Альмир
Шрифт:
— Я подруга вашего брата, Татьяна Викторовна! — сказал я. — Александр просил вам кое-что передать. Я могу зайти?
— Да, конечно, — ответила она, пропуская меня в прихожую. — Туфли…
— Уже сняла, — успокоил я ее, сбрасывая туфли. — Я у вас уже была и знаю, что везде ковры. Куда идти, в гостиную?
— Да, давайте туда, — согласилась сестра, запирая входную дверь. — Садитесь, где вам удобно. Как мне вас звать?
— Александра Акименко, — ответил я. — У вас почти ничего не изменилось.
— Забавно, — она села в кресло напротив меня. — У вас даже имена совпадают. Вы близко дружили?
— Очень, — сказал я. — Мы жили, как один человек.
— Странно,
— Таня, — дрогнувшим голосом спросил я. — Как его убили? И кто? Я как раз в это время была в отъезде.
— Я так и подумала, потому что не помню вас на похоронах. Хотя там было слишком много людей, так что я могла и пропустить.
— Действительно много? — с недоверием спросил я.
— Я поняла, почему у вас такое недоверие к моим словам, — горько улыбнулась сестра. — Вы, должно быть, подумали, что там был сходняк. Были там и эти, но они приезжали только удостовериться, что хоронят действительно Сашу. У него оказалось очень много друзей. Приехали даже ребята, с которыми он учился в институте. Конечно, только те, кто сейчас в Москве. И потом, Саша ведь защищал не одних урок. Этим он занялся только в последние годы. Сотни полторы людей точно было, а я многих знаю только в лицо.
— А урки сюда не наведывались?
— Вы о них, Александра, слишком хорошего мнения, — опять безрадостно усмехнулась сестра. — Они здесь всю квартиру перевернули, причем не по одному разу. Одна компания даже представилась полицией. Именно тогда исчезли мои украшения. Вот я и думаю, может быть, это на самом деле была полиция? Все искали записи брата, но ничего не нашли. Я тоже искала, но не записи, а деньги. Он мне говорил, что есть счета… На мою зарплату платить за эту квартиру и жить… Вам он об этом ничего не говорил? Очень не хотелось продавать квартиру и ехать к родителям в Воронеж.
— Но Саша говорил, что у вас есть жених? — спросил я, не отвечая на ее вопросы.
— Я тоже так думала, — ответила она. — Ему не повезло оказаться у меня в гостях во время одного из наездов. После этого я его больше не видела. Сказал напоследок, мол, черт с тобой и с твоей квартирой!
— И скатертью дорога! — зло сказал я. — Таня, вы мне так и не рассказали о его смерти.
— Кто убил? — спросила она. — Я точно не знаю. Он ведь перед смертью немного тронулся рассудком. Никого не узнавал и все твердил, что он принц. Если бы довезли до психушки, он бы там, наверное, под этой кличкой и прописался. Сашу застрелили, когда его сажали в "скорую". Остановилась машина, из которой ему два раза выстрелили в голову. А санитары его бросили на асфальт и полезли прятаться за машину. Кому они были нужны! Убийц, как всегда в таких случаях, не нашли. Похоронен он на Бусиновском кладбище, а могилу я вам могу показать. Там пока только крест и венки, на большее у меня просто нет денег. Да и времени прошло всего ничего. Его друзья хотели сбрасываться, но я не помню их телефонов, а справочник из-за заметок на полях забрали при обыске. Может быть, они выйдут на меня сами? Как вы думаете?
— Денег у вас будет много, — заверил я сестру. — Ваш брат со мной говорил как раз о таком случае. Пойдемте, я покажу, где все лежит.
Мы пришли в ее спальню, и я попросил разрешения включить свет.
— Пожалуйста, — сказала сестра. — А могли бы и снять свои очки. Все равно оттого, что я увижу ваше лицо, у вас не будет неприятностей.
— Они
Я сдвинул одну из дверец трехсекционного шкафа-купе и подозвал сестру.
— Смотрите, Таня, как нужно делать. Вот эта стойка с одеждой может поворачиваться, но это не видно из-за мебельных накладок. Вот этот болт немного выступает. Оттягиваете его на пару сантиметров вниз и легко все поворачиваете. Видите, что у него фактически нет задней стенки?
— Сейф… — зачарованно произнесла сестра.
— Да, сейф, — подтвердил я. — Если бы ваши визитеры догадались отодвинуть это изделие финской промышленности, они бы его, несомненно, выпотрошили. Но шкаф тяжелый, и никто не делает тайники, до которых самому нужно добираться, переставляя мебель.
— Когда же это он успел сделать? — удивилась она. — У меня такая работа, что надолго я обычно не отлучаюсь.
— И в отпуск не ездите? — улыбнулся я. — Вот три года назад, когда Саша вас отправил на Черное море, он все и сделал.
— Да, у него были золотые руки! — вздохнула она. — В этом он очень похож на своего отца: тот тоже мог сделать почти все. По нынешним временам такие люди — редкость.
— Это он не сам, — засмеялся я. — Позвонил майору Белякову и попросил помочь.
— Как же так? — удивилась она. — Он же этого майора два раза подставил!
Говоря со мной, Татьяна не сводила взгляда с сейфа. Видимо, его содержимое волновало ее гораздо больше моих дел трехлетней давности, но я все же решил объяснить.
— Вы старались держаться подальше от дел брата, поэтому вам в них многое может быть непонятным. Арест одного из тех деятелей, которого брали люди майора Белякова, прошел с таким количеством нарушений, что вашему брату не составило труда добиться его освобождения под залог весьма крупной суммы. Правда, этот кадр пользовался свободой очень недолго. Скорее всего, за решеткой он бы прожил дольше, хотя вряд ли намного. Сам виноват: не стоило переходить дорогу серьезным людям. Вадима в то время в Москве не было, а когда он появился и прочитал предписание, то схватился за голову. Он еще потом благодарил вашего брата и говорил, что его должник. Вот долг и отработал. Конечно, Саша сам покупал сейф и отблагодарил ребят. Ладно, смотрите сюда. Здесь на гвоздике висит ключ. Набираете цифровой код, вставляете ключ и делаете три оборота. Сейф очень простой, потому что главное здесь — это скрытность. Если найдут, распотрошат с любыми запорами или просто выломают из стены и увезут с собой. Перейдем к содержимому. В этом пакете двадцать пачек стодолларовых купюр, а здесь два миллиона рублями. В этих пяти конвертах пластиковые карты с кодами. Это все рублевые счета на общую сумму в двадцать миллионов. Это все. Есть еще мешочек с необработанными алмазами, но его я заберу с собой. Денег вам хватит с головой, а с этими камнями влипните в неприятности. Оружие вашего брата я тоже забираю. Вам оно ни к чему, к тому же ствол не зарегистрирован.
Я вынул из сейфа беретту, три снаряженных магазина и несколько пачек патронов и подошел к сестре, растерянно стоявшей перед столиком с деньгами.
— Таня, вы мне не дадите одну из ваших сумок? И, если можно, небольшой кусочек ткани. Пистолет нужно очистить от лишней смазки, а то я испачкаю блузку.
— Конечно, конечно, — заторопилась Таня. — Сумки здесь же в шкафу. Вот эта подойдет? И ткань я сейчас найду!
Я спрятал в кожаную дамскую сумку все боеприпасы и мешочек с алмазами и принялся протирать пистолет парой принесенных носовых платков. За работой дал сестре несколько дельных советов.