Алтари Келады
Шрифт:
Этот день был безоблачным и жарким. Двое охранников у ворот замка передвинули в тень служившие сиденьями чурбачки и дремали от скуки, поглядывая на пустынную дорогу. Дорога извивалась по поляне, окружающей замок, а затем уходила в лес, к Оранжевому алтарю.
Вдруг на ней показался всадник, галопом скачущий к замку.
Стражники насторожились и привстали.
— Летит-то как! — заметил один. — Наш, что ли?
— Нет, не наш, — ответил другой, — что-то уж очень он спешит. Это наверняка гонец из Келанги. Наш правитель неделю назад послал письмо Берсерену
Всадник приближался.
— Ну что ты болтаешь? — опять заговорил первый. — Это же Тревинер!
Это же его кобыла, Чиана, — ишь, как пластается, будто по воздуху летит. Ее галоп ни с чьим не спутаешь.
Второй приложил руку к глазам.
— И правда Тревинер, — согласился он. — Кто его там, в лесу, укусил? Да и не вовремя возвращается наш охотник.
Всадник подъезжал к воротам замка. Теперь можно было различить его узкое, сильно загорелое лицо с выступающим вперед орлиным носом, встрепанные прямые волосы, развевающиеся от быстрой скачки. У самых ворот он придержал свою Чиану — длинноногую, длинношеюю гнедую кобылу, снял воображаемую шляпу с непокрытой головы и раскланялся, весело оскалив большие, крепкие, как у зверя, зубы.
— Мое почтение, господа стражники! — выкрикнул охотник. — Не изволите ли пропустить меня в замок?!
Оба стражника расплылись в ухмылке. За Тревинером давно закрепилась репутация известного шутника и хохмача, поэтому любое его действие расценивалось как приглашение посмеяться.
— Куда ты так несешься, Тревинер? — спросил один из них. — Завтрак давно прошел, обед еще не скоро. За шляпой, что ли, вернулся?
— Угадал, приятель. Уттакские красавицы сегодня без шляп не принимают, — еще шире оскалился Тревинер. — Закрой-ка ворота, любезный, чтобы я к ним не убежал.
Стражники кисли от смеха. Незамысловатая шутка Тревинера после долгой скуки у ворот казалась им верхом остроумия. Охотник смотрел на них неподвижным взглядом, веселый оскал маской застыл на его лице.
— Все, парни, — прервал он стражников. — Время шуток прошло.
Опускайте решетку и закрывайте ворота. Быстрее!
— Тебе голову напекло, Тревинер, — сказал один из стражников, все еще смеясь. — Видишь, как вредно забывать шляпу дома.
— Она не дома. Она там, в лесу, — не было времени поднять. — И на подвижной, мгновенно меняющейся физиономии Тревинера, и в его голосе читалась тревога. — Здесь скоро будут уттаки, много уттаков. Немедленно закрывайте ворота, или вечером Вальборн объяснит вам, как надо нести стражу… если еще будет кому объяснять.
Стражники почувствовали, что дело нешуточное, и бросились к рычагу, удерживавшему решетку ворот в поднятом положении. Вскоре она с грохотом опустилась. Тревинер уже не слышал этого — он скакал по мощеному двору к дверям замка. Там он спешился и побежал вверх по лестнице, хлопнул по заду подвернувшуюся служанку, взвизгнувшую от неожиданности и удовольствия, и крикнул ей в ухо:
— Эй, красавица, где сейчас наш правитель?!
Она махнула ему рукой вверх и направо. Тревинер побежал в большой зал правой башни замка, с
В круглом башенном зале с окнами на все стороны света, за огромным обеденным столом в прошлые времена собиралась семья прежнего правителя.
Вальборн был одинок и предпочитал обедать у себя в комнате, поэтому старинный стол давно не использовался по назначению. Сейчас на нем были разложены бумаги и карты острова, а также кучки разноцветных камешков для отметок на карте. Над столом склонились двое людей. Один из них, мужчина лет тридцати, среднего роста и крепкого сложения, и был сам Вальборн, нынешний правитель Бетлинка. Второй, Лаункар, служил военачальником еще у отца Вальборна и остался на службе у молодого правителя.
Тревинер без лишних церемоний подошел к столу и взглянул на карту севера Келады, которой занимались Вальборн со своим полководцем. На ней черными камешками были отмечены расположения уттаков. Вальборн пытался привести их в соответствие с последними донесениями.
— Тревинер, это ты? — спросил правитель, не оборачиваясь. — Я всегда знаю, когда ты в замке, — тебя слышно издали.
— Да, мой правитель, — подтвердил охотник. — Где и пошуметь, как не в замке? Я целыми днями в лесу, а там я тише падающего листа.
— Не очень-то ты в лесу, любезный Тревинер, — пробормотал Вальборн, углубляясь в карту.
— Не трудитесь над ней, мой правитель, ваши сведения устарели. — Тревинер сгреб со стола горсть черных камешков. — Я только что из леса, с южной стороны. Я спешил сюда, чтобы сообщить, что уттаки вот здесь… и вот здесь… и здесь тоже… — Он быстро раскладывал черные камешки по карте.
И Вальборн и Лаункар одновременно уставились на охотника.
— Надеюсь, ты не шутишь, Тревинер, — наконец выговорил Вальборн. — Сейчас не время для таких шуток.
— Мой правитель, я серьезен, как никогда. — Взгляд Тревинера был тревожным. — Они сейчас грабят село Рунский Ключ, совсем рядом, за холмом.
Каморра с ними, он рвет и мечет, но не может оторвать уттаков от любимого занятия. Как только он приведет их в порядок, они будут здесь. Я насчитал не меньше пяти племен, и это только передовые войска. Еще до обеда мы примем бой, мой правитель, и я боюсь, не оказался бы он последним.
— Что же мы медлим? — Вальборн мгновенно оценил положение. — Лаункар, всех на стены! Стрелы, камни, копья — все должно быть готово. Идем!
Все трое оставили зал и бегом спустились к выходу. Лаункар снял с пояса рог и затрубил, объявляя общий сбор. И воины, и жители замка поспешили собраться на звук рога. Стражники, опустившие решетку по требованию Тревинера, кинулись закрывать на засовы дубовые створки ворот. Уттаки с зимы не появлялись около Бетлинка, несмотря на то что их было неисчислимое множество в двух днях пути от замка. Каждый — и опытный воин, и новичок, не прослуживший и двух лет, чувствовал, что это — затишье перед бурей. Вальборн, ежедневно менявший камешки на карте, ощущал приближение опасности острее других. Оглядев собравшихся, он сделал шаг вперед и заговорил: