Аллергия на №1
Шрифт:
— Судя по тому, что на моей руке нет часиков… думаю, и так понятно, — усмехнулся Род, просматривая журнал звонков на телефоне. — Ребята, нас потеряли. — Неожиданно парень улыбнулся той самой обалденной улыбкой, от которой все девчонки школы сходили с ума. — Я же тебе говорил, что Лев выполнит обещание и потащит под венец. Вон… уже первые шаги начал делать.
Рассмеявшись, я чуть не разлила себе кофе на колени.
— Не буду ничего загадывать. Зато я с удовольствием посмотрю на ту, которую ты потащишь
Парень надменно фыркнул и, откинув чёрные пряди с глаз, твёрдо заявил:
— Я никогда не женюсь, Саш. Не вижу в этом необходимости для своего образа жизни. Жена, дети, борщец… не моя мечта.
Да-а-а, если бы эти слова услышали все те, кто когда-то западал на этого циничного красавчика… то началась бы война невест и Род только бы сильнее убедился в своей правоте. Ну да ладно.
— Твоё дело, — пожала плечами я, глядя на светлеющий краешек горизонта.
— Кстати, мне Лёва позвонил и попросил тебе кое-что передать…
Я почувствовала, как мне начало откровенно плохеть…
— Не продолжай. Я спустя три часа услышу все изысканные шуточки Льва, что он, наверняка, просил тебе передать…
Небольшую часть времени мы провели, вспоминая прошлый вечер. Ленточки мы купили у какой-то женщины на вокзале, а провожали Диму мы все вчетвером, но Лев и Нико куда-то отошли, а мы с Родом почему-то захотели в Анапу… Что-то помню было про вино, море и аквапарк… Правда, чем больше вспоминали, тем сильнее голова болела, поэтому мы забросили это дело и благочестиво проспали остаток пути.
Когда мы подъезжали к вокзалу, я уже из окна увидела сердитую моську Льва, прислонившегося к одной из колонн. Весь потрепанный, в черной толстовке, с взъерошенными волосами и… почему-то с фатой в кармане. Пальцы сжимали сигарету, а сквозь полуприкрытые губы выходил никотиновый дым.
Поняв, что кто-то наконец исполнит свою угрозу с отшлепыванием (вспомнила, что мы обсуждали в пьяном угаре бдсм… да-а-а, нашли тоже, что обсуждать на пьяную голову), я поняла, что терять мне как-то нечего.
— Встречай, жена, своих героев! — лихо воскликнула я, спрыгивая с лестницы поезда и размахивая руками, как чемпион. На Льве была розовая ленточка с золотистой подписью "жена".
После того, как сладко продрыхла большую часть пути, как дохлый проспиртованный хорек, то я ощущала небольшой прилив бодрости и сил.
Уголок губы Льва еле заметно дернулся, но глаза все также мрачно смотрели на меня.
— Щекастая, герои — это те, кто не уматывают ласты, как только я отошел ненадолго.
Мужчина двинулся ко мне, что тут же заставило меня занервничать.
— Мне было скучно, — попыталась оправдаться я. — И вообще! Это ты меня кинул одну-одинешеньку…
— Громова, я вообще-то… — начал бдящий Родион.
Я коршуном повернулась к
— Вьюгин, не мешай мне спасать свою шкуру от порочного надругания, — шикнула я на него. Лев вопросительно выгнул бровь дугой, явно ожидая продолжения. Не будем разочаровывать публику. — Так вот… о чём это я? Ах, да. Жена, ты бросила своего мужа одного-одинешеньку. Хотя знаешь, что мы, мужья, чуть что сразу идём налево! В этом вся твоя вина, ведь не удержала меня именно ты. Но… я, так уж и быть, милостиво прощаю тебя, — торжественно заключила я.
— Саш, ты была бы скверным мужем, — ехидно выдохнул Лев. — Не спорю, конечно, что это хорошая попытка, родная. Но не засчитано, — усмехнулся шатен, складывая руки на груди. — Не хватает драматизма и в конце словосочетания "я так больше не буду, милый".
— Мне что оправдываться перед тобой путем оперного пения? — протянула ехидно я, в точности копируя его позу.
— То есть ты меня заставила всю ночь носиться с вытаращенными глазами по Москве, так теперь и хочешь добить своим заунывным пением? — не на шутку развеселился мужчина. Зелёные глаза весело искрились.
— Ну да, меня никто не терял, ведь я не был с вами и совершенно не пил, — саркастично протянул Род, засовывая руки в карманы чёрных брюк. — Но вы можете продолжать меня игнорировать, ибо я же человек-невидимка.
Но на него никто не обратил внимания. Ну что поделать, когда мы играем с Львом в словесную дуэль, то нам откровенно похрен на всех.
— Я отлично пою! — воскликнула оскорбленно я. — Вот, сейчас. Кхе-кхе. — Я прокашлялась, чтобы прочистить горло. А затем набрала в легкие побольше воздуха и бешено завыла: — О-о-о-о-о, со-о-о-оле-е-е-е ми-и-и…
Моё прекрасное пение оборвалось тем, что мне бесцеремонно закрыли рот широкой ладонью.
— Никогда так больше не делай, Сашуль, — хохотнул Ельский. — Я чуть разрыв сердца не схватил от этих потусторонних воплей.
— Вынужден согласиться, ибо это было откровенно говоря… как бы помягче сказать? Отвратительно, ужасно, кошмарно? Не могу выбрать наиболее подходящее слова. Всё подходит, — зловредно добавил Род, сморщиваясь от головной боли.
— Ничего вы не понимаете в высоком искусстве, — обиженно пробурчала я, разворачиваясь.
Сзади послышался слаженный ржач двух представителей этой гоп-банды, которая явно ничегошеньки не понимает в пении… Гады и губители великих талантов!
Но спустя миг меня догнал Лев мягко развернул к себе.
— Это вообще-то я должен сердиться за то, что ты смылась отдыхать в другой город и не взяв меня с собой. Ведь куда муж, туда и жена, — озорно улыбнулся мужчина, притягивая меня к себе за талию.
— Везде хочешь отхватить себе кусочек? — усмехнулась я, кладя руки ему на обтянутую черной тканью толстовки грудь.