Алмазное лето
Шрифт:
– Конечно, давайте ваш багаж.
Представитель перехватил ручки чемодана и покатил его за собой, увлекая гостю к ближайшему кафе. За столиком Сергей, слегка наклонив голову к девушке, с тревогой в голосе осведомился:
– Конечно, это не моё дело, но вы летите в такую глушь. Имейте в виду, вы можете там застрять надолго. Здешняя погода непредсказуемая.
Алёна поставила чашку на блюдце, чуть разлив тёмную жидкость.
– Почему «застрять»? А что, вертолёты или машины отсутствуют в здешних краях?
– В наших местах случаются туманы
– Да, мы с Бугриным договаривались вроде о нескольких днях, не более.
– Да-да, я уже заказал ему обратные билеты в бизнес-классе, на понедельник. Позвоните, и я вам тоже закажу.
– Спасибо. Как только прояснятся сроки моего пребывания в этой глуши, я непременно сообщу.
– Буду ждать.
В аэропорту потянуло сквозняком.
– Почему так зябко? Уже середина июня. В Москве вчера было под тридцать градусов тепла.
– Плюс четырнадцать, да ещё с дождём, – наша нормальная июньская погода. Мы ведь на южном берегу Белого моря, а не Красного и даже не Чёрного.
Сергей по привычке рассмеялся от своей дежурной шутки, растянув губы. Но Алёна лишь ухмыльнулась и не стала допивать кофе, подвинув чашку к краю стола.
– Ну и слава богу, что мы не на берегу моря Лаптевых, где я была в прошлом году. Вот где крипово [1] .
1
Страшно (молодёжный сленг)
Встречающий осёкся, ещё раз с любопытством осмотрел девчонку с головы до ног и с недоумением в голосе спросил:
– Море Лаптевых?
– Да, с июня по август. Чуть не опоздала в школу к 1 сентября.
– Ничего себе! – не скрывая восхищения, удивился Сергей.
Этот разговор со встречающим, точнее, с представителем Бугрина в Архангельске, ей не очень нравился и вызывал какое-то чувство беспокойства. Зазвонил телефон, издалека пробился тревожный голос мамы:
– Привет, Алёна! Ты долетела?
– Да, я уже в далёком городе северных ангелов.
– Где ты? Каких ещё ангелов? Ты в Америке? Как ты туда угодила?
– Да в Архангельске я.
– А почему не позвонила, как прилетела? Всё самой приходится делать, несносная девчонка! И вообще, знай, мне не по душе эта твоя затея с очередной поездкой на Север.
– Мамочка, не начинай, я только что приземлилась, даже ещё не сходила в туалет.
– Зачем я тебя отпустила, не знаю. Я сама во всём виновата, не могу тебя нормально обеспечить, вот тебе и приходится вместо каникул отправляться на край света…
– Заработаю, мам, немного денег нам всем на отдых и на учёбу, что в этом плохого? Лишние деньги семье не помешают. Как там наши? – Умеешь ты переводить стрелки. Дома всё хорошо. Даже Алёшка поел и спит. Прилетишь
– Непременно отзвонюсь.
– До связи, целую, дочка. Ох, лучше бы ты вечно оставалась маленькой. Мне так гораздо спокойнее.
Вскоре объявили посадку на рейс до безвестного города Мезень, о котором девушка никогда ничего не слышала. Сергей нарочито услужливо прихватил чемодан и проводил Алёну на посадку. На серой взлётной полосе, под свинцовым небом, её поджидал маленький остроклювый бело-синий самолётик с двумя винтовыми моторами.
– А не страшно на нём лететь, Сергей? Если сказать честно, самолёт не выглядит надёжным.
– Не переживайте, он новый и, кажется, даже импортный, а не какой-нибудь древний «кукурузник». Кстати, в салоне есть даже туалет. Я летал на таком на Соловки в прошлом году. Слышали о Соловецком монастыре?
– Практически успокоили. Если что, буду прятаться в туалете. А про монастырь, конечно, не раз слышала, да и на уроках истории проходили.
– Вот и здорово.
– Тогда прощайте, Сергей.
– До встречи, Алёна.
Около часа девушка продремала в небольшом салоне самолёта, с тремя креслами в ряд, который почаще и побольше потряхивало на воздушных ухабах, чем магистральный лайнер, а его винты ещё громче пели свои заунывные песни, чем в аэробусе. Пассажиров рядом оказалось немного, а внизу, как в киноленте, проплывала нескончаемая зелёная тайга, с реками и несчётными ручьями, серебристыми озёрами и болотами. Изредка вместо бескрайних лесов в иллюминаторе вырисовывался седой от прибоя берег Белого моря, как закраина привычной для человека ойкумены, изрезанная плавными линиями.
Вблизи широкой реки с жёлтыми разводами мелей и необычными багровыми берегами, словно издревле пропитанными кровью прежних исполинов, что держали на своих плечах, здесь, на севере, железный свод небес, самолёт наконец-то притих и принялся снижаться, готовясь к посадке. Пилот объявил завершение полёта, и остроклювый самолётик заскакал козликом по травяному полю, прямо к местами даже несуразному четырёхэтажному деревянному аэропорту, старательно выкрашенному синей краской.
Вместе с вереницей спустившихся с небес и уцелевших, Алёна прошла в здание, приметив на стоянке небольшой вертолёт, гораздо меньше, чем МИ-8, на котором ей уже приходилось летать. Вскоре гостье попался на глаза дежурный по аэропорту.
– Добрый день! А не подскажите, как мне узнать, где меня должен забрать вертолёт!
– Здравствуйте. Пройдёмте ко мне в кабинет, посмотрим по бумагам.
Они вошли в небольшой кабинет, со старыми стульями, графиками на стене и прошлогодними календарями. Дежурный извлёк из груды бумаг на столе разноцветный лист, достал очки из нагрудного кармана и принялся внимательно его изучать, словно впервые видел:
– На «чебурашке» прилетели из Архангельска?
– Да.
– Фамилия?