Аллергия
Шрифт:
– Ну… что ж… Мои поздравления… Теперь, кажется, понимаю, к чему эта новая прическа… Ита Браун…
– Не нравится? Согласна, звучит странно… Да и прическу, может, сменю… Но, вроде мне подходит и теперь не стыдно познакомиться с твоими друзьями, чтоб на равных, как их там?
– Лики и Янко? Ну, ты знаешь, они те ещё придурки! Не стоит на них ориентироваться. Кстати, имена у них настоящие. Думаю, они тебе понравятся, – Дэн хихикнул.
– Честно говоря, прошлый вариант мне нравился больше, но дело твоё. Фамилия, конечно, спасает ситуацию… Попробую привыкнуть.
Ита и Дэн сидели друг напротив друга молча. Пожилая
Ита крошила себе в блюдце баумкухен слой за слоем, припоминая, что за последнее время ей не нравилось в Дэне: «… Слишком тихий, увлечен какими-то своими мелкими делами, почти всё время на работе, совсем непонятно, есть ли у него собственное мнение, какие-то планы на будущее, но в общем … Ничего сильно отрицательного, на что можно было бы обидеться, вполне себе комфортный тип… А вот та старуха, что всё время пялится, совсем мне не нравится. Да и местечко какое-то, требует косметики, как минимум…» - думала она… КАК ВДРУГ!!! На ее блюдце упали две жирные сколопендры. Рита в панике завизжала и замахала блюдцем во все стороны, чтобы откинуть членистоногих как можно дальше от их с Дэном столика. Одна сороконожка улетела к барной стойке, другая же угодила прямо в суп пожилой дамы! Та вскочила, со скрипом заорала. Администратор, официанты и даже бариста окружили ее столик. «Бежим!» - скомандовала Ита, довольная, что всё внимание персонала досталось старухе. Она вместе с блюдцами и приборами скинула их булочки в сумку, одним глотком уничтожила свой приторно-сладкий кофейный напиток и, схватив Дэна за руку и пригнув голову, шуранула к выходу.
Котик.
– Ты сумасшедшая… - Дэн и Ита стояли у входа в метро друг напротив друга.
– Я знаю… То ли ещё будет! – хихикнула она. – А что, ты стал бы расплачиваться за эту сороконожку?
– Не знаю… Не особо горел желанием… Может, стоило всё же побеседовать с администратором?
– Как та старуха? Только время терять! А у нас его не так много…
– Может, ты и права… Приборы, насколько я понимаю, прихватила за причинённый моральный ущерб?
– Именно! Смотрю, мы начинаем понимать друг друга с полуслова?
Дэн, несмотря на противоречивые чувства, ухмыльнулся. Он, кажется, уже смирился с тем фактом, что здоровые отношения ему не грозят. Низкое солнце заволокло фиолетовыми длинными облаками где-то вдали проспекта, похолодало.
– Ладно, мне пора… - Ита отпустила руки Дэна и полезла в сумочку, чтобы отдать ему пирожное Рунеберга, что она захватила в заложники перед побегом из кондитерской. Она достала из своей вместительной сумки из мягкой телячьей кожи припасённые салфетки и тщательно завернула сладость. – Слушай, мы встречаемся всего ничего, конечно… Но… может, попробуем съехаться? Меня, кстати, на днях переводят на полную ставку… и … спизженная посуда может пригодиться!
– заржала она.
Дэн покачал головой в ухмылке, закатив глаза.
– Надо подбить себестоимость проекта, - обозначил он. – Я подумаю, посмотрю, что мы можем позволить себе в данный временной промежуток…
Котик.
Дэн и Ита бросают оставшиеся чемоданы и сумки к куче перевезенных вещей. Смеются сквозь слёзы от безысходности, глядя на свисающие с углов пыльные куски прокуренных обоев их первого совместного съёма.
Котик.
Центр
Мари, попивая американо с коньяком, зашла передать внеплановый заказ.
– Как делы?
– Да, норм… Ну почти… Смотри, что я наделала! – пожаловалась ей Ита.
– Вот эти две… и та ещё… Совсем безрукая…
– Ну чё, подруби и забирай! Спишу… Я… всегда добрая… - ответила Мари и создала лицом и пальцами дзен так, как она его визуализировала, Ита замялась, - А чё, миленький букетик выйдет. Как у невесты. Не собираешься, кстати? Как там Дэн?
– Не, пока не предлагают! – с усмешкой вздохнула Ита, а Мари собралась уходить, - Подожди, пожалуйста, а вон те уже пришли с дефектом. Что делать? – вдогонку соврала она.
– Да всё то же, не переживай! Бывает! – успокоила Мари Иту. – Блин, только подожди секундочку… У тебя… гусеница… Прямо вон тут… - Мари потянулась к уху Иты…
– Что? – Ита вскочила. Она, как и многие, наличие насекомых на своем теле не одобряла.
– Что-что?! Постой, не дёргайся!
Но Ита в панике уже успела разбить вдребезги вазу с гипсофилой и эвкалиптом и чуть поранить ногу осколком.
Мари рванула к аптечке.
Котик.
– Что тут у вас случилось? – сменщица Анна поставила сумку в комнате персонала, и, увидев кровь на ватных дисках, чуть отшатнулась назад.
– Ничего страшного, маленькое недоразумение, уже всё в порядке… – Ита показала скромный кусочек бактерицидного пластыря на лодыжке.
– Тоже мне, ничего страшного. Прикинь, на нашу Иту забралась такая коричневая игольчатая гусеница с красной дорожкой по спинке. Наверное, с тех стрёмных обломанных роз. Она испугалась, конечно, опрокинула ещё одну вазу, вот поранилась. Кровища тут хлестала… еле остановили! Хорошо, что обошлось без швов!
– Не слушай её, - Ита обратилась к Анне. – Всего несколько капелек крови. Перекись, заклеили клеем, и ок. Мари у нас это, любит приукрасить, ты же знаешь.
– Ничерта подобного, девочки… Приукрасить я могу только свой кофе, парой тройкой градусов! А что? Ну, вы в курсе… Но в остальном! Почти что святая! – все рассмеялись. – Слушай, Ит, я возьму, пожалуй, тот поломанный букет себе, а тебе сейчас наверчу настоящий прям, большущий, красивучий… который, конечно, не возместит кровопотерю, но … думаю… чуточку приукрасит ваше с Дэном новое гнёздышко!
– Да ну тебя, не стоит! Этому дряхлому сараю ничто не поможет, я ж показывала фотки… – начала Ита, но Мари поспешила в зал.
– Не-не… Ничего не слышу… И производителю напишу! А то что он нам такое высылает, живность всякую! а потом у работниц производственные травмы! – крикнула она, не оборачиваясь.
Котик.
Ита и Дэн идут вдоль широкой улицы, разговаривают. Их диалог периодически разрывает шум города, гул клаксонов. Дэн держит в руке шикарный букет.
– Ну что, как концерт?
– Как обычно. Неплохо… Зайди уж как-нибудь, отпросись, может, пораньше…
– Да, попробую. Давай через пару недель. Хочу, чтоб нога немного зажила.