорил:
«Делай все так, как чувствуешь и не бойся. После исправления самой главной ошибки, этому миру уже будет проще восстановится, а Хаос вернётся туда, где ему и место, и уже не нужна будет завеса.»
— А ты? — прошептала, наблюдая за тем, как между нами, на уровне груди (моей и Богини) появляется шар, сияющий белым светом.
«Что я?»— то ли действительно не понял, о чем я говорила, то ли сделал вид Хаос.
— Что с тобой случится? — мой голос подвёл меня и под конец сорвался.
«Я… отправлюсь туда, где мне и место.»
— То есть для тебя это тоже конец? — прошептала я, сдерживая изо всех сил слезы. Вот что меня действительно смогло растрогать. За то время, что я провела с Хаосом, я к нему привязалась, возможно, все дело было в том, что он обитал во мне самой, а, может, и в чем-то другом, но мне искренне было жаль… друга. — И ради чего тогда это все?